Шутки про вздохнула - Свежие анекдоты

Результатов: 219

51

Года три назад, когда ударили первые бодрые морозцы, одна студенческая парочка решила попрощаться со своим дачным поселком на зиму, пока его не завалило снегами, и заехала туда прогуляться. Золотая осень, хоть и изрядно облысевшая, еще держалась гордо, как на последнем параде. Гасли желтые и красные цвета, но главный уральский цвет - жизнерадостный хаки - выморозить невозможно. Строгими штыками торчали сосняки, привольно разлапились ели, угрюмыми пирамидами темнели опустевшие дачи, и в общем полной неожиданностью для этой пары было услышать в тишине отчаянный тонкий мявк.

Он еле доносился издали с большими паузами – ясно было, что какой-то злосчастный котенок долго собирался с силами, чтобы снова заорать во всё горло, но плохо у него это получалось. Это был какой-то SOS.

Знаете, за что люблю я уральцев? Народ этот суров и неприветлив с чужаками, под настроение могут и морду набить, особенно если есть за что, но если дело касается просьбы о помощи в реально бедственном положении, в них включаются сверхспособности.

Еще минуту назад романтическая парочка гуляла себе без всяких планов героических свершений, но несколько еле слышных писков - и вот уже парень выдает спринт, на бегу определяет источник звука - заброшенную баню, и перебирается на ее крышу по длинной ветке ближайшего дерева.

На чердаке бани обнаружились два котенка приблизительно трехнедельного возраста, тесно прижавшиеся друг к другу посреди свитого ими своего рода гнезда из всякой ветоши. Один котенок был уже без сознания, но еще тепл - он грел свою сестру до последнего. Спасти его не удалось, несмотря на все усилия.

Чудо вообще, что кто-то забрел в этот глухой угол в такую пору, но если бы случилось только оно, осталось бы бесполезным – едва дождавшись своего спасителя, сестра этого кошачьего Де Капри прекратила пищать и впала в состояние клинической смерти, пульс у нее не прощупывался. Однако же, в романтической паре присутствовала не просто девушка, а студентка третьего курса ветеринарного института. Массаж сердца, искусственное дыхание изо рта в пасть, растирание, разогревание, быстрый бег на свою дачу, где нашлась и аптечка. Укол камфары. Бог весть, в каких там туннелях загробного мира успела полетать душа этой кошечки, но она предпочла вернуться в свое тело обратно.

Разумеется, после такого спасители взяли ее к себе, хотя в общем-то она им нафиг не сдалась. Хотели бы завести сами - взяли бы породистую. А это была кошка неопределенной сибирской породы, прошедшей отбор на живучесть, находчивость и стойкость духа в любых, сколь угодно трудных условиях, что в общем-то можно сказать и о самих уральцах.

Так или иначе, бэби-кошку назвали Матильдой, но откликалась она только на Мотю. Особо не досаждала своим хозяевам, нрав имела свободолюбивый, предпочитала охотиться во дворе, потом неистово вылизывалась и являлась спать домой безупречно чистой.

В городском дворе, где она росла, со временем начали твориться метаморфозы. Сначала начисто исчезли мыши, потом крысы, и что-то очень хорошее стало происходить с голубями - они вдруг постройнели, поредели, восстановили прекрасные полетные качества и перестали соваться под колеса, как сонные курицы.

Но однажды спасителям понадобилось отбыть вместе надолго, и возник вопрос - куда девать эту кошку. Уговорили родителей парня, на их загородный коттедж. Это было трудное решение – они любители и собиратели остатков дореволюционной культуры в самой хрупкой ее части – тонкий фарфор российского и европейского производства 18-19 веков. Соответственно, каждый пятачок коттеджа был плотно уставлен прекрасными, искусно изукрашенными тарелками, блюдцами, чашками, птицами и прочими диковинами, собранными со всей планеты. Уцелеть после двух мировых войн и многих гражданских, после всех эвакуаций, оккупаций и бытового использования экспроприаторами, быть собранными в одном месте, чтобы их там перебила какая-то полубродячая кошка – сама мысль об этом представлялась чудовищной.

Хозяйка коттеджа вздохнула и решила максимально обезопасить коллекцию. Все хрупкие фарфоровые изделия она сняла с полок и принялась сортировать на полу в целях последующей отправки в крепко запертый подвал. Но прежде чем сортировка была закончена, мимо поспешно проехал сын, родителей не застал, сразу до них не дозвонился и запустил кошку в дом, даже не заглянув внутрь, после чего запер дверь и отбыл.

Как только его мама прочитала вотсапку с этим жутким известием, она бросила все дела и ринулась из города спасать коллекцию.

Войдя в дом, вместо ожидаемой груды осколков она увидела Мотю, непринужденно разгуливающую посреди фарфора с выражением морды заправского туриста – она равнодушно проходила мимо основной массы коллекции, но с любопытством рассматривала статуэтки и изображения птиц. Завидев, тут же направлялась к ним напрямую, осторожно перешагивая через прочие блюдца и чашки, стоявшие довольно кучно. Ни одно изделие не было разбито или опрокинуто.

Хозяйка замерла на входе и старалась не шелохнуться, боясь испугать кошку, пока та не выберется наконец из фарфора. Мотя, однако, довольно быстро ее заметила, обернулась и приветливо пошла навстречу, напрямую, так и не задев ни одной чашки.

После этого коллекция была отправлена обратно на полки и до сих пор цела. Что же касается Моти, она сохранила большой интерес к фарфоровой орнитологии и неизменно оказывается в числе первых зрительниц всех пополнений коллекции. Но основные ее занятия, как и прежде, сосредоточены во дворе. Он полюбился ей настолько, что по возвращении студентов она категорически отказалась возвращаться в город. Первые дни Мотя несколько задолбала хозяйку, принося к порогу уйму придушенных мышей. Убедившись, что отчетность замечена, тут же уносила тушки куда-то вдаль. После отчаянного крика:
- Мотя, да верю я, что ты мышей ловишь! Не носи их мне больше! – кошка стала приносить их реже, примерно раз в неделю, и тоже с каким-то коллекционным оттенком: выставляет редкости. Крыса, хомяк, крот, белка с особо дурацким выражением морды, ну и если уж ей попалась тварь какая совсем невиданная, выхухоль к примеру, притащит с восторгом вне всяких графиков.

Но в основном она занята воспитанием птиц на своем участке – внимательно следит, чтобы те клевали только упавшие, червивые или загнившие плоды и ягоды. Если какая-то птаха особо борзеет, клюя самые сочные и спело висящие, Мотя с виду остается совершенно безразличной. Лениво слоняется как обычно по всему участку. Но вдруг взвивается в нужном месте как пружина, два-три легких касания по стволу для разгона – и вот уже в высях слышен недоуменный отчаянный клекот, летят перья. Сойка, дрозд, сорока – вроде хитрые, крупные птицы, а вот эх, надо же…

В результате этого отбора постоянными любителями участка остались птицы не только умные, но и мудрые – то есть четко понимающие, что такое хорошо и что такое плохо с точки зрения Моти.

Забавно, что в процессе воспитания не пострадала ни одна ворона, действительно похоже самая умная птица. Она там собственно и есть одна, надежно контролирует весь участок. С ней у Моти нечто вроде поединка равноценных гроссмейстеров, сразу догадавшихся, что будет бесконечная серия ничьих, но все-таки увлеченно играющих, чисто из любви к самой игре.

Но звездный час Моти настал вовсе не в этой садоводческой охране. Однажды ей случилось спасти самое главное в этом доме - фарфоровую коллекцию. Какая-то трясогузка, судя по паре оставшихся от нее перьев, в ночную грозу была разбужена, впала в панику и полетела, ни хрена не видя перед собой. Разбила форточку, угодила в дом и принялась метаться впотьмах, налетая на стены и сшибая шапки в прихожей. Пяти минут такого полета было бы достаточно, чтобы она добралась до следующих комнат и разнесла вдребезги всю коллекцию. Но – на звон стекла первой прибежала Мотя. Внимательно вгляделась во тьму, прыгнула – и не стало проблемы. Видимо, трясогузка справилась наконец со своей паникой и позволила спокойно вынести себя наружу в зубах Моти.

Я видел эту кошку лично, в субботу 9 октября 2021 года. Фотка моя. Мотя не выбежала нам навстречу, но и не пряталась. В процессе экскурсии по дому я заметил ее лежащей на кровати и тщательно вылизывающейся. Позволила себя погладить и почесать за ухом, поглядела приветливо. Но с отчетливой интонацией, что все это хорошо конечно, но я мешаю ей заниматься делом.

52

В 2018 я довольно часто ездил по командировкам в разные города и везде очень часто возникла проблема употребления алкоголя.

Чаще всего это происходило в общественных местах, где мы с коллегами часто привлекали внимание правоохранительных органов.

Решили проблему просто.

Покупали две бутылки минералки, выпивали её и переливали туда водку.
Идёшь по пляжу, тянешь себе из одной бутылочки, из второй запиваешь.

Органы не возбуждались от слова вообще.

Если коньячок, то в бутылку от колы хорошо заходит.

Как то сидели на скамейке у пляжа, подбегает мужик: - Там человеку плохо!

Выхватывает бутылку и убегает.

Мы за ним.

Он подбегает к полной женщине, держащейся за сердце, открывает бутылку и от души заливает в неё содержимое.

Женщина, порозовела, глубоко вздохнула и начала петь песню.

Мы тихо и быстро удалились...

53

Все началось давно, так давно, что были еще колхозы. В одном из таких колхозов в отделении на ферме работал Серега. Хотя может быть и не Серега, но имя мне нравится, поэтому пусть так и будет. Серега был скотником. В его ведении была дойная ферма и нестандарт. Так он его называл, быка-производителя, с кличкой Мишка. Почему нестандарт, спросите вы? Потому что Мишка был килограмм шестьсот или больше весом и среди коров выделялся как гулливер среди лилипутов. Серегу это бесило. Сильно бесило, ведь стоял Мишка на такой же привязи как и коровы, но при этом высовывался в центральный проход на полтуловища и мешал Сереге на «шастике» развозить корм. Либо отступал назад, когда его этим «шастиком» таранили с разгону, вставая ногами на заднюю площадку и мешал пройти со скребком. В общем бил Серега Мишку, то «шастиком» это трактор такой Т-16, то скребком, то вилами, то чем нипопадя. Мишка басовито мычал, глаза его наливались кровью, но была цепь крепка, а Серега быстр. Все так и было до одного дня. В этот день, а точнее поздний вечер, Серега шел по ферме с обходом, намереваясь после него сбегать домой и что то ему не нравилось. Что, он не понимал, но какое то беспокойство наполняло его изнутри.
-Блин, а где Мишка? - вдруг сообразил он, - где этот бычара-нестандарт!? - в этот момент, сзади что то звякнуло и Серега повернувшись охренел. Мишка стоял в центральном проходе. Цепь была, но на полу. - Наверное осеменаторы не закрепили, - мелькнула мысль, но бык уже бил копытом и глаза наливались кровью. Бежать можно было только в одну сторону, противоположную от быка и Серега рванул. Мишка походу тоже. Цепь сзади звенела, слышалась тяжелая поступь и такое же тяжелое дыхание. Какую скорость набрал Серега, судить трудно, но был бы на Олимпиаде, стал бы призером.
-Хорошо, ворота для проветривания открыты — мелькнула мысль и Серега ломанулся на улицу, совсем не придав значения, что там выгребная яма, заполненная навозной жижей. Куда он и погрузился. Что это даже хуже чем бык, который вовремя тормознул, он понял после нескольких движений, тщетно пытаясь зацепиться за склизкие бетонные стены. - Вот так и сдохну в говне! - понял он, когда набухшая одежда тянула его вниз и подступала безысходность. - Ты прости! - только и смог крикнуть он. Не хотелось с грехами уходить из этой жизни и Мишка подошел к краю ямы, как бы прислушиваясь. Потом мукнул и мотнул головой. И цепь, длинная цепь свешивающаяся с его шеи скользнув по стене ямы, упала Сереге почти в руки. Он схватился за нее как муравей за спасительную соломинку, - давай, Миша! - прохрипел он. И бык стал пятится назад. Когда Серега вытащенный на проход, обессиленный отпустил из рук цепь, бык больше не обращая на него внимания повернулся и побрел на свое место.
С этого дня ситуация изменилась. Мишка, из «нестандарта» переименовался в «братана», вместо тычков и ударов, отодвигался с прохода поглаживаниями и вкусняшками.
-Ты мне жизнь спас, а это больше чем братан! - поглаживая быка по огромной башке, приговаривал, Серега. Беда подкралась незаметно.
-Скоро сдадим на мясокомбинат! - заявила заведующая. - Стар уже Мишка для осеменения, да и осеменаторы говорят, что пора на искусственное переходить!
-Кто стар?! - опешил Серега, - да он в самом расцвете сил. Не веришь, сама попробуй. Я постоянно это вижу. Да он знаешь какой производитель!
-Вопрос решенный, хватит тут ерунду морозить. Сказано на мясокомбинат, значит туда и поедет! - поджав губы , произнесла заведующая. Наверно обиделась на приглашение на пробу. И Серега понял, что уговоры бесполезны и рванул на центральную усадьбу.
Просидев рядом с секретаршей битых два часа, он все же попал к председателю.
-Нельзя Мишку на мясокомбинат, это братан мой! Он меня от смерти спас! - с порога начал он. Председатель посмотрел на него непонимающе. Выяснив, что Мишка это бык на ферме, он произнес:
-Братан, не братан, а людям надо деньги выдавать. Да и действительно, стар он уже. Но если хочешь, купи. По приемочной цене отдам. Деньги есть? - Серега замялся, денег у него таких действительно не было.
-Я займу или в рассрочку можно? - взмолился он, - я отработаю.
-Ждать не могу. Вернее я то могу, люди не поймут, мне за уборочную надо рассчитываться. Так что если денег нет, поедет твой братан на мясокомбинат. И разговор окончен.
У Сереги оставался один выход и он им воспользовался.
-Надо дергать братан, - отцепляя цепь произнес он, - бежать надо, заколбасят тебя! - И Мишка отвечал, мукая с пониманием.
Шли они всю ночь. Полями, перелесками, дорог не выбирали, было только направление. Когда забрезжил рассвет, уткнулись в какую то деревеньку. Серега постучал в первую попавшуюся избу. Дверь отворила бабулька.
-Мамаша, тебе производитель нужен? - выдохнул Серега.
-Мене? На кой?! - опешила та, опасливо, но смотрела на Серегу заинтересовано, окинув его взглядом с головы до пят. Тяжело вздохнула и добавила — стара я уже для производства-то, но у нас в деревне и молодух полно. Ты то парень видный.
-Да я не для себя спрашиваю, для братана. Бык-производитель тебе нужен — кивнул он за спину. Мишка стоял смирно невдалеке.
-Да на кой!? - опасливость бабки сменилась на какой то страх, когда она посмотрела за Серегином кивком.
-Ты пойми мать, его хотят на мясокомбинат отдать, а он мне больше чем братан, он мне жизнь спас! Я ведь за бесплатно предлагаю - и Серега поведал свою историю.
-Сейчас люди скот на пастбище будут выгонять, пойдем поговорим. Я бы взяла, да сено косить уже не в силах. Помогут, оставим. У нас сгодится, хороший производитель, хороший приплод. Не то, что эти местные недоростки, что и на корову запрыгнуть не могут.
Народ согласился, обещая бабке помочь сеном и комбикормами.
-Я к тебе обязательно приду, братан! - прощаясь с быком, произнес Серега. И на перекладных отправился в обратный путь. К деревушке, что они вышли, была другого района. - И это хорошо, - подумал Серега. Но хорошо было не все. На ферме его ждал участковый и главный зоотехник.
-Где бык?! - поперли они нахрапом.
-Не скажу. - уперся Серега.
-Под суд ведь пойдешь. Тебе дома не живется что ли? На зоне сгнить хочешь? - напирал участковый, - А быка мы все равно найдем!
-Да мне плевать, я братана спас, а вы как хотите. Ищите.
Суд был довольно скорым. Не любили при советской власти расхитителей народного имущества. Прокурор напирал. Адвокат мычал. Серега молчал. И полтора года «химии» с возмещением заработал сполна. Судье видимо тоже колбасы не хватало.
Полтора года пролетело кому то быстро, а кому то долго. Но срок Серегин кончился и попер он не домой, а в ту деревушку. Нашел бабкин дом и постучал в двери. Бабка его узнала.
-На племянников с племянницами приехал посмотреть? - улыбнулась она.
-На каких таких племянников? - опешил он.
-Ну если Мишка твой братан, значит они тебе племянники. Вон там пасется сегодня стадо. И Мишка там и вся твоя родня. Иди смотри. Потом приходи чаю испить.

54

В четвертом классе, в самом начале учебного года, мой сосед, который жил надо мной, на два этажа выше, был на два года старше и имел второй взрослый по шахматам, потащил меня на эти самые шахматы. Клуб был недалеко от нас, на площаде Победы (угол Володарского) ( не помню как он назывался, я условно назвал его Белая лошадь - по аналогии с 12 стульями) и был он, в принципе, неплохой. Поскольку в то время я ничем не занимался, то особых аргументов против не имел. В шахматы я уже играл и неплохо - меня научил отец еще лет в 5-6, а был он, в свое время, чемпионом Волынской области по шахматам среди школьников. Мы с ним довольно часто играли и к этому времени я у него иногда даже уже и выигрывал (хотя, возможно, он и поддавался, не знаю )). В первый же день, чтобы узнать мои шахматные навыки меня посадили играть с парнем, где-то моим ровесником, четвероразрядником, который уже год занимался в клубе. Не напрягаясь, я сыграл с ним вничью, после чего меня зауважали и негласно присвоили четвертый разряд. Наши тренировки состояли из двух частей – теории (лекции) и практики (игры). Теория состояла в следующем – ставилась вертикальная доска и на ней рассматривались всякие шахматные комбинации, выдержки из партий известных шахматистов, в общем, все такое...
На этой части я, обычно, засыпал - не то чтобы специально, просто так получалось. Один раз как-то проснулся, услышал, что сдвоенная пешка – это плохо и снова заснул.
Поэтому теории я не знал от слова совсем, что не мешало мне, однако, на практической части – игре, как правило, побеждать ).
Где-то через полгода я уже участвовал в командном первенстве города среди своих ровесников. Играли мы по одной партии. Соперник меня не впечатлил и минут за 10-20 я разнес его кавалерийской атакой так, что у него на доске, практически, не осталось фигур. Уже мысленно празднуя победу, я расслабился и решил понтануться – поставить мат теми же фигурами (королем и какими-то еще двумя), которые были у него и ... попал - он чуть не поставил мне мат. Это подействовало на меня как ушат холодной воды, я собрался и таки выкрутился, но ситуация была патовая – т.е. он мне делал шах я уходил, шах - я уходил. Если бы он отпустил меня хоть на ход ему был бы звездец и он это прекрасно понимал, но и поставить мат он не мог. Так мы вничью и сыграли. Этот случай стал для меня хорошим уроком – я понял, что самонадеянность и желание понтовать, обычно, так и заканчивается. Теперь, когда я быстро добиваюсь результата и готов расслабиться, я вспоминаю его и стараюсь быть начеку, чтобы не повторять ту историю.
А что касается первенства – мы заняли первое или второе место. Из нас трех один выиграл, один (я) сыграл вничью и один проиграл.
Прозанимался я год, особого усердия не проявлял, но играл неплохо. Меня, однако, смущало то что мои друзья во дворе бегают, прыгают, играют ... - то есть занимаются настоящим делом, а я в это время сижу тут и страдаю всякой хренью ...
К концу года (учебного) наша тренер уже хотела присвоить мне третий разряд, но потом в воспитательных целях (видя мое не очень усердное отношение к занятиям) решила повременить и дабы доказать свою правоту (дескать, я еще не достоин третьего разряда) посадила меня играть с перворазрядником десятиклассником, который лет шесть-семь уже занимался в клубе. Логику я не совсем понял – это было примерно то же, что присваивать звание мастера спорта только тем, кто перед этим обыграет (в свое время) Карпова или Каспарова.
Мы сыграли, ему пришлось со мной помучаться, играли мы довольно долго - в результате он выиграл. Тренер, которая все это время стояла чуть в стороне, делая вид что наблюдает за игрой ребят в зале, тем не менее постоянно косилась на нашу доску и сильно переживала – если бы я победил для нее это было б равносильно пощечине. Когда соперник выиграл, она облегченно вздохнула: - Вот видишь, тебе еще рано ...
Я сказал: - Конечно
и ушел ... из секции.
Если до этого я еще как-то сомневался, то ее поступок стал последней каплей, перевесившей в пользу решения уйти. Так что, по большому счету, я должен быть ей благодарен.
Уже после того как я бросил шахматы, мой сосед, второразрядник (который меня, в свое время, на них и потащил), позвал меня сыграть. Поскольку свободное время было я согласился ... и, не особо напрягаясь, обыграл его. Спускаясь по лестнице, услышал через закрытую дверь звуки ремня и крики его отца: - Я тебе покажу как проигрывать ... я тебе покажу ! ...
Я даже слегка пожалел, что выиграл – мне то пофиг, а ему воно как ...
Больше с ним в шахматы я не играл.

55

Дочь в четверг сдавала ЕГЭ по русскому языку. Теперь же какие правила? Ровно в десять часов приходят в электронном виде индивидуальные номерные задания, которые сразу же распечатываются на принтере и раздаются испытуемым. Надзирали за молодежью две тётушки. И вот уже наступил срок. Выпускники давно уже заняли свои места в аудитории и ждут начала экзамена. Приходит первый билет, потом второй, затем третий. А принтер молчит! Кураторши побледнели как молоко и даже начали седеть. Одна из них побежала искать помощи. Через пару минут в класс быстрым шагом вошла молодая женщина, за ней семенила тётушка, пытаясь полушёпотом на ходу объяснить проблему. Женщина молча подошла к аппарату, печально посмотрела на тётушек, вздохнула и покачала головой. Затем включила принтер и так же молча вышла. Экзамен был спасён!

56

Колю Фортунатова укусил клещ. Укусил себе и укусил. Коля сперва и не заметил. Просто шея как-то странно чесалась, будто воротник натёр. А потом глянул у зеркала – клещ!
В больнице клеща выкрутили специальным пинцетом, положили в колбу и велели ждать.
— Чего ждать-то? — поинтересовался Фортунатов у пожилой докторши. — Вытащили же…
— Счастья, моя хорошая, — устало вздохнула та, — если повезёт…
— Это как? — забеспокоился Коля.
— А, вот, так, моя хорошая. — пояснила докторша. — Может пронесёт, а может и борреллиоз развиться, либо, не дай бог, энцефалит. Уже два смертных случая в этом году было...
Коля только и моргнул в ответ. Слова все были незнакомые и как всё незнакомое пугали.
«Навыдумывают же болячек, — недовольно подумал он, — тоже мне, лекари-пекари».
Врачей Коля не любил. Натерпелся от них, когда лечили. Да он вообще не любил всех людей в белых халатах - ни врачей, ни поваров, ни учёных. Ему почему-то казалось, что за белыми одеяниями скрыты некие чёрные намерения.
Между тем докторша безжалостно вкатила ему в плечо укол и выписала на бланке что-то неразборчивое:
— Если температура резко прыгнет или сильная головная боль, то скорую с этой бумажкой вызовешь…

Домой Коля пришёл уже основательно встревоженный. Сходу залез в изрядно потрёпанный медицинский справочник, доставшийся ему от тётки, чей первый муж когда-то работал сторожем в городской библиотеке. Справочник чудом уцелел от посягательств её второго мужа, человека уже литературно малообразованного и не понимающего ценности печатного текста. И как следствие, часто пользовавшего книги нецелевым образом.
К счастью, раздел про клещей был на месте. Внимательно его изучив, Коля приуныл ещё больше. Врачиха не врала, других вариантов и вправду не было.
Фортунатову стало себя жалко. Только жить снова начал, с обидой подумал он, и нате вам…
Он прилёг на диван, закрыл глаза и, прислушиваясь к себе, стал ждать проявления всех тех симптомов, о которых только что прочёл.
Прошло минут десять, ничего не происходило. Лишь левая нога зачесалась, но про это в справочнике ничего сказано не было. Он закрыл глаза, решив подождать ещё немного.
В квартире стояла тишина, томительная и очень неприятная, словно с привкусом какой-то ржавчины.
Фортунатов не выдержал и встал. Потом подошёл к окну, открыл одну из створок и посмотрел вниз. Двор был пуст и тих, лишь откуда-то издалека доносился зовущий тонкий голосок: ма-ма, ма-ма!
Он оглядел свою комнату, где застоялся запах табака, пыльное зеркало на стене, стол с грязной посудой, старый пожелтевший телефон на табуретке.
А, ведь, так и вправду помру, подумалось вдруг ему, а никто добрым словом и не вспомнит.
Отчего-то эта мысль его испугала, и он, подойдя к телефону, снял трубку.
— Алло, Серёга, — набрал он товарища, с кем иногда вместе ездили на рыбалку, — тебе катушку мою «шимановскую» надо?
— Да, не собираюсь пока, — зевнул в ответ Серёга, — жара же, щука всё равно спит...
— Не, вообще... надо? Забирай, — Фортунатов слегка помедлил и небрежно добавил, — бесплатно...
Телефон затих. Очевидно, Серёга осмысливал услышанное.
— Бухаешь опять что ли? — осторожно предположил он. — Ты ж вроде подвязывал…
Коля обиделся и положил трубку, передумав звонить кому-то ещё из друзей.
Потом постоял пару минут и снова снял, набрав номер бывшей жены.
— Фортунатов? — сразу спросила та. Каким-то образом она всегда угадывала, что звонит именно он. — Ну, чего хотел-то?
Она вздохнула и замолчала, приготовившись к ритуальной перебранке.
Коля хотел рассказать про клеща, но в горле от жалости к себе запершило.
— Там на даче яблоки уже... — прокашлялся он, — скажи своему, пусть заедет, соберёт.
Дача была материна, при разводе досталась ему, но Коля бывал там редко, ездил только траву постричь, да и то, когда звонили соседи по участку, ругались. Бывшая же дачу любила, а теперь, когда они с новым мужем взяли машину, съездить туда никогда не отказывалась.
— Спасибо… — смягчилась она, — ...ты как... устроился куда?
— Устроился...
— Вот и молодец, — похвалила она, — вот, и работай себе… и пей в меру… и живи как все люди…
Почему-то Колю это задело.
— Сами-то жить умеете? — не выдержал он. — Кредитов понабрали, как собаки блох и строите из себя!
Он не стал продолжать разговор и бросил трубку. Звонить кому-то ещё окончательно расхотелось. Фортунатов на секунду представил лицо супруги, когда ей сообщат обстоятельства его смерти и мстительно усмехнулся.
Потом присел на диван и машинально включил телевизор. Показывали биатлон где-то в горах. Спортсмены в ярких костюмах бежали наперегонки, падали, стреляли, поднимались и снова устремлялись вперёд…
«Всё как в жизни, — подумал Коля, — кто-то сразу попадает в цель, и бежит себе дальше. А кому-то приходится штрафные круги отмотать, чтоб потом догонять остальных. Только, вот, жизнь у всех одна, беготнёй не добрать».
Он вздохнул, щёлкнул пультом, и прошёл на кухню, где без аппетита поужинал хлебом с рыбными консервами. Закончив с едой, посидел ещё немного просто так, потом снова вздохнул и решил выйти проветриться.

Внизу было прохладно и пахло липами. На скамейке у подъезда сидел дворовый бездельник Генка Ходырев и в состоянии пьяной креативности сосредоточенно плющил ногой пустую пивную банку.
— Колян! — обрадовался он Фортунатову, — А чего смурной такой? Это потому что не употребляешь больше… Займи полтаху-а?
— Клещ укусил, — кратко пояснил Коля и чуть поколебавшись выдал Генке полтинник, — на, можешь не отдавать…
Генка, не ожидавший такой щедрости, резво спрыгнул со скамейки, схватил деньги и так бойко зашагал на угол, что Фортунатов только вздохнул – этот точно всех переживёт...

Теперь двор был совсем пуст, только у клумбы с яркими лохматыми цветами, в халате и с лейкой в руке, лениво прохаживалась Надька Белякова, его бывшая одноклассница и всегдашняя соседка сверху.
«Вот же, – подумалось ему, – ходит себе, коза ногастая, а тоже жить останется».
Ему вдруг захотелось сказать ей что-нибудь очень неприятное. Что больно худая, да длинная, или, что нос как выключатель, или…
— Слышь, Надежда, — окликнул он, — подойди на минутку…
— Чего тебе? — насторожилась та, но, поколебавшись, подошла поближе.
Фортунатов собрался с мыслями, выискивая слова пообиднее и вдруг вспомнил, что в школе, в начальных классах, они с Надькой хорошо дружили, и однажды даже поцеловались за гаражами. Память услужливо высветила и то лето, и что тогда также вкусно пахло липами, и что на гараже розовым мелом было написано "Белякова - ведьма".
Он посмотрел в угол двора, где на месте гаражей давно уже была парковка для машин, потом снова на Надьку и неожиданно для себя сказал:
— Я, Надь, умру скоро, может, завтра уже…
— Тьфу, дурак или родом так? — нахмурилась Надька, — кто ж так шутит-то?
— Да, серьёзно я, — продолжил Коля, чувствуя, как на глаза помимо воли наворачиваются слёзы, — клещ меня в лесу цапнул. В шею.
Надька ойкнула и поставила лейку на землю.
— Это как же, Коль? Так ты, давай, в больницу беги скорее!
— Был уже, — махнул он рукой, — жду, вот, теперь, когда температура поднимется. Тогда точно хана.
Надька придвинулась ещё ближе и дотронулась ладонью до его лба.
Рука у неё была влажной, мягкой и приятно пахла свежей травой. Фортунатов невольно зажмурился и даже замер, пытаясь продлить это уютное ощущение.
— Вроде нету… — Надька убрала руку, немного подумала и убеждённо заговорила:
— В церковь тебе надо, Коля, во всех своих грехах покаяться, прощение попросить. И стараться больше не грешить. И...
— Пойду я, Надь, — вздохнул он, — поздно мне отмаливаться-то.
Он почти уже дошёл до своей двери, когда снизу, из тиши подъезда, донеслось чуть слышное «подожди»…

Надька потянулась из-под одеяла, включила торшер, снова положила ему на лоб руку и слегка улыбнулась:
— Что-то не похож ты на больного… наврал, поди, про клеща-то?
Коля молчал и, словно впервые, с интересом смотрел на Надьку, отмечая мягкий овал её лица, розовые полные губы, гладкие русые волосы и, не найдя что сказать, лишь мотнул головой.
— Чего молчишь-то?
— Ты на даму червей смахиваешь, — сказал Коля, — красивая…
— Да, ну тебя, — Надька быстро соскочила с кровати и, завернувшись в халат, пошла на кухню.
— Чай-то хоть есть у тебя, кавалер?
— На кухне, в буфете…
Фортунатов встал и, замотавшись в одеяло, подошёл к окну. Прикурил сигарету, затянулся, медленно выдохнул дым наружу в прохладную пустоту двора, потом недоверчиво покачал головой и вдруг улыбнулся.

(С)robertyumen

57

Эта первоапрельская шутка черного юмора была разыграна в 1987 году, аккурат через год после Чернобыльской аварии. Люди ходили еще напуганные, а у нас, двух студентов, гулял ветер в голове и бродило желание делать пакости.
Готовиться начали заранее. Противогазы в то время достать было несложно. ОЗК (общевойсковой защитный костюм) нашли у друзей-рыбаков, которые в нем по отмелям шарились. На обрезок алюминиевой лыжной палки приделали трубу и стрелочный вольтметр, на коленке спаяли трещотку, и стали ждать...
И вот оно, 1 апреля, рабочий день. По-тихому надев в кустах ОЗК и противогазы, идем к остановке трамвая «Курчатовский институт», возле которой, как знал каждый житель Ворошиловского района Москвы, находится экспериментальный атомный реактор.
На стоящих на остановке людей появление парочки в химзащите со счетчиком Гейгера в руках особого впечатления почему-то не произвело. Они шарахались в стороны, жались к остановке, но молчали и упорно ждали трамвая. Мы деловито сунули «счетчик» в кучу мусора, потрещали имитатором, похрюкали противогазами и покачали головами. Двое мужчин отбежали подальше и загородились от нас портфелями. Немолодая женщина вздохнула и влезла с ногами на скамейку.
Тут подошел трамвай. Двери открылись. Люди с остановки молча ринулись внутрь, не дав никому выйти из трамвая. Стоящие внутри ругались, отталкивали их, делали шаг наружу и тут же с округлившимися глазами по-рачьи пятились назад. И все молча.
Вагоновожатый звякнул в звонок и закрыл двери. Трамвай уехал.
На следующем трамвае приехал смельчак. Он уверенно вышел из вагона и твердой руководящей походкой пошел к нам.
- Товарищи, в чем дело? Что происходит?
Мы не ответили, а лишь поднесли к нему палку, хрюкнули и покачали головами.
- Но-но! – взвизгнул руководящий товарищ, и резво бросился наутек.
Трамваи шли. Народ пятился. Некоторые выходили и смотрели. Некоторые сразу бросались наутек. Обстановка накалялась. Пора было делать ноги.
В кустах мы сняли свое обмундирование и пошли к метро «Щукинская».
- Вы слышали, слышали, - в метро уже вовсю шло обсуждение, - Курчатовский институт горит! Пожарные приехали, войска кругом!
- Да нет, пока не горит, но реактор заглушить не могут, вот-вот рванет, Москву эвакуируют.
- Нет, все не так...
А вечером моим родителям позвонили знакомые и долго-долго рассказывали им, что мы были на грани атомного взрыва, и над Курчатовским институтом люди видели зеленую радугу, что у детей в нашем районе начали расти хвосты, а сегодня ночью из-за радиации над Москвой включится северное сияние. И оно включилось, но это уже другая история...

58

Примерно полгода назад отмочила лучший розыгрыш в жизни.

Работала тогда в одном месте и брала подработку в другом (кофейная точка). Они находились в соседних зданиях, так что выбежать на пять минут за кофе никогда проблемой не было.

В тот вечер поняла, что не выдержу на работе, слишком большая нагрузка, и решила сходить выпить кофе. Прихожу на точку - а там никого, коллега отошла. Решила подождать пару минут, но так никто и не пришёл. За мной в очереди уже стояла пара, и мы втроём нетерпеливо ждали, когда же нам сварят кофе.

Понимая, что время уходит, я вздохнула, посмотрела на кофемашину, потом на пару, и, со вздохом сказав: "Ну, раз никого нет..." зашла на точку, скинула пальто и вежливо спросила у пары, что они хотят выпить.

Пожалуй, эти взгляды, полные шока и "А что, так можно было что ли?!" стали большей отдушиной, чем чашка кофе в тот вечер :)

59

Актеры обсуждают на собрании труппы товарища, который обвиняется в гомосексуализме: "Это растление молодежи, это преступление" "Боже мой, несчастная страна, где человек не может распорядиться своей жопой", - вздохнула Раневская.

60

СкАтина...

Через неделю после нас, вернулись последним катером с дачи соседи. И вернулись они без своего кота. Огромного, серого бандита без правого уха. Всё лето мы с ним воевали на даче. То он воровал у меня еду со стола, то копался в огороде. Короче говоря, привык я к нему. И когда увидел пару вернувшуюся без серого, то страшно расстроился и попросил жену пойти и безо всяких околичностей спросить, куда делся их кот. Всё оказалось именно так плохо, как я и предполагал. Кота оставили на даче. Я мучился и переживал до самого вечера. А потом набрал номер телефона начальника и попросил на завтра выходной. Жена тяжело вздохнула и сказала – Осторожно там. Попроси, чтобы лодкой перевезли. Погода не задалась с самого утра. Свинцовые тучи сеяли мелкий противный дождик, и ветер подгонял пожухлую и примёрзшую местами к асфальту листву. Я бродил по лодочной станции надеясь, что кто ни будь всё же соберётся на ту сторону за забытыми вещами. Но кто ни будь не нашелся. Нашелся здоровый мужик в сапогах сорок пятого размера. Он копался в моторе и что-то ворчал. Я объяснил ему что, забыл на даче очень важные, жизненно важные документы, и протянул ему пятьдесят долларов. Он опустил в карман бумажку и объясняя небесам всё про дачников, которые и голову забудут, спустил лодку на воду. Волны были очень приличные. Они плевались отчаянно холодной пеной, и грозились опрокинуть утлое судёнышко. Так что, через пол часа отчаянной борьбы с водной стихией мы оказались на берегу возле наших дач, и сопровождаемый напутствием угрюмого мужика о том, что за такие прелести не мешало бы набавить ещё двадцатку, я помчался к даче. Небо постепенно серело, и мелкий дождик переходил в ледяную крупу. Серый, серый, серый!- кричал я во всё горло, надеясь что он всё ещё жив. И Серый появился. Зябко поёживаясь и прижавшись к моим ногам он жалобно пищал. Я схватил его на руки и бросился к лодке. Подлетев к ней и прыгнув, я посадил кота рядом с собой. Угрюмый мужик вытаращил глаза и открыл рот. Но тут… Но тут Серый выпрыгнул из лодки и как-то стеснительно прижав своё единственное левое ухо к голове просительно и тихонько мяукнул. Потом развернулся и побежал назад. Стой, стой, стой, куда ты, черт возьми!- заорал я. Потом выскочил и не обращая внимания на маты, проклятия и обещания бросить нас к чёртовой матери я побежал за котом. Он нёсся впереди и я за ним, причитая и заламывая руки, и вдруг свернув налево он исчез в кустах. Подбежав и раздвинув ветки я увидел, как серый, одноухий кот прижался к маленькому черному котёнку. Котёнок был мокрый и отчаянно пищал. Серый виновато посмотрел на меня и мяукнул. Я опустился на мокрую землю и собрался взять в руки обоих. Но тут земля сзади загрохотала. Это угрюмый мужик топал своими огромными сапожищами, изрыгая потоки проклятий. Он возник у меня за спиной и вдруг затих. Потом совершенно спокойным и приятным на удивление голосом сказал – Давай, поторапливайся. Потому, что сейчас начнётся метель и всё снегом занесёт. Я поднял Серого и маленького черного котёнка, и мы побежали к лодке. Как мы перебрались на ту сторону реки, я не знаю. Наверное, Богу просто так было угодно, потому что вокруг ничего уже было не видно. Только угрюмый мужик вдруг сказал, перекрывая рёв мотора и воды – Скатина, ты, однако. Я смутился. Почему скатина?- поинтересовался я с опаской поглядывая на воду бурлящую за бортом. Значит, как получается-продолжал мужик. Ты меня обманул за документы и деньги всунул, а сам спасать кота ехал? Ты вроде как человек, а я нечисть какая бездушная получился? Так что ли? Так я же боялся, что вы откажетесь, а больше спасти его было некому объяснил я. Мужик замолчал, хмыкнул и мы пристали к лодочной станции. Потом он долго искал коробку для котёнка и выстилал её тёплым полотенцем. А когда я уже собрался уезжать, поблагодарив его, он сказал. Ты вот, чего. Не бывает так, что бы всё одному, а другому ничего. И подойдя к Серому обратился к нему с речью –Ты вот чего, ты иди ко мне жить. Я на рыбалку хожу. А ты кот справный. Правильный ты кот. Мужик, значит ты. Не бросил малыша. Кот посмотрел на меня, виновато мяукнув подошёл к угрюмому мужику и встав на задние лапы уперся передними ему в огромные сапоги. Мужик поднял его на руки. И большой серый бандит обхватил его шею своими лапами и прижался. Мужик отвернулся в сторону и дрогнувшим голосом целую минуту произносил только – ну, ну, ну… Потом придя в себя повернулся ко мне и сказал строгим, и удивительно мягким голосом – Я приглашаю вас, молодой человек, на следующие выходные на рыбалку. И подмигнул мне. А когда я приехал домой, и мы с женой ухаживали за черным малышом, она нашла под тёплым махровым полотенцем пятьдесят долларов. А на рыбалку мы теперь ездим постоянно, вместе с добрым, здоровым ворчуном. И что, что я иногда приезжаю не совсем трезвым и без рыбы? Рыбалка – она дело такое, житейское, я бы сказал.

(Copyright: ОЛЕГ БОНДАРЕНКО)

61

Тщедушный продавец модного магазина стоял на своем. Стоял не сжавшись. Спокойно, уверенно, с пунцовым румянцем, который пробивался сквозь редкую волосатую поросль на юных щечках. Об него, как рыба об лед, беспомощно, оставляя кровавые следы, билась семейная пара. Глава и главец.
Главец держал в руках кредитную карту, и периодически порывался приложить ее к считывающем устройству. Но глава пухлой уверенной рукой пресекала это желание, положив свою ладонь ему на плечо. Со стороны было не понятно – то ли она его крепко обнимает, то ли держит за шкирку.
- Молодой человек,- по внутренней энергии, о которой много говорят тренера по каратэ и театральные режиссеры, чувствовалось, что ситуация накален до предела, и еще чуть-чуть, и кто его знает, в какой момент диалог перейдет в рукопашную, - В чем проблема предоставить нам скидку?
- Я предоставил вам все скидки, которые мог.
Он не улыбался, смотрел спокойно, никакой вредной, или саркастичной улыбки, или ухмылки не было ни на лице, ни в ясных уверенных глазах.
- Не все!!!
Дама отшвырнула мужчину-главца, и оперлась на прилавок, как в вестернах на барную стойку опирается бармен.
- Не все!!!! Я же вам показала еще одну карту!!!!
- Дама!
Он как мечом из звездных войн срезал с нее весь женский апломб, понизив ее в женском табеле рангов до рейтузно-бытового.
- Дама! К тем скидкам, которые существуют в нашем магазине на сегодняшний, я дополнительно предоставил вам еще и свою персональную скидку. А то, что Вы мне показываете в телефоне – это скан студенческой карты.
- Все правильно! Это карта нашей дочери. Она студентка. А у вас в этот день дополнительная скидка для студентов.
- Но, вы-то не студентка.
- Ну, и что – это моя дочь. Хотите я покажу вам паспорт.
- Не хочу. Верю. Но скидка предоставляется студентам. Пусть дочка приходит – предоставим.
- Ты, что – такой принципиальный?- дама обессиленно вздохнула,- Или ты до сих пор не можешь простить, что я не поставила тебе "автомат" по правоведенью?
- Нет, ну, что Вы. Я просто считаю, что коррупцию надо давить в зародыше….
- Херрупцию!
- И ее тоже....

63

рождественское)

Все женщины в нашей галактике делятся на три категории. Первые это те, кто уже побывал на женских тренингах. Ко второй категории принадлежат те, кто не пойдёт туда ни за что на свете. И, наконец, третьи - это женщины которых на подобные тренинги приводит какая-нибудь нелепая случайность.
Именно подобная случайность и произошла с Верой. Если бы она не угощала коллег чаем с тортом, не опоздала бы на их вечернюю развозку. Не пошла бы тогда на автобусную остановку и, проходя мимо кофейни на углу, не увидела, как из подъехавшего красного автомобиля выходит высокая брюнетка с длинными, красиво распущенными волосами.
"Было бы у меня такое авто, — подумала Вера, — я бы тоже всегда ходила зимой без шапки, даже в мороз".
Она посторонилась и уже почти прошла мимо, как вдруг сзади раздался странно знакомый голос:
— Вера... Верка! Шуба!
Услышав своё полузабытое школьное прозвище, Вера вздрогнула и оглянулась.
Брюнетка улыбалась, демонстрируя ровные белые зубы.
— Ну, привет, Шубина!
— Куропаткина... — ахнула Вера, — Тань, ты что ли?
— Я, — каким-то образом она умудрилась улыбнуться ещё шире, — только я теперь Метельская, от третьего мужа фамилия осталась... Татьяна Метельская, женский коуч, может, слышала?
Вера лишь неуверенно развела руками.
— Вот и траться на рекламу, — Татьяна весело подмигнула и по-свойски взяла её под руку, — пошли!
И уже через минуту, не успев ничего возразить, Вера сидела за столиком, рассказывая про свою жизнь и работу.
Видимо Татьяна была здесь совсем своя, потому что официант не спрашивая тут же принёс им по чашке кофе и пару коктейлей с длинными цветными трубочками.
Татьяна же, не обращая на него внимания, громко и энергично тараторила:
— Да, ты что, прямо так по специальности и трудишься? Молодец! Замужем?
— Была... — вздохнула Вера и поставила чашку с кофе обратно на стол.
— Не продолжай, — взмахом ладони прервала её Татьяна, — это всё в прошлом, как на картине у Васильева, ты мне лучше скажи - ты замуж снова хочешь?
Вера пожала плечами и нерешительно кивнула. Если честно, замуж она хотела. А ещё в декрет.
— Выйдешь! — строго пообещала Татьяна и достав из сумочки аккуратный розовый квадратик, протянула Вере. — Вот, тут рабочий и сотовый, звони, у меня как раз начало в этот четверг в семь. Денег не надо, понравится – заплатишь минималку…
На визитке изящной золотой вязью было выведено: Татьяна Метельская, а ниже крупно - "Искусство быть Женщиной".

А может и не было никакой случайности. Ведь ещё утром Вера проснулась с чувством, что нужно что-то менять. Собственно говоря, с этим самым чувством она и засыпала. Но проснувшись на год старше Вера сразу ощутила, как оно усилилось.
Итак, ей уже тридцать пять лет. Тридцать пять. Этот факт был неоспорим и безжалостен, как весы в кабинете у диетолога. Тридцать пять лет это как ни крути важная жизненная планка. Даже в объявлениях о приёме на работу часто так и пишут - до тридцати пяти.
В активе у Веры была собственная квартира, неплохая работа в крупной тюменской компании и редкие пятничные посиделки с подругами.
В анамнезе оставался скандальный развод с неверным мужем, пара каких-то нелепых случайных связей, не закончившиеся ничем серьёзным и походы на чай к маме по воскресеньям.
Впереди пока ждало одинокое будущее во всей его тревожной неопределённости.
В принципе, терять было нечего и Вера решилась.

Семинар проходил в здании бывшего комбината бытовых услуг, превращённого в офисный центр. Миловидная девушка, встречающая всех на входе, отправляла всех на третий этаж, где в небольшом зале сидели женщины самого разного возраста. Вера быстро окинула всех глазами - знакомых вроде не было.
Видимо все чувствовали себя неловко и сидели молча. Царила такая тишина, что было слышно, как мывшая в коридоре уборщица негромко проворчала:
— Опять натоптали шалашовки...
Все замерли, сделав вид, что ничего не слышали и тут в зал зашла Татьяна.
Выглядела так же эффектно, словно только вышла из парикмахерской. Увидев Веру, она чуть заметно ей подмигнула и широко улыбнувшись произнесла обращаясь уже ко всем:
— Здравствуйте, мои милые, нежные, красивые, очаровательные девочки! Всех вас с наступающим Новым Годом, праздником надежды и веры в лучшее!
Все дружно похлопали.
— Все мы с вами, — продолжила Татьяна, — женщины. Наше предназначение быть родником живой воды, к которому мужчина возвращается снова и снова, чтобы наполняться силами. Наша программа направлена на раскрытие истинной женской природы и на гармонизацию внутреннего и внешнего пространства...
Вера слушала, осторожно оглядываясь по сторонам. К её удивлению, вокруг неё сидели в основном симпатичные, модно одетые женщины.
— Один мой хороший знакомый, из тех, кто видел меня без макияжа, ну, вы понимаете, как-то сознался мне, что мужчина, это, по сути, скоропорт, как фермерское молоко. Он просто ждёт, когда его схватят и выпьют. Да, да, именно выпьют!
Все несмело рассмеялись и Татьяна, одобрительно оглядев зал, пошла между рядами.
— Вот вы, к примеру, — обратилась она к Вериной соседке в толстых очках и длинном вязанном свитере, — скажите нам, только честно, вы готовы с кулаками биться за своё счастье? Или вы думаете всё придёт само собой?
— Я как-то думала само собой, — призналась та и покраснела.
— Цель сейчас у вас стоит жизнь обустроить, а не принцев ждать, — отрезала Татьяна и переведя взгляд на Веру уточнила, — верно? По взгляду было понятно, что у неё самой цели априори ясные и никаких комментариев не требующие. Впрочем, если говорить честно, то возразить Вере особо было нечего и она согласно кивнула.

Занятие закончилось спустя полтора часа.
— Итак, — Татьяна подняла вверх палец, привлекая внимание, — задание на выходные! Пригласить в гости мужчину! Хотя бы просто на обед! Любого! Муж на час, нет, не подойдёт, не запрещается кого-либо из соседей, ещё лучше с кем-то завтра познакомиться.
По залу прошёл лёгкий шум, который Татьяна остановила решительным жестом:
— Понимаете, дорогие мои, нужно начать готовить территорию. Порядок навести, тряпки убрать, меню пересмотреть. Можно что-нибудь всем подходящее, борщ, например, или спагетти. Кстати, в спагетти из твердых сортов пшеницы есть витамин B, необходимый женскому организму. Ну, всё, мои дорогие, до следующего вторника!

В последние годы климат в Тюмени стал заметно мягче и декабрьские холода постояли всего несколько дней. Утром, обнаружив между балконными стеклами ожившую божью коровку, Вера обрадовалась, значит совсем потеплело. Она не любила морозы на Новый Год.
А к вечеру, когда она уже вернулась с работы, вдруг повалил снег. Вера даже засмотрелась в окно, снег всё шёл, не утихая, большими хлопьями, словно в какой-то злой и холодной сказке.
Кого ей пригласить на обед она так и не придумала. В институте у них был айтишник Николай, что время от времени чинил ей компьютер и они иногда ходили вместе обедать. Наверное, она ему нравилась, но пригласить его к себе было как-то неудобно. Задание на выходные стало казаться ей несколько дурацким. Поразмыслив, она решила для начала всё же купить спагетти.
Выйдя из дома она столкнулась с Мишкой Рыбиным, её соседом со второго этажа, что курил у подъезда. Мишка молча кивнул и отвернулся. Отсидев пару лет по молодости и помотавшись по свету, он так и не устроился в жизни, перебиваясь какими-то случайными заработками. На крайний случай, подумалось Вере, можно позвать и Мишку. В сущности, он был безобидный бездельник.
Когда, купив большую пачку спагетти и упаковку помидоров черри она вернулась из "Пятёрочки", возле Мишки уже стояли двое молодых людей в чёрных пуховиках и с одинаковыми книгами в руках. На обложках книг виднелся большой золотой крест. Очевидно, это были какие-то сектанты или проповедники.
— Вообще-то, свидетелем быть в падлу. — объяснял им Мишка, — Это не по понятиям, это значит, ты как в суде, кого-то обличаешь или сдаёшь. Так что лучше говорить очевидец. Так по понятиям, поняли, зяблики?
Молодые люди не прекращая улыбаться дружно закивали.
Тут Рыбин заметил, что она стоит рядом.
— Тебе чего, Верка?
— Ничего, — сказала она и зашла в подъезд.

Проснувшись в субботу поздним утром она сразу подошла к окну. За ночь деревья подросли круглыми снежными шапками, а стоявшие внизу машины превратились в покатые белые холмики. На дворе снова была зима.
Она опустила взгляд. Божья коровка лежала на своём месте, но уже не шевелилась.
Почему-то Вера почувствовала себя обманутой.
— Да, ну тебя! — сказала она божьей коровке, целиком задёрнув штору и ушла на кухню.
Когда спагетти были почти готовы, она обнаружила, что забыла вчера купить хлеб. Решив быстро сбегать в магазин, она оделась и захватив в коридоре мусор, вышла из квартиры.

Двор, снова став белым, был совершенно пуст несмотря на выходные. Только в углу у помойных баков ковырялся одинокий бомж, в короткой куртке-пуховике с капюшоном, что носили лет десять назад. Её бывший называл такие «полупердяйки». Пуховик был ярко-полосатый и казалось, что в углу копошится гигантский цветной жук.
Вера, скрипя снегом под ногами, подошла поближе. Бомж оглянулся и, заметив её, смущённо замер, держа в руке банку с какими-то объедками.
«Надо же, не старый совсем, не грязный и даже вполне себе симпатичный... — машинально отметила Вера, — Может, просто опустился человек, всякое же бывает».
Она опустила мусор в контейнер и не удержавшись, снова оглянулась на бомжа.
Тот стоял молча и терпеливо смотрел на неё, видимо ожидая, когда она уйдёт.
Вере почему-то вспомнилась их овчарка Дора, что так же терпеливо караулила, пока из её чашки насытится нахальный кот Сенька, и только потом подходила к еде сама. Дору она подобрала совсем маленьким щенком, совсем случайно в тот день оказавшись в районе Дома Обороны. И привезла домой на ещё ходившем тогда "двенадцатом" троллейбусе, только через пару месяцев осознав, что у них растёт самая настоящая овчарка.
При их разводе она уехала жить за город, в новую семью, а Сеньку пришлось перевезти к маме, когда Вера летом поехала на курсы переподготовки в Екатеринбург. У мамы Сенька растолстел, обнаглел и ехать обратно к Вере наотрез отказался. А вскоре в Тюмени отменили и троллейбусы.
В магазине она купила ветчины и длинный хрустящий багет. Уже подходя к дому вспомнила про сыр, но решила, обойтись и так. Дома вроде был какой-то старый кусочек, но натереть в спагетти можно и старый.
Во дворе было по-прежнему пусто, лишь бомжик так же тихонько возился у мусорки. Увидев Веру, он снова перестал рыться в отходах и даже осторожно мотнул ей головой, закрыв свою банку и неловко сунув её в карман.
Вера невольно кивнула в ответ и уже прошла мимо несколько шагов, как вдруг неожиданно для самой себя остановилась и развернулась:
— Мужчина, вы спа... вы макароны будете?
Бомж удивлённо посмотрел на Веру, потом чуть подумал и нерешительно кивнул.

«Ну, вот, что ты делаешь? — начала ругать себя Вера, заходя в подъезд и поднимаясь по лестнице, — а если он заразу тебе притащит или вообще нападёт? Может ему просто в тарелке вынести?»
Она искоса оглянулась.
Бомж послушно шёл сзади и попыток нападения пока не предпринимал.
— Да чего это я? — ей стало немножко стыдно, — не собака же, человек...
В прихожей гость снял свой короткий пуховик, тщательно сложил на стоявший у входа пуфик и, оглянувшись, вежливо спросил:
— Скажите, а где руки помыть?
Выйдя из ванной, он внимательно огляделся вокруг, потом так же изучающе посмотрел Вере в глаза, слегка нагнулся и представился:
— Павел...
— Вера, — она махнула рукой в сторону кухни, — проходите...

На кухне бомж Павел аккуратно уселся на табурет, положив руки на колени. Вера невольно тайком принюхалась - помойкой от него, к счастью, не пахло. И, вообще, встреть она его в другом месте, никогда бы и не подумала, что перед ней какой-то бродяга. Она снова украдкой на него взглянула - ну, щетина, да... ну, свитер немодный... ну, сам, конечно, мешковатый и неухоженный, но всё равно не скажешь, что бомжует. Может погорелец?
Нарезав ветчины и хлеб, Вера наложила гостю полную тарелку спагетти с помидорами, сама пока решив обойтись чаем.
«Странно даже, — продолжала размышлять она, глядя как он вполне культурно орудует вилкой, — вроде не алкаш... руки сам вымыл...».
Павел, заметив её взгляд, замер и отложил вилку.
— Ешьте, ешьте, я сейчас ещё сыр поищу, — Вера открыла холодильник, — боюсь только он старый...
— Спасибо большое, и так уже вкусно, — Павел снова принялся за еду.

Сыр и вправду нашёлся в холодильнике, завёрнутый в какой-то древний бумажный пакет. Из тех, что зачем-то хранишь в углу нижней полки и никак не выкинешь. Поколебавшись Вера достала его оттуда на стол, но, развернув, тут же пожалела.
Сыр был не просто старый. Он был уже твёрдый как камень и к тому же весь заплесневел. Просто полностью весь. Скорее всего, тот, на который она думала, она всё же выкинула раньше, а этот огрызок давным-давно сунула передать матери для Сеньки и забыла.
При виде плесени Вера смутилась, а гость напротив оживился и, отломав от сыра небольшой уголок, стал с интересом его разглядывать. Потом повернулся к Вере.
— Скажите, у вас давно этот сыр?
Вера слегка покраснела и почему-то рассердившись на себя за это, ответила строго:
— Не помню, но, если не устраивает, другого нет.
Павел не обиделся, он вообще, казалось, забыл, что он у неё дома. Отодвинув от себя тарелку, он вертел перед глазами зелёный кусочек, приговаривая:
— Хорошо, хорошо, очень интересно...
«Видимо, привык к такому», — подумала Вера и пожала плечами:
— Можете весь забрать...
— Нет, достаточно, — он оторвал полоску бумажного пакета, завернул свой ломтик и тут же торопливо поднялся, — Мне пора, спасибо.
Возле двери он достал из кармана пуховика банку, бережно положил туда бумажный комок с сыром и ничуть не смущаясь взглянул на неё:
— Вера, вы меня простите, но мне срочно нужно идти.
— Конечно, — Вера неопределённо кивнула, подумав, что он скорее всего, не погорелец, а просто с прибабахом.

Назавтра, вернувшись домой от мамы, Вера обнаружила в дверной щели аккуратно свёрнутый листок бумаги. Зайдя к себе, она развернула записку и прочла несколько строк, написанных крупным размашистым почерком.
«Вера, пришлось уехать. Спасибо ещё раз за угощение. Буду после НГ. Павел»
Она перечитала ещё раз и, невольно подойдя к окну, осмотрела двор. В углу никого не было. Тогда она ненадолго задумалась, потом набрала Татьяну и, извинившись, сказала, что больше не придёт.

Когда-то, в более тучные года, Тюмень к новогодним праздникам наряжали лучше. По разнарядке властей фасады и дворы были повсеместно освещены цветными фонарями и гирляндами. Затем Собянина перевели в златоглавую и при следующих губернаторах город стал выглядеть несколько скромнее.
Но всё же традиция была положена и многие активные жильцы вместе с управляющими компаниями сами украшали свои дворы.
Соседний двор, где проходила Вера возвращаясь с работы, как раз и был таким - с развешенной на деревьях цветной мишурой и мигающими над подъездами гирляндами. Проходя там по тротуару, всему в следах от новогодних петард и фейерверков, Вера снова увидела знакомый полосатый пуховик.
Павел сидел, опустив голову на скамейке у крайнего подъезда и казалось дремал. Чуть поколебавшись она подошла поближе, и он, видимо услышав шаги, обернулся. Вера вздрогнула – из-под капюшона на неё смотрел какой-то старый дед, с глубокими морщинами на лице. Смотрел, правда, довольно приветливо.
— Извините, — она растерянно замотала головой, — тут мужчина ходил… в такой же куртке…
Не договорив, она быстро повернулась и зашагала дальше.
— Так это... так, поди, Пашка наш брал, — догнал её в спину голос старика, — у него теперь своего-то зимнего толком нету... он же щас в этом живёт, как его, всё забываю... в Милане, во!
— В Милане… — Вера остановилась. — кто, Павел?
— Ага, — довольно подтвердил дед, — сыр он там ихний спасает. Он же у нас учёный, кандидат по биологии!
Последние слова он произнёс громче и оглянулся по сторонам, словно жалея, что больше никто его не слышит.
Вера определённо ничего не понимала.
— А сюда он только лекции читать приезжает, — продолжал дед, явно радуясь возможности поговорить. — В наш университет.
Всё про плесень эту... и дома уж весь балкон банками своими заставил. А выбрасывать не даёт… а чего ему передать-то? Он же приедет скоро…

Дома Вера подошла к спящей божьей коровке, легонько постучала ей ногтем по стеклу и улыбнулась.

(С)robertyumen

64

ГОСПОДИ! ПОЗВОЛЬ МНЕ СОВЕРШИТЬ ГЛУПОСТЬ.

В тот день Маше исполнилось тридцать пять. 35 ей казались вершиной жизни. Ну и как тебе твоя жизнь? - спрашивала себя Маша, медленно идя с работы. Все чудесно, да? Муж, дети, дом, работа… Все так, но… но как она устала быть примерной женой и гражданкой, ни на йоту не отступая от правил! Зоркий глаз внутри нее контролировал все ее действия и чувства. Это можно делать, потому что — правильно и важно, а это — нельзя, потому что… неразумно и глупо!

Маша шла мимо католической церкви. Готические расписные окна, высокая крыша с крестом и багрянец осенних листьев. В церковь Маша редко заходила. А зачем? Не так уж и важно, считала Маша. Богу можно молиться на любом месте, тем более атеистке. Помечтать, что ли? Вот что Маша могла бы у Бога попросить? Что ей не хватает? Точно! Попрошу себе подарок! Исполнит — прекрасно. Не исполнит — нестрашно, нет, значит, нет.

Маша остановилась напротив церкви, закрыла глаза и мысленно произнесла: «Господи! Я так устала жить правильно! Сегодня у меня день рождения. Разреши мне одну, всего одну глупость!» Она открыла глаза. Ничего не изменилось ни в готических стеклах, ни в багрянце листьев. - Что и следовало ожидать, - вздохнула Маша и поплелась на урок практики вождения.

Надо заметить, что теорию вождения Маша сдала с первого раза и на ура. Но вот практика Маше не давалась вовсе. Первым отказался учить ее вождению муж. Крякнув от неожиданности, когда Маша лихо, не глядя в зеркала, поменяла полосу, он сказал : »Тебе сам бог велел водить. Но машину жалко. Иди на курсы». Вторым стал инструктор. Он имел неосторожность давать Маше неправильные указания. А Маше, если вы помните, очень важно поступать правильно. А преподаватель, пусть даже и инструктор, всегда должен говорить правильные вещи. Вы следите за рассуждением? И вы, надеюсь, согласны со мной? А инструктор Машу надурил. Он велел ей повернуть налево там, где висел кирпич. Маша, ни секунды не раздумывая, налево и повернула.

- Стоп! - приказал инструктор. Маша послушно остановила машину и сразу увидела кирпич. - Ах, ты, гад, - подумала Маша. - Шутить со мною вздумал.

- Что вы видите? - спросил Машу инструктор.
- Пешеходов, - невозмутимо ответила Маша.
- А еше? - не сдавался инструктор.
- Дома вижу, - Маша протерла ноготочек, подняла глаза. - А! Вона собаку еще вижу! Тут инструктор и сдулся. Засопел, замолчал, а на следующий день Маше позвонили из школы вождения и сообщили, что инструктор отказался ее учить.

И вот она шла на урок вождения, не зная, состоится ли он. Но в школе ее уже ждали! - Да, от вас отказались, - щебетала секретарша, но вы оплатили весь курс… поэтому вас ждет другой инструктор! Берите ключи!

Маша, как полагалось, села в машину, пристегнулась, поправила зеркало, когда услышала шум открывающегося багажника. Незнакомый инструктор закинул в него большую спортивную сумку, плюхнулся рядом с нею и сказал: - Я опаздываю. Надо другу сумку закинуть. Поэтому поедем по автотрассе. Заводи. Тут Маше и поплохело. Автотрасса! Монстр, где мимо тебя катят немыслимые мастодонты на немыслимой скорости! Господи!

- Ты чего, боишься? - спросил инструктор. Маша кивнула. - Не дрейфь, шас музончик выберем и покатим. Он порылся в дисках, выбрал, включил. Из динамиков на Машу полилась знакомая до щемящей боли мелодия.

- Нравится?
- Это по-русски, - прошептала Маша.
- Серьезно? - удивился инструктор. А ты знаешь русский? Маша опять кивнула. И песню знаешь? Так в чем дело? Щас петь будем!
- Очи черныеее, - прошептала Маша, вводя ключ зажигания.
- Громче! - крикнул инструктор
- Как люблюююю я вааааас! - заорала Маша и вдавила газ.

...- Круто! - восхитился инструктор, когда Маша остановила машину возле дома его друга. Меня Майк зовут. А поехали в НЮ на выходные? Там в Художественном музее выставка импрессионистов. Ты ведь любишь импрессионизм, угадал?

Маша замерла. Сбылось! Вот она, глупость. Ей предлагают совершить глупость!
И не говорите Маше, что Бога — нету!

65

От шестнадцати и старше!

С этой историей или байкой я столкнулся в своей жизни трижды. А все началось с Маринки, была такая симпатичная девица работающая заготовителем в КООПе в те далекие девяностые года.
Марина торопилась, уж куда не знаю, но выжала со своей красненькой маздочки все, что позволяла дорога. И естественно наткнулась на засаду.
-Превышаем? - инспектор ГАИ махнувший ей жезлом, был немногословен.
-Тороплюсь по работе. Сколько с меня?
-За такое превышение, не откупитесь. Да и проверить надо, не употребляли ли, есть ли огнетушитель с аптечкой.
-Все есть и не употребляла, - открыв дверку, спустила она вниз ножки, что бы открыть багажник. Ножки в ее тридцать с небольшим были хороши. В хороших импортных колготках, короткой юбчонке и классных туфельках, они выглядели очень изящно и привлекательно. Настолько изящно, что гаишник просто не смог от них оторвать взгляда. С трудом он поднял глаза вверх, а зря. Ведь там выше, сквозь блузочку, просматривались аппетитные груди, третьего размера. Маринка действительно была как картинка.
-Но пожалуй можно договориться.., - задумчиво произнес гаишник, нервно дернув кадыком и теряясь куда смотреть.
Маринка была не девочка, поняла все сразу, но такая система и постановка вопроса ей не понравилась. Без ухаживаний, комплиментов, вместо каких то рублей, которых у нее, кстати, было достаточно.
-Договориться, конечно можно, но я тороплюсь и надолго задерживаться нет желания.
Гаишник посмотрел ей в лицо и допустил еще одну ошибку. Ведь там были Маринкины губы. Пухленькие губы, красивой формы, накрашенные яркой красной помадой. Он смотрел как она ими что-то говорила и не слышал. Все его мысли были уже в другом месте.
-Если долго не можешь, есть возможность ускорить процесс.
-Любишь минет? - поняв его взгляд, произнесла Маринка.
-Обожаю!
-Понятно, но сейчас точно не могу, тороплюсь. Ты права у себя оставь, а вечерком встретимся. И все решим. - место на вечер обговорили быстро.
К вечеру гаишник подготовился. Снял форму, одел спортивный костюм, чтобы ничто не создавало проблем и препятствий. Взял Маринкины права и направился к оговоренному месту. Даже в наступившей темноте он без труда узнал ее маздочку.
-Садись назад, я тоже сейчас переберусь, - произнесла она.
Не успел он взгромоздиться на сиденье, как с обоих сторон в дверки нырнуло по мужику.
-Мы вдвоем, чтобы у тебя голова с шеей в одну сторону не затекала, от однообразных движений - произнес один из них.
-Обожаешь минет, говоришь?! - добавил второй, - сейчас посмотрим.
Уж не знаю, затекала у него шея или нет, дальнейшее мне неведомо. Может даже и откупился, у гайцев и в те времена денег хватало, но как сказала Маринка, с района он уехал.

Второй раз с этой историей, я столкнулся чуть позже и при других обстоятельствах. Была у меня подруга, Ленка, симпатичная замужняя девчонка. Но запомнилась она мне не этим. Таких попадается одна на несколько сотен. Видимо природа не любит с этим частить. Ленка любила оральный секс. Нет, не так, что согласна или можно и не так — раз ты настаиваешь. Она любила его по настоящему, всеми фибрами своего организма. Всей своей физиологией. Она получала от него оргазм. С ней вообще было отлично. Не надо выбирать место, не надо уговаривать. Везде, хоть в саду на лавочке, хоть в автомобиле, везде с ней было приятно и удобно. Везде.
-Повезло твоему мужику, - однажды во время перекура произнес я.
-А я ведь с ним оральным сексом не занимаюсь и не занималась никогда! - произнесла она откровенно, - вот обычным, он меня вконец затрахивает, а на оральный у него табу. Но ты ведь понял, что от обычного я удовольствия не получаю.
-Что так? - не понял я. Скорее даже опешил. Нет, меня взволновало и ошарашило не ее удовольствия, а его табу. Ведь в этом деле, Ленка творила чудеса и как от таких чудес можно отказаться, никак не укладывалось в моей голове.
-Говорит, что табу по работе. Он у меня гаишник! - тяжело вздохнула она.
Тогда я постарался не заострять на этом внимания. А зачем? Вечер только начинался. Мало ли там у кого какие табу. Но чуть позже я задумался. И даже попробовал сопоставить две этих части, возможно одной истории. Провести какую то логическую линию, прикинуть варианты. Но не хватало фактов, ни имен ни фамилий. Ну и я ведь не сыскарь какой, ковыряться в тайнах мадридского двора. Было и было. Что было, то прошло.

Но недавно я опять столкнулся с этой историей. Здесь, в комментариях на Анекдотах ру. Один из комментаторов разбудил во мне воспоминания о тех временах и действующих лицах. Правда этот возбудитель был инкогнито, под придуманным псевдонимом или ником, но его интересовал именно этот вопрос. А я даже справки не успел навести. Ну да ладно, не один ведь день живем, все тайное когда нибудь становиться явным. Комментарии ведь у меня всегда открыты. Может удастся еще спросить, уволился ли он из ГАИ? Живет ли с Ленкой? Помнит ли Маринку?

66

Объявление было коротким: «Ясновидящая и гадалка Анастасия. Верну любимого человека, сниму порчу и венец безбрачия. Недорого».

Анастасия Петровна написала, задумалась: ну и что? Их тысячи, таких объявлений, толпы гадалок и ясновидящих. Чем она зацепит клиентов? Денег нет. Как выкручиваться? Живет одна, сын в другом городе, пенсия смехотворная. Гадать она действительно умела, с юности. Но больше никаких умений в мистической сфере. Хм, надо добавить услуг, решила Анастасия Петровна.

Дополнила: «Ясновидящая, экстрасенс, колдунья, потомственная гадалка и парапсихолог Анастасия. Верну любимого, сниму порчу и венец безбрачия, сделаю заговор на успех в бизнесе и отворот от конкурентов…»

Маловато, решила Анастасия Петровна. Магия и ясновидение – на каждом углу, денег так не срубить, клиент не придет. Вздохнула, дописала: «Делаю мелкий ремонт, крашу стены, клею обои».

Дала объявление. Позвонили спустя день: «Стены на кухне покрасить сколько будет?»

«Потомственная гадалка» Анастасия обалдела, расценок она не знала. Ляпнула первую же цену, что пришла на ум. «Хорошо!» - сказали ей.

Анастасия Петровна занервничала: стены красила два раза в жизни и давно. Но что делать? Лучше стены, чем ничего. Купила валик, явилась по адресу.

Она старалась, вышло неплохо, получила деньги. Позвонили снова. Теперь насчет обоев.

Анастасия Петровна вызвала подругу: «Слушай, тебе на пенсии делать нечего, а тут подработка есть».

С подругой они ловко поклеили обои. Подруга сказала Анастасии Петровне: «А брат у меня по сантехнике, кстати».

И «ясновидящая» Анастасия дописала магическое объявление: «чиню краны, устанавливаю раковины и унитазы, устраняю засоры. Недорого».

Пошли заказы. Анастасия Петровна удивлялась: «Ну чистая мистика!» . Привлекла еще двух подруг, и трех мужичков за пятьдесят, которые сидели без работы. Через месяц объявление гадалки дополнилось так: «циклюю полы, изготавливаю мебель, ремонтирую бытовую технику, стиральные машины и холодильники. Недорого».

Команда собралась бойкая, Анастасия только успевала отправлять людей на объекты. Через полгода Анастасия открыла маленькую фирму «Колдунья». Арендовала гараж для ремонта машин. Но в объявлениях на всякий случай не убирала про венец безбрачия и прочую магию.

Наконец позвонила женщина. Рыдала. Она хотела вернуть мужа, ушел к другой, а ей уже 53 года, ловить в жизни нечего. Анастасия Петровна устало сказала: «Слушай, хрен с ним мужем. На кой черт он тебе сдался, кобель? Давай лучше к нам в бригаду. У нас весело, работы много».

Женщина перестала рыдать: «А мужчины есть?». Анастасия Петровна усмехнулась: «Есть. И нормальные. Давай, подруга, ждем!».

После чего «ясновидящая» Анастасия отправилась смотреть, как в ее новой пекарне делают булочки.

Алексей БЕЛЯКОВ

67

Как-то, году в 85-м, выплатив последнюю рассрочку (за мебель, люстру, квартиру, что-то, возможно, там еще было), мама вздохнула и, глядя невидяще куда-то вдаль, сказала, как мне показалось, сама себе:
- Вся жизнь в рассрочку

69

Просто Судьба

- Сколько, сколько? - переспросила бабушка. Вернее, прабабушка, но кто будет тратить время на это ненужное "пра". Бабушка, бабуля, ба, там мы все называли ее. И дети и внуки и правнуки. Я больно ущипнул Ленку за пухлый зад. Она взвизгнула, вслед за ней Тимка - любимец, обожаемое чадушко - йоркширский терьер, только что из собачьей парикмахерской.
- Не пугай бабулю ценами, - прошипел я подруге. То, что для нас естественно и не так уж и дорого, для бабули шок и целое состояние.
- А шерсть вам отдали? - тем временем ба не дождалась ответа на вопрос, сколько же мы на самом деле заплатили за то, чтобы собачку искупали, высушили, подстригли, заглянули в пасть, уши и глаза и в очередной раз сказали нам, что это не собака, а золото, в прямом смысле, "если захотите продавать, только позвоните."
- Какую шерсть? - прервала мои мысли Ленка.
- Собачью, конечно, - удивилась ба.
- Зачем?
- Как это зачем?
Ба и Ленка смотрели друг на друга и явно думали, что одна из них выжила из ума, а вторая дурочка с рождения. Бабушка глянула на меня так сочувственно, словно говоря: "Где ж ты ее такую тупенькую сыскал, Даня? Красавица, конечно, но тупа, как пробка! Элементарных вещей не знает!" Ба из вредности находила кучу недостатков у всех избранников или избранниц своих многочисленных отпрысков. Всё волшебным образом менялось сразу после свадьбы. Уже новую родню она защищала с пеной у рта и я был уверен, стоит нам с Леночкой расписаться, она в мгновение ока станет самой лучшей правнучкой на свете. Пока же мы только жили вместе (о чем прабабушка не знала) и именно поэтому недостатков у моей подруги было немеряно. Вот только что прибавилась и глупость.
- Как же ты не знаешь, милая, носочки, пояс можно из шерсти связать, хотя с вашего кобеля, тьфу, а не пояс, не собака, игрушка, - бабушка осторожно погладила Тимку по голове, а тот попытался лизнуть ее руку.
- Глупости, - ответила ему бабушка и брезгливо вытерла ладонь о фартук, - собака должна на цепи сидеть, дом охранять, а эта что? Да ее цепка к земле придавит, любой хороший пинок и подохнет моментально. Баловство.
Ленка вспыхнула и уже хотела что-то сказать, обидное и уничижительное, но я взял ее под руку и сказал, что нам пора. Бабушка тут же засуетилась, пошла в кладовку за пирогами, а я попытался объяснить любимой, что в деревне проще относятся к животным.
- Это не деревня, это просто люди такие, - проговорила Леночка сквозь слезы и еще крепче прижала Тимку к себе. Я хотел его погладить, но стервец зарычал на меня, подумал, это я довел до слез его обожаемую хозяйку, которую он был готов защищать до последнего мгновения своей жизни.
- Эх, ты! А я тебе еду покупаю, лежанку твою любимую тоже я присмотрел, - упрекнул я Тимку и удивился, что он не рычал на бабушку.
- Не нужны нам никакие пироги, поехали, а?
- Ленчик, не дуйся, ба не хотела тебя обидеть, воспитана она так: собака двор охраняет, кошка мышей ловит и все. Ба рассказывала, что в ее детстве кошек почти не кормили, чтобы они не переставали охотиться.
- Это жестоко!
- Да, но так было. И ба не со зла, поверь. Она просто не понимает, как собака может жить в квартире и спать с нами на кровати.
Любимая недовольно пожала плечами и с бабушкой попрощалась сухо и нелюбезно. Я думал, ба тоже обидится, но она и ухом не повела. Ба всегда считала, что пока не венчаны и могут в любой момент разбежаться и внимания особого на избранника или избранницу нечего обращать. Мало ли кого привезли помочь ей с яблоками. Я загрузил Леночку, Тимку и три большие корзины яблок в машину, поцеловал бабушку и мы уехали.
- Куда нам столько яблок? - тихо возмущалась любимая.
- Во-первых, съедим или раздадим, во-вторых, они еще полежат, пирог испечешь, - немного съязвил я. Леночка и кухня не ладили между собой и если я не успевал что-нибудь приготовить, мы ели полуфабрикаты или ходили в кафе. Я надеялся, что став полноправной хозяйкой, Ленчик все-таки научится хотя бы картошку жарить.
- Тебя надо бы к бабушке на стажировку по пирогам, - неудачно пошутил я и тут же пожалел об этой неуместной фразе. Ленка всерьез обиделась и сказала, что если мне нужна повариха, то вон он кулинарный техникум и сотни кухарок на любой вкус, а она никого не держит.
Ругались мы часто и не только по поводу кухни. Я любил ее и думал, что это чувство поможет преодолеть абсолютно любые преграды. Время показало, я сильно ошибался. Но пока я об этом не подозревал, будущее казалось мне сложным, но интересным, я мечтал о детях, о большой и дружной семье, о воскресных пирогах и походах. А сейчас любимая девушка была рядом, Тимка посапывал у нее на коленях и яблоки пахли так сильно и дурманяще, что я остро прочувствовал этот момент. Понял, неизвестно, что там будет в дальнейшем, но здесь и сейчас я абсолютно счастлив. Хвала всем богам! Есть у меня такая способность - остро чувствовать реальность и я за нее действительно благодарен, такое обычно редко с людьми случается, а у меня так постоянно и по ничтожному поводу. Ленка в такие моменты даже злилась на меня, говорила, ну что такого счастливого в том, чтобы пинать ногами опавшие листья или подбирать каштаны или рвать яблоки или сидеть у костра. То ли дело шикарный ресторан, отдых где-нибудь на модном курорте, вон там счастье, а здесь...
- Милая, но это все достаточно редко бывает! - пытался я ее убедить, - ведь и ресторан и курорт - это такие мгновения по сравнению с целой жизнью и выгоднее наслаждаться обычными моментами, они ведь чаще бывают!
- Сказал тоже! Выгоднее! Кому?
- Тебе самой! Представь - счастье вот прямо сейчас оттого, что мы ужинаем пиццей и вином, нам хорошо вместе, мы здоровы и молоды, мы ...
- А я хотела сегодня в ресторан! Я хочу чувствовать счастье там, а не здесь!
- Хорошо, - смеялся я, понимая, что мы немного не на одной волне, - завтра ты будешь счастлива в ресторане.
В любом союзе всегда кто-то должен делать первый шаг во всем, всегда кто-то терпимее, всегда любит немного больше. Немного или очень много? Это как повезет.
С Леной мы расстались ровно через год, она собрала вещи - свои и Тимкины, сказав, что мы не сошлись характерами - удобный и вежливый парафраз слов: "Я тебя больше не люблю." Я унижался перед ней, молил о возвращении, караулил ее, следил, думал, у нее появился кто-то другой и готовился бить ему морду и требовать сатисфакции. Вел себя, как последний дурак, как безнадежно влюбленный дурак. Это все прошло со временем, оно действительно лечит и через два года я с легкой и свободной душой, один снова поехал к бабушке, чтобы помочь ей с яблоками.
- В спаленку не заходи, - так приветствовала меня любящая ба. Спаленка - махонькая комнатка в ее крошечном домике - там стояла бабушкина кровать и комод. Сакральное для меня место, там лежал тяжело больной деда, там же он умер и мне всегда казалось, что он не ушел оттуда, не смог оставить бабулю одну. В спаленку я всегда заходил, чтобы поздороваться с дедом. Мне даже иногда казалось, я чувствую там запах его папирос.
- Почему? - удивился я, сколько себя помню, бабушка редко что-то запрещала так строго.
- Васенька приболел, - бабушка смахнула слезу.
Васенька? У меня мелькнула мысль про абсолютно чужого человека, который прямо сейчас спит на месте деда, возможно даже укрылся его любимым лоскутным одеялом, которое аккуратно свернутое лежало в комоде и никому, абсолютно никому не разрешалось его трогать. Мне стало так больно и неприятно от этого предательства, что я не нашелся, что сказать и только переспросил:
- Васенька?
- Данька, пойдем посмотришь, может чего подскажешь, а? - бабушка потянула меня за рукав. Я хотел сказать, что я не врач и что надо бы вызвать участкового терапевта, а если нужны деньги на лекарства этому незнакомому подлецу, посмевшему влезть в чужую жизнь, то я, конечно, помогу, если бабушка так трясется за этого незнакомого Васеньку. Я хотел все это сказать, но посмотрел на унылую бабулю, расстроенную и несчастную, засунул все свои претензии в карман и вошел в дом.
- Тихо, тихо, Васенька, лежи, не вставай, - проворковала моя бабуля, войдя в спаленку, а мне стало так противно, так мерзко, что сейчас на кровати, на месте любимого деда я увижу...
Большой рыжий кот раззявил пасть в немом мяве. Еще бы он мог что-нибудь мяукнуть при такой огромной ране на горле. Вонь гниющего кота встретила на пороге и постаралась пропитать всего меня.
- Дань, может ему таблеточку какую дать? Я промывала, но не помогает, видишь, как мучается?
Кот, по-моему уже был полудохлым и ему было все равно. Он лежал на клеенке и простыне, из раны сочился гной, а сам кот горел. "Огненный и снаружи и внутри", подумалось мне.
- Когда-то был красавцем, - я погладил кота, тот даже ухом не повел, - у вас ветеринар должен быть, ты ходила к нему?
- Как не быть, есть конечно, бегала к нему, сказал нечего на всякую дрянь лекарства переводить, стукни его бабка поленом, да в лесу выброси, так и посоветовал, изверг, - бабушка вдруг заплакала, как малое дитя, громко, всхлипывая, словно жестокость этого мира вот только сейчас коснулась ее, как и не было долгой и трудной жизни.
- Ба, - осторожно начал я, - ты откуда вообще его взяла?
Она не то, чтобы не любила кошек и собак, они были легко заменяемыми букашками в ее мире: покормить, похоронить, взять другого. Схема была проста и пункта "лечить" в ней не было. Не потому, что бабушка была злой или бесчувственной, просто так было заведено, так ее воспитали.
- Сам пришел, - она вытерла слезы аккуратным платочком и тихо что-то сказала.
- Я не расслышал, ба.
- Дань, не смейся только, я этого Васеньку как увидела, загадала почему-то: вылечу его, дед меня на том свете дождется, не бросит, а не вылечу...
"Деда никуда и не ушел без тебя," чуть не ляпнул я. Сквозь гнойную вонь я почувствовал запах папирос и вдруг мне в голову пришла мысль: "Если спасем кота, бабуля еще долго будет жить и деда здесь вместе с ней останется." Я немедленно заругал себя за это. Никогда нельзя загадывать, ни за что! А уж тем более на умирающего кота и на любимую бабушку. "Нет, нет никакой связи между котом и бабулей!" повторял я про себя, стараясь изменить то, что пришло мне в голову, изменить мысли, не каркать.
- Дань, - она опять заплакала, уже тихо, безнадежно, - Дань, пожалуйста, помоги.
"Тут может помочь только чудо," подумал я и начал чудить: звонок в ветеринарку, куда водили Тима, долгий разговор с администратором, отказ - "мы не лечим по фотографии, привозите", отвечаю, что не довезу, молчат сочувственно. Прошу позвать хоть какого-нибудь врача к телефону, вспоминаю имя Тимкиного терапевта - тезка моей Леночки - Елена Андреевна - милая, приятная девушка, Леночка ее еще даже однажды приревновала ко мне. Чудо чудное! Елена Андреевна помнит Тимку, абсолютно не помнит меня, но из любви к моей бывшей собаке соглашается посмотреть на фотографии. Отсылаю.
- Температура у него есть? - она перезвонила сама, по ее голосу я понял, дело плохо.
- Пылает.
Она вздохнула. Я понял ее без слов - коту не выжить.
- Но надежда же есть? - я ухватился за эту хрупкую соломинку и мы с бабулей, как два ребенка стали ждать чуда от ветеринара, который даже не видел этого рыжего Васеньку.
- Я не знаю, вы же понимаете, что лечить по фотографии - это...
- Да, да, я все понимаю, но что-то можно сделать?
- Записывайте.
На наше счастье в аптеке было все, что нужно и дело оставалось за малым - сделать несколько уколов, промыть рану и надеяться на лучшее. Я читал, животные чувствуют, когда их лечат, этот же рыжий гад не чувствовал ничего и бился как лев, желая сдохнуть с достоинством, без иголок и промываний.
- А прикидывался почти трупом, - сказал я и оценил последствия лечения. Кот поцарапал бабушке щеку, мне достались глубокие царапины на руках, но я вколол все, что было велено и засобирался домой.
- Нет, Данечка, нет, не уезжай, - бабушка испугалась так, словно в ее доме умирал тяжело больной родственник.
- Его же завтра еще колоть? Даня, я не справлюсь и помочь некому.
Я вздохнул и позвонил на работу.
Утром я боялся, что увижу около крыльца тело на старой тряпке, увижу тусклый мех - неживой, блеклый, увижу потерянную бабушку и буду корить себя за дурацкие загадывания и мысли. К счастью, я ошибся. Кот был жив, хотя и выглядел также ужасно. К лечению мы с бабулей подготовились основательно: запеленали кота, как младенца, чтобы лапой не мог пошевелить. Но этот рыжий больной видимо почувствовал себя немного легче и своей башкой додумался до логической связи: уколы и промывания = не так уж паршиво, поэтому не только лежал смирно, но даже пытался мурлыкать. Бабуля опять расплакалась, теперь уже от радости. Мы полечили кота и я пошел рвать яблоки.
Мне пришлось колоть Васеньку еще целую неделю. Он становился сильнее, начал есть и умываться, а когда смог спрыгнуть с кровати и, пошатываясь, выйти во двор, бабушка откупорила бутылку заветной наливки и мы отпраздновали выздоровление кота. Васеньке надоели уколы и когда он не выдержал и снова поцарапал меня, я решил, что ему хватит и пусть уже природа делает свое дело, пусть этот местами неблагодарный, а местами очень благодарный пациент долечивается сам. У бабули он жил, как в санатории и я не сомневался, что скоро всем соседским котам придется плохо: их ждет раздел территории и суровые битвы.
- Ты этой врачице обязательно яблочек передай, - бабушка сама отобрала самые красивые и румяные яблоки в новую корзинку.
- Ба, я ее лучше в ресторан приглашу, цветы подарю, - рассмеялся я.
- Это как знаешь, а от нас с Васенькой яблочек, это же самый витамин!
Если бабуля что-то решила, перечить ей было невозможно и я забрал яблоки.
Елена Андреевна сначала долго отказывалась и от ресторана и от цветов, а вот яблоки взяла сразу.
- Знаете, у них такой аромат, я даже есть их сразу не буду, просто поставлю в своей комнате, сначала попытаюсь насытиться их запахом, - она так смешно и вкусно потянула носом, что я захотел выпросить у нее одно яблочко. Мне показалось, что в ее руках они засветились, стали еще красивее.
- Жизнь настолько мимолетна, я люблю наслаждаться каждым ее моментом, стараюсь наслаждаться, - это она сказала мне уже за ужином в ресторане и что-то в ее словах послышалось такое знакомое и родное, что я неожиданно для себя предложил ей съездить к бабушке, полюбоваться на яблочный сад, на осенние цветы и, конечно же, на Васеньку.
Елена Андреевна, Леночка, была единственным человеком, которого бабушка приняла радостно и безоговорочно сразу же, с первого взгляда, не просто приняла, но полюбила и привязалась всей душой.
- Ты будешь идиотом, если не женишься на это девушке, - сказал мне отец и добавил, что такие, как она крайне редко встречаются, - да и врач в семье не помешает, - посмеялся папа.
- Она ветеринар, - поправил я.
- Какая разница, - ответил отец, - все мы звери-человеки.
Если судьба есть, она приходит именно так: неожиданно и необычно. Ко мне она пришла в лице рыжего, раненого кота и в бабушкиных страхах. Я так и не смог понять, почему она приняла того кота, почему не прогнала и стала лечить. Она потом и сама не смогла ответить на этот вопрос. Просто Судьба.

Автор Оксана Нарейко

70

Три девицы

Недавно заезжал в гости хороший знакомый. Зовут Сергей, живёт в деревне недалеко от райцентра, толковый и серьёзный мужик. Обсудили все вопросы, и уже под конец беседы он спросил:
— Андрюха, посоветуй, что делать?
— То есть? — Не понял я.
— Понимаешь, у моей жены есть лучшая подруга…

В общем, Серега женат. Жену зовут Ирка, лучшую подругу – тоже Ирка. Подруга давным-давно уехала в город, живет и работает там. А каждые выходные приезжает в родную деревню.

Так вышло, что просто Ирка (подруга), заболела коронавирусом. И три недели пробыла в режиме самоизоляции в городе. Скучно? Понятное дело. Увидеться нельзя, только созвон.

— А на прошлой неделе она выздоровела, — вздохнул Сергей.

Естественно, Ирка тут же приехала на родину. Естественно, прихватив бутылку шампанского, побежала к лучшей подруге. А у той была своя!

Плюс забежала в гости соседка, Юлька, по странному стечению обстоятельств тоже с бутылкой шампусика.

— Я на работе задержался, но чуяло сердце, что-то не так, — опять вздохнул Сергей.

Девчонки же, наобнимавшись и нацеловашись, решили отметить. И после первой бутылки им захотелось каши. Только на молоке! А где его взять? У коровы Милы, она как раз паслась неподалеку от дома. Поэтому, взяв по ведру, подруги направились к животному.

Которое, увидев бухих доярок, перекрестилось рогами:
— Чё надо?
— Милка, солнышко, мы тебя подоить пришли, — улыбнулась Ирка-жена.
— Не бойся, это быстро, вжик-вжик, и всё, — хихикнула просто Ирка.
— Бабоньки, установленная норма: одна дойка — одно ведро. Чем я три наполню? — Удивилась корова.
— Сейчас посмотрим, — икнула Юлька.

Поняв, что доярки настроены очень серьёзно, Милка сделала последнюю попытку решить дело миром:
— Вы охренели?
— Молоко давай, — рявкнули подруги.
И началось.
— Справа заходи!
— Куда!
— Тпрууу!

В конце концов, корова, как самая адекватная, приняла единственно правильное решение. Улучив момент, она быстро повернулась задом к дояркам, задрала хвост и…

Через десять минут подруги, не дыша, молча распивали вторую бутылку.
— Облом, — вздохнула Ирка-жена.
— Сейчас бы шашлычка, — мечтательно протянула Юлька.
— Или поросёнка на вертеле, — добавила просто Ирка.

И девчонки многозначительно переглянулись.
К счастью, очень вовремя с работы вернулся Сергей. Отобрав поседевшего и охрипшего поросёнка, он загнал подруг обратно в дом.

Где оставалась еще одна бутылка! Лишенные и кашки, и свининки на вертеле, девчонки её лихо прикончили, а затем…
— Милый, ты занят? — это Ирка-жена.
— Без тебя никак, — просто Ирка.
— Очень нужно, — хихикнула Юлька.

Подругам захотелось жареных грибочков! Поэтому нужно сгонять в лес! Десять вечера? Какая фигня! Ещё светло.
— И ведь в темноте умудрились насобирать каких-то поганок! — Снова закурил Сергей, — наверное, Леший специально подкинул, чтобы этих ненормальных выкурить. Потому что просто Ирка вдобавок начала громко петь.
А голос у неё шикарный, слух тоже, песен знает немеряно…
***

Спустя пару часов уже порядком задолбавшийся Сергей наконец-то уложил свою благоверную спать, а Юлька вместе с просто Иркой разошлись по домам.

И когда первая скрылась за дверью, вторая, напевая, отправилась к себе.
— Напилась я пьянаааааааааааааааааа, не дойду до домаааааааааааааа! АААААААААА! Ё….

Долбанулась об землю и разбила колено.
— О чём это я? Точно! Бывайте здоровы, живите богато! Упс!

И хихикнув, просто Ирка открыла свою калитку.
— Спят? Ну ладно, я тихонечко.

Не дыша, на цыпочках, она доковыляла до дверей. Но душа просит песен и аудиторию! А где её найти?

Задумавшись на минуту, просто Ирка нашла гениальное решение, ввалившись в хлев:
— Свинки мои, вам скучно?

Вообще-то, свинки спали, но услышав «Союз нерушимый республик свободных!», первой заверещала свиноматка:
— Подъём, пока эта ненормальная не принесла вертел!
Свинопапка тут же отдал честь, а свинодетки испуганно зашептали:
— И избавь нас от лукавого.

Радостно хрюкнув, просто Ирка под облегченные вздохи свиносемьи вывалилась из хлева и тут увидела петуха, который, расправив крылья, собрался поприветствовать новый день.
— Петенька, а давай вместе?

В то утро деревня проснулась не от петушиного крика, а от:
— Ду, ду хаст мих!
Заткнулись и домашние птицы, и жабы на болоте. После второго припева крот Варфоломей решил принять иудаизм. После третьего — проснувшиеся домочадцы с матом втащили просто Ирку в дом и уложили спать.

А утром она заявила:
— Вы меня не любите, не оценили концерт, а я так старалась!

— Не знаю, что и делать, — вздохнул Сергей, - они ж теперь будут каждые выходные голливудить.
— Выдайте просто Ирку замуж, — предложил я, — сразу успокоится.
— Понимаешь, отказывает всем. Говорит, выйду за того, от кого торкнет. Кстати!

И Сергей улыбнулся:
— Андрюха, ты ведь то по кладбищам шастаешь, то с червем фоткаешься, то покойников гоняешь, то они тебя.
— И? — не понял я.
— Женись на Ирке! И сам будешь не один, и нашей деревне спокойнее.
— С чего ты решил, что её от меня торкнет? Откажет, как и всем остальным.
— Не откажет, — хмыкнул Сергей, — уверен.
— Почему, — удивился я.
— Да вы оба придурошные.

Автор: Андрей Авдей

71

Купить корову легко, труднее потом понять кто в этом виноват. Ну вначале виноватым был конечно я. Я всегда чувствую себя виноватым с бодуна, пробуя вспомнить чего я там по пьяни натворил. А если вспоминаю или кто рассказывает, чувствую себя еще более виноватым. По пьяни ведь хорошего не натворишь. Поэтому предложение жены, с утра, виноватому и толком не проснувшемуся, поставило меня в тупик. Да какой там тупик, я был просто ошарашен.
-Ты можешь мне купить корову?! - стоя у дивана на котором я вчера невзначай уснул, как бы поинтересовалась она. Без всякой скрытой интонации. Вот просто так, резко, не давая мне даже повода на раздумье.
Кому нибудь задавали такой вопрос с утра, без предварительной подготовки? Нет, ну понятно там колье, шубу, серьги, машину наконец, но корову... Да мне кажется по-любому, каждый бы охренел. Вот и я тоже. Чего надо набедокурить, чтобы женщина требовала корову?
Я забыл про похмелье и заметался по залу как тигр в клетке. Корову... Корову? КОРОВУ!!! Это просто не укладывалось в сознании, я вообще не знал куда это прилепить.
-Слушай, я серьезно ничего со вчерашнего не помню! - почти взмолился я. - Вот хоть убей, не помню! Ну при чем здесь корова? Что я тебе такого сделал?
-Что ты так разнервничался? - не поняла она. - Ничего ты мне не сделал, просто я хочу корову...
Ее монолог перебило шлепанье босых ножек и в дверях появилась дочь. Протирая со сна глазенки кулачками, она сразу вступила на сторону матери.
-Я тоже хочу корову! Корову!
-Вы тут охренели все за ночь что-ли?! Тебе то зачем корова? - еще больше опешил я, - тебе пять лет, доча, зачем тебе корова?
-Хочу, хочу! Хочу корову!
-Видишь и дочь хочет, - жена почувствовала союзницу. И активно ее выставила как аргумент.
-А сын, что сын говорит, он за или против? - бросился я к последнему оплоту, надеясь на мужскую солидарность и поддержку.
-Какие за, ему же еще года нет. Или ты забыл, что он у нас еще не разговаривает толком?
-Ага! Значит он не за, ну вот и подождем. Подождем когда заговорит толком. А вдруг он будет против, тогда все по честному, двое на двое. Вы двое за, а мы двое против. И, кстати, кошку с собакой тоже не мешало бы спросить. Ведь они члены нашей семьи? Кошку можете взять на свою сторону, все равно собаки и нас с сыном когда он заговорит толком для нейтрализации хватит. Идите свою кошку тренируйте говорить «ЗА», моя собака-то по-любому что надо нагавкает.
-Ты все шутишь, да? А я ведь вполне серьезно! Вчера Галка, даже подоить ее разрешила. Она знаешь какая добрая и глаза такие большие-большие!
Нет, насчет доброты и Галкиных глаз, у меня возражений не было, но слово «подоить», не укладывалось ни в одну логическую схему. Особенно с похмелья. Поэтому я просто потерял дар речи. Сейчас я бы может быть как то бы и понял на волне толерантности, но тогда в 1986 году я стал готовиться к инфаркту или инсульту. Для этого и упал на диван. Ну не на пол же мне падать, где с грохотом и твердо.
-Кого подоить? - с трудом умирающе выдавил из себя, я. Прислушиваясь к своему сердцебиению.
-Кого-кого, корову конечно.
Отлегло ненадолго. Не ну нахрена мне такие переходы, если человек с похмелья.
-Чью корову? - я, на всякий случай поинтересовался, ради проформы.
-Галкину конечно.
-Ага! - осенило меня, - так она тебе хочет свою корову впарить? Пригласили в гости, подпоили, типа за день рождения. Пока мы значит с мужиками там о политике рассуждали, она тебе корову всучила. Ну Галка, ну молодец! А я все думаю, что вы там весь вечер шушукаетесь.
-Да, почему свою?! - пришло время удивляться и жене, - совсем даже не свою!
-Вы стебанули у кого-то корову?! - опять ошалел я и даже не смотря на угрозу инфаркта, приподнялся, - а вдруг это совхозная от стада отбилась? Ты знаешь сколько дают за хищение государственного имущества?
-Да что ты несешь!? Какая совхозная? Никого мы не стебали! Просто Галка мне дала подоить свою корову. За это меня даже лизнула. У нее язык такой шершавый... — посмотрев на мои видимо опять чрезмерно выпирающие глаза, тяжело вздохнула и добавила, - да корова, корова лизнула! С тобой невозможно разговаривать. Да мало того, что Галкины дети домашнее молоко пьют, еще и в совхоз излишки сдают. Корова у них почти сорок литров в сутки дает. В этом месяце, почти на двести рублей...
-На сколько, на сколько? - не понял я. Думал ослышался.
-На двести! Я ведь все равно с сыном в отпуске по уходу сижу, все бы приработок какой был. Утром и вечером подоила, да в стадо выгнала-встретила и всего делов. Ты-то уж сена накосишь или купить можно...
Я в принципе уже ее не слушал. Какое нахрен сено. Двести рублей, это ж две трети моего оклада, вместе с надбавками и северным коэффициентом. Тут было о чем задуматься и посчитать. А считать я любил, особенно складывать и умножать.
-Двести это одна, - мысленно стал рассуждать я. - а если три? Не, три маловато - десяток. Вот десяток в самый раз! Десять на двести, две тысячи. Две тысячи в месяц. Полновесных советских рублей, неплохо, неплохо... - я посмотрел на жену, она еще что-то там жестикулировала, пытаясь мне объяснить, но я ее перебил. - Ты это, десяток потянешь? Ну там подоила утром и вечером, в стадо выгнала...
-Ты обалдел, какой десяток? Зачем нам столько? Я одну хочу.
-Ты знаешь, много мало не бывает! - что я тогда изрек с бодуна до сих пор понять не могу, но и сейчас звучит весомо. - Ну ладно, чего орать-то, возьмем десяток, тебе одну, остальные мне. Тем более у меня опыт! Если я семьдесят свиней выкормил, неужели десяток коров не потяну?

Как я со свиноводства перекинулся на молочное производство, совсем другая история. Если кому интересно ждите очередной истории

72

Дедушка погиб в сорок первом. Бабушка осталась с тремя дочерьми, старшей из которых едва исполнилось шесть лет. Конечно, было трудно и в войну, и после. И о многих радостях, которые не только нынешние дети, но и мы в свое время принимали как должное, не приходилось и мечтать.
О том, чтобы купить девочкам велосипед, не могло быть и речи, куда там. Но когда они подросли, бабушка выдала им довоенный отцовский. Катались поначалу стоя, просовывая ногу под раму...
Напротив дома был пустырь, там и катались. И вот как-то старшую, Лилю, привела незнакомая женщина - неосторожно проехала слишком близко, зацепила краешком педали и порвала ей чулок. В то время - это же катастрофа. Деньги бабушка пообещала отдать с получки - сразу их просто не было, - а велосипед заперла в сарае: не умеете кататься аккуратно, значит, не будете совсем. Dixi. Через какое-то время уже пожалела, да ведь сказанного не отменишь. Сколько-то так промучились - и еще вопрос, дочки больше страдали или мама, - а потом, мама моя рассказывает, идет она из школы - а по пустырю Милка, средняя, на велосипеде рассекает. Не дождавшись прощения, утащила велик без спроса, а бабушка ничего и не сказала. Я так думаю, облегченно вздохнула, что все решилось...
А пустырь тот застроили уже на моей памяти, выстроили новую школу. И меня та школа в свое время сильно озадачила. Я-то в другой училась, рядом с домом. И вот идешь к началу второй смены, а навстречу ребята, ребята... ясно дело - отучились в первую смену, домой идут (счастливые!) А потом нас перевели в первую. Идешь к началу уроков - а навстречу ребята... Но ведь ночной смены в школах уж точно не бывает! Однако ж идут. Не сразу до меня тогда дошло, что это они по нашему школьному двору в ту школу ходили, она же как раз напротив.

73

Со мной коллега работал, литовец. Женат тоже на литовке. Люди спокойные, даже флегматичные, я бы сказал.

И вот как-то, поехали они в Западную Вирджинию отдохнуть. Сняли там хату, погуляли, забрались в дом и улеглись спать. Жена, Лайма, проснулась первой, и первое же, что она по пробуждению увидела - огромную змеюку, выползшую из-под кровати. Другая б завизжала, конечно, но Лайма литовка, поэтому она легонько толкнула Альгирдаса и сказала: "Альгис, у нас под кроватью змея." Альгирдас, уставший после шестичасовой езды прошлым днем, просыпаться не хотел, поэтому пробормотал: "ты не можешь видеть змею, если она под кроватью", и уснул снова. Тогда Лайма толкнула его посильнее и сообщила: "Альгис, но я хочу пи-пи, а если я встану, то наступлю на змею!" "Значит, змея уже не под кроватью", - сделал логический вывод Альгирдас и попытался натянуть одеяло на голову. Лайма эту его попытку пресекла и пообещала сделать пи-пи ему на голову, если он не проникнется.

Хочешь-не хочешь, а пришлось Альгирдасу просыпаться. Первым делом он надел очки, потом свесил голову с кровати и обозрел змею. Та явно никуда не спешила, и ее явно не беспокоило то, что Лайма хочет пи-пи. Дальше Альгирдас сказал змее что-то по-литовски. Не знаю, откуда западно-вирджинская змея может знать литовский, но Альгирдаса она явно поняла, потому что уползла на кухню под холодильник.

Лайма облегченно вздохнула и пошла в туалет, а Альгирдас продолжил дрыхнуть.

Почему-то змее под холодильником не понравилось, и когда Лайма попыталась выйти из туалета, то обнаружила все ту же змею прямо у себя под дверью. Призывы к Альгирдасу в этот раз ей не помогли - тот безмятежно спал в соседней комнате.

Лайма несколько раз попыталась урезонить змею на английском, это не помогло, тогда, вспомнив успехи Альгирдаса, она сказала что-то не очень хорошее на литовском, и как в воду глядела! Змея уползла, правда опять под холодильник...

...Я бы всю эту историю долго слушал, но мне самому любопытно стало: "Ну, и что вы потом со змеей сделали? Поймали и выкинули на улицу?"

"Зачем?" - ответил мне Альгирдас. "Мы остановились в этом доме всего на три ночи, а змея там живет все время. Мы ее попросили не вылезать из-под холодильника пока мы тут, и мы с ней договорились."

"Ну и что, змея с вами согласилась?" - спросил я.

"Не совсем", - ответил Альгирдас, - "Нам пришлось ее кормить. Мы купили ей молока и поставили блюдечко на кухне. Но под кровать она больше не заползала, Лайма меня больше не будила, поэтому домой мы уехали, хорошо отдохнув".

74

Знакомая рассказывает:
- Мы с мамой живём на втором этаже старого дома.
А прямо над нами, на третьем, живёт семья каких-то алкашей. Их там много, постоянные гости, квасят беспробудно, и кто кому кем приходится я даже никогда не вникала.
Как-то раз мою окно, снаружи, такой знаете специальной щёткой на телескопической ручке, и вдруг вижу, как по водосточной трубе, которая идёт мимо наших окон, карабкается мужчина с бутылкой водки в руке.
Когда я его увидела он как раз находился между первым и вторым этажом, буквально в каких-то паре метров от меня.
Я так испугалась! И с перепугу, с криком "Куда лезешь, гад?!" махнула на него тем, что было в руке. В руке была щётка. От взмаха щётка разложилась на всю свою телескопическую длину, и едва не угодила труболазу по голове. Буквально в каких-то паре сантиметров просвистела мимо его удивлённого носа.
От неожиданности мужик отпустил трубу, и рухнул плашмя вниз. Слава богу, на мягкий газон.
Он лежал там внизу, и что характерно, держал перед собой на вытянутых руках, как младенца, целёхонькую бутылку водки.
Так мы какое-то время и смотрели друг на друга, радуясь. Я, сверху, тому что он не расшибся, а он, снизу, тому что бутылка уцелела.
В этот момент сзади подошла моя мама, выглянула за окно, вздохнула и сказала:
- Эх, Таня, Таня! В кои-то веки к тебе в окно лез мужчина, да ещё с бутылкой, а ты его - палкой! Так нельзя. Ты так замуж никогда не выйдешь!

75

Пожилого профессора, интеллигента, спрашивает доктор: - Почему вы потеряли сознание в автобусе? - Видите ли, рядом со мной на сиденье плюхнулась дама в домотканной марлевой масочке, потом она сняла ее и вытерла пот со лба, потом протерла ей шею, затем вздохнула и протерла ей подмышки. А потом она надела масочку обратно...

76

Правительство решило выдать отцам, у которых есть 5 детей, по одному миллиону рублей. Один мужик, у которого было четверо детей, услышал эту новость, побежал домой и говорит жене:
- Так! Я должен тебе признаться, что у меня есть ещё одна дочь на стороне. Я её заберу, и мы получим миллион!
Жена лишь вздохнула в ответ...
Муж пошёл, забрал дочку, вернулся домой и видит, что ни одного ребёнка дома нет, жена сидит одна.
Он с удивлением спрашивает:
- А где дети?
Жена:
- Где-где, их тоже отцы разобрали.

77

Правительство решило отцам, у которых есть 5 детей, выдавать по 1 миллиону рублей. Один мужик, у которого было 4 детей эту новость услышал, побежал домой и говорит жене: - Так! Я должен тебе признаться, что у меня есть еще одна дочь на стороне! Я ее заберу и получим миллион! Жена лишь вздохнула в ответ... Тот пошел, забрал дочку, вернулся домой и видит, что ни одного ребенка дома нет, жена сидит одна. Он удивленно спрашивает: А где дети? Жена: Где? Где? Их тоже отцы забрали!

78

Навеяло историей про 2 кг краски и контракт на 30 тн.
1998 год. Я коммерческий директор издательства, выпускающего товарно-ценовые журналы. По договорам бегает сотня агентов, но чтобы не терять хватку - десяток крупных компаний продолжаю вести лично.
Мы растём, реклама дорожает и вот наведываюсь я к старинному клиенту, торгующему бумагой. Мы брали по бартеру 2 тонны бумаги в месяц, 4 ролика, а мне захотелось брать пять.
В милой и душевной обстановке мы, с перерывами на кофе, часа два бодались с хозяйкой фирмы и я наконец-то её убедил. Она грустно вздохнула и сказала: "Ладно, ок. Будут у вас пять роликов ежемесячно".
Мы подписали новый договор, ещё выпили кофе и тут, после небольшого раздумья я выдал: "Знаете... Как-то тяжело Вам даётся этот пятый ролик в месяц... Давайте оставим как было 4 ролика".
Хозяйка компании тихо офигела и расстались мы крайне тепло.
И тут наступает осень 1998 года, доллар в 4 раза, вся импортная бумага закончилась сразу, а отечественная, которую и продавал мой клиент - не успевала доезжать до складов. Иными словами, реклама им не нужна была от слова Совсем.
Но... Эта компания ни на месяц не прервала контракт с нами, как это сделали другие бумажники и благодаря ей мы смогли удержаться на плаву и выпускать журналы...

79

Довелось проходить медкомиссию на новую работу перед Новым годом. Заполняя последнюю карточку молоденькая сестра тяжело вздыхала. Послышалась музыка,- в соседнем кабинете персонал репетировал новогоднюю песню. Веселая песня пелась очень грустными голосами. Медсестра вздохнула с надрывом. "Зарплату не выдали перед Новым годом. Сказали - только после новогодних каникул." Я посочувствовал как умел. Получил свои документы и покинул эту юдоль печали как можно быстрее. При устройстве на новую работу никто не обратил внимания, что вместо "Инженер автоматизированных систем управления" было указано "Инженер ароматизированных систем управления."

80

Внук моих знакомых в прошлом сентябре получил в школе всем известное задание: написать сочинение на тему «Как я провёл лето».
На следующий день он сдал самое интригующее в классе сочинение, в нескольких строчках которого было написано, что мальчик успел летом побывать в трёх заграничных странах. Заинтересованная учительница объявила классу, что «Павлик у нас путешественник и новый Тур Хейердал», после чего попросила его выйти к доске и рассказать, где он был и что видел.
Павлик вышел к доске и начал рассказывать:
- У моего папы дача в Болгарии. Но на даче нам было скучно, поэтому папа решил отвезти нас на Тумбу.
- Что такое Тумба? – спросила озадаченная учительница.
- Тумба – это гора. Мы поднялись на гору, и нас там угостили обедом. Но я там ничего особенного не видел. Там скучно: одни камни и трава.
- Павлик, давай лучше про путешествия. Ты написал, что был в трёх странах.
- Так я и говорю. Тумба стоит на границе Болгарии, Греции и Македонии. Если обойти вокруг обелиска на вершине горы, то окажешься сразу в трёх странах. Вот я и обошёл.
Учительница поправила очки. Потом спросила:
- Ну а на болгарской даче ты что делал?
- Играл в приставку.
- Понятно. Садись, Павлик. Кажется, я провела лето на своём дачном участке интереснее тебя, - вздохнула учительница. - У меня, по крайней мере, созрела вкусная клубника и собака принесла щенят.

82

Карантинное номер 4 .
Про то, как границы не могу помешать человеческому общению.
Лет так 20 назад случилось мне зайти за чашечкой кофе и сигаретами в бар в славном городе Кейптаун, в районе Ватерфронт.
Барменом была дама (что важно), белая, высокая сероглазая блондинка. Я попросил кофе, сигареты и зажигалку. За зажигалкой, которой не было в баре, был послан помощник бармена, хлопчик лет 10. Я в ожидании взял кофе и присел у стойки. Там уже сидела ещё одна дама, приятная во всех отношениях, лет 35, хороших форм, тоже светлоглазая блондинка. И, вот покуда я жду, эта дама спрашивает меня – “Are you a foreigner or poor local creature , like I am?” “Простите, Вы иностранец, или местный, такое же несчастное создание, как я?”. “Я иностранец.” “Откуда, если не секрет?” “ С Украины” “А, с Украины? Не из Одессы ли?” Тут, следует сказать, я немало удивился. Немного народу, особенно в те годы знало, что есть такая страна Украина, а уж про Одессу и речи идти не могло. “Нет, я не из Одессы.” “А Вы там бываете?” “Да, регулярно.” “Послушайте, а ненароком, Володю Вы не знаете? “ К сожалению, нет. Не знаком.” “Ах,” - вздохнула дама и обратилась к барменше - “Володя…Володя. Он такой же статуры, как джентльмен, но у него ещё есть такие роскооошные пшеничные усы.” И взгляд дамы заволокло лёгкой дымкой. “Будете в Одессе, передайте привет Володе!“
Володя, привет!

83

Как я чуть не утонула на школьных соревнованиях и приплыла третьей

Третий класс. Я и ещё несколько одноклассниц ходим в кружок лёгкой атлетики (щас вот даже не понимаю, зачем, видимо, чтоб было).

Физрук говорит: "есть возможность пристроить вас в бассейн".

Я грю: "я плавать не умею".

"Ну вот заодно и научишься", - убеждал физрук.

Ну ок.

Школа с бассейном находилась в соседнем микрорайоне. Школа была не профильной для спортсменов, а просто имела не развалившийся с советских времён бассейн. В общем-то бассейн тоже имел свою специфику - он был строго для детей (даже не для подростков) - в начале он имел глубину "по колено", а к концу мне третьекласснице был чуть выше макушки.

Плавать в бассейне, в котором всегда чувствуешь дно, было легко. А "на глубину" я почти никогда не заплывала, разве что оттолкнуться от бортика.

Всю зиму мы прозанимались плаванием, а в моем случаем скорее хождением, а весной физрук сказал нам, что грядут соревнования между школами, и по плаванию в том числе.

"Мы должны представить опытных пловцов в каждой возрастной категории! Вы всю зиму в бассейн ходили - самое время показать всем, чему вы научились!" - важно, словно с трибуны, вещал физрук.

Сказано - сделано. Девки записались, квоты на спортсменов были прикрыты. Я вздохнула спокойно и осталась "на скамейке запасных".

В день соревнований ко мне подлетает физрук:

- У тебя купальник с собой?!

- А что?

Да, черт возьми! У меня был с собой купальник, потому что после уроков был бассейн.

- Катька не пришла сегодня в школу, и дозвониться до нее мы не можем! А нам уже пора на соревнования уезжать!!! Будешь вместо нее!

- Я не умею плавать...

- Да чего там плыть-то?! Всего-то стометровка! В вашей возрастной категории других видов вообще не заявлено. Оттолкнешься посильней от бортика и вперёд!

- Так а может вообще тогда вместо Катьки никого не посылать? - у меня была стадия торгов.

- Я ее уже подал, как участницу. С нашей команды тогда очки снимут за неявившегося спортсмена.

- Ладно. Тока ради команды...

В этот момент ещё никто не понимал масштабов взаимного недопонимания)))

Соревнования проходили уже в специальных бассейнах для спортсменов, и прямо со старта я ушла под воду. Не ощутив дно, я отчаянно барахтались по кругу, пытаясь ухватиться хотя бы за плитку бортика. Получалось откровенно херово. Через какое-то время я почувствовала вектор нужного направления - пинок в спину ногой - и о чудо! я поплыла. Ну как поплыла... Там я уже могла, уходя под воду, чувствовать дно, так что я отталкивалась и гребла что есть мочи. На финише меня ждала спасительная глубина "по грудь" и перепуганный физрук:

- Что?! Что это было?!! - заорал он.

- Предупреждать надо, что там глубоко!

- Ну это же бассейн для соревнований!

- Ну я же сказала, что не умею плавать!!!

- Я подумал, что ты скромничаешь!

Захлебываясь эмоциями (а я ещё и водой), мы с физруком не заметили, что из шести дорожек "опытных пловцов младшей возрастной категории" я приплыла к финишу третьей.

85

Анжелика, двадцативосьмилетняя самозанятая индивидуалка, привычно обновляла в интернете объявление о своих услугах. Обычно она кратко писала «Хорошенькая девушка в центре ждёт вас», чего вполне хватало, чтобы пошли звонки от клиентов. Так же она написала и в этот раз, за исключением одной досадной неточности - она умудрилась пропустить одну букву в слове девушка.
Но именно эта её ошибка позволила объявлению всплыть по запросу в компьютере супругов Лопаткиных, занимавшихся вопросом улучшения жилищных условий.
Глава семьи гуглил варианты и договаривался о просмотрах, а супруга сидела напротив него на диване и по обыкновению слегка ворчала:
— Тебе вот вечно всё трын-трава, а я не хочу всю жизнь в этом "хруще" сидеть, как говно под лопухом.
— Живём же, — морщился Лопаткин, — и слава богу...
Тут как раз ему и попалось свежее объявление «Хорошенькая двушка в центре ждёт вас».
— Добрый день, — набрал он указанный номер, — я по вашему объявлению. А какой у вас точный адрес?
— Урицкого два, — ответил ему приятный женский голос, — это прямо угол с Тургенева.
— В принципе, нормально, — сказал Лопаткин, — но у вас тут цена не указана…
— Три с половиной... приезжайте, если устраивает, я дома.
— Ого! — не сдержавшись воскликнул Лопаткин, — а торг... торг возможен?
— Мужчина, вам не стыдно? — возмутилась собеседница, — Вы бы ещё в рассрочку попросили...
— А что, сейчас многие предлагают...
— Знаете что! — повысила она голос, — Вы или приезжайте, или голову не морочьте!
— У вас почему-то фотографий нет, — колебался Лопаткин, — вдруг я зря приеду.
— Не волнуйтесь, — хохотнули в трубке, — всё в полном порядке, останетесь довольны...
— А тогда ещё скажите, вы на альтернативные варианты согласны?
— Альтернатива возможна, — немного подумав ответила собеседница, — но, понятно, с доплатой.
— Ну, хорошо, тогда мы подъедем.
— В смысле мы?
— С супругой, я имел в виду.
— С кем?!
— С женой, — подтвердил Лопаткин, — она ж тоже хочет посмотреть...
Собеседница снова чуть помедлила:
— Посмотреть? Ну, тоже подороже будет, и чтоб тогда без фото... квартира десять...
Примерно через час после этого разговора супруги прибыли в центр города на осмотр хорошенькой двушки.
Дверь с номерком десять мягко открылась, и Лопаткин невольно застыл, увидев хозяйку квартиры. Анжелика в пёстром шёлковом халате выглядела очень эффектно с пышными чёрными кудрями, ярким накрашенным ртом и такими длинными красными ногтями, что ему на миг почудился звук кастаньет и даже гитарный рокот фламенко.
Стоявшая сзади супруга толкнула его в спину и выйдя вперёд подозрительно оглядела Анжелику с головы до ног:
— А это у вас точно не агентство?
— Нет, что вы, — заверила та, — я сама по себе, проходите...
Они прошли в зал, где Лопаткина первым делом подошла к окну, внимательно осмотрела весь двор и деловито постучав по батарее настороженно спросила:
— Зимой горячие?
— Горячие, — пожала плечами хозяйка, — а что?
— А соседи, — не ответив, задала новый вопрос Лопаткина, — соседи не алкаши, мешать нам не будут?
— Да тут одни пенсионеры кругом живут, их вообще не слышно.
— И с водой перебоев нет? — не сдавалась Лопаткина.
— Вы шутите? — догадалась Анжелика и улыбнувшись кокетливо махнула рукой в сторону спальни, — прошу...
— Сперва кухню глянем, — отрезала Лопаткина, дёрнув за рукав вновь засмотревшегося на хозяйку супруга.
На кухне, пока она допытывалась солнечная ли это сторона, Лопаткин заметил на холодильнике несколько визиток - мужа на час, сантехника, электрика.
— Ой, вы знаете, у меня вечно всё ломается, — перехватила его взгляд Анжелика, — сегодня вот фен как назло перегорел...
— А давайте я посмотрю, — предложил Лопаткин, — есть у вас отвёртка?
Отвёртка нашлась и спустя буквально пару минут фен ровно зажужжал в его руках.
— Надо же, какой вы, — игриво похвалила его хозяйка, — прямо на всё горазды!
— Ну, я же всё-таки инженер, или даже, как жена меня называет, инженегр. — отшутился Лопаткин.
— И сколько я вам должна, инженегр? — весело рассмеявшись поинтересовалась Анжелика.
— Да ничего не нужно, вы его просто перегревали, я вам тумблер отладил, сейчас не будет отключаться.
— Вот, спасибо, — Анжелика с благодарностью взглянула на Лопаткина, — а вы знаете, вы заходите в гости, просто так даже заходите, мне редко настоящие мужчины попадаются.
— Ну, всё! — не выдержав вскочила Лопаткина. — Нам пора!
Анжелика удивлённо вскинула брови:
— Так а вы же...
— Передумали! — гневно оборвала её Лопаткина, сердито кивнув мужу на дверь.
Вышла она не попрощавшись, а на улице сразу дала волю чувствам:
— Нимфоманка какая-то! Одалиска! Даже дома на каблуках ходит! А ты чего на неё так пялился? Инженер хренов!
— Да ничего я не пялился, — развёл тот руками, — она сама ко мне чего-то...
— И вправду, — задумалась Лопаткина и как-то по-особенному посмотрела на супруга, — вот уж никогда бы...
Она вдруг остановилась и крепко взяла его под руку:
— Ладно, поехали домой, что ли...
— Так ещё ж двушка в этом районе, — Лопаткин потянулся к списку в кармане.
— Поехали, — вздохнула супруга, — живём же и слава богу...

© robertyumen

86

У жены несколько дней сильно болела нога. Пошли к врачу. Тот отправил на ультразвуковое исследование. Через десять минут ответ был готов. Жена взяла в руки справку УЗИ-диагноста, стала читать и побледнела. Однако ещё через две секунды облегчённо вздохнула. Смеясь, дала мне почитать заключение врача. Там было: «Нарушения проходимости артерий нижних конечностей, глубоких и поверхностных вен не выявлено».

87

Молчание – золото или почему я боюсь покойников.

Во времена отдания кредиторской задолженности Родине (сиречь воинской службы) довелось мне полежать в госпитале. Банально споткнулся на финише, сдавая норматив по кроссу. Причём маковкой о земную твердь приложился настолько удачно, что перед глазками поплыло, в ушках зазвенело, в носике защипало. А через несколько секунд, прощально улыбнувшись выпучившему глаза дождевому червю, я отключился.

Дальше помню смутно. УАЗик, дорога, легкая болтанка и вот, наконец, меня кое-как усадили перед врачом приёмного отделения:
- Сотрясение мозга, - вердикт был категоричен, - в неврологию.

Небольшое отступление.
Армейская неврология, а конкретнее, стукнутые по черепушке бойцы, - это сборище просто придурков и талантливых придурков. Первые – клинические идиоты, например, ломавшие кирпичи об голову (не десант, отмечу, а два связиста, друг друга брали на слабо).

Вторые, загремевшие случайно, - ходячие и полуходячие сказочники, поэты, анекдотчики и не смолкавшие ни на минуту генераторы приколов. Куда там Петросяну с его человеком – пчелой и шутками, списанными с наскальных рисунков! В нашей палате днями звучали настоящие жемчужины устного народного творчества, естественно, только матерные. Это ж армия, а не детский сад. Хотя с детским садом я, конечно, погорячился.

И сейчас помню:
- Сказок много в этом мире, и огромном, и потешном.
В этих сказках, как-никак, побеждал Иван-дурак.
Если вас попросят дети прочитать им строки эти…
…..
- И смотри, не поломай.
Конец.

Многоточие – это четыре страницы задорного ненорматива в рифме. Надеюсь, общую атмосферу вы поняли.

Так как хрястнулся я головой капитально, заслужив «сотрясение второй степени», то был помещен не в многолюдную (человек на двадцать) палату, а в шестиместный солдатский «люкс». Первые дни прошли банально – уколы, капельницы, шум в голове, двоение в глазах и светобоязнь. Но, в конце концов, молодой организм воспрянул духом. Покачивания относительно прекратились, поэтому я смог медленно ходить, не шарахаться от включаемых ламп, а заодно познакомиться с соседом.

На кровати рядом вторую неделю сражался с последствиями ЗЧМТ (закрытой черепно-мозговой травмы) земляк из-под Вилейки, Димон. Простой деревенский хлопец по кличке Птеродактиль, прозванный так за умение развести глаза в разные стороны. Поверьте, зрелище было не просто впечатляющим.

Когда я первый раз увидел, как он смотрит на обе стены одновременно, то потребовал вызвать батюшку и провести соборование. К счастью, лечащий врач, капитан, услышав эту просьбу, не пригласил психиатра, зато поклялся отдать Птеродактиля в мединститут для опытов.

Как-то утром доктор, улыбаясь, зашел в палату:
- Как самочувствие, бойцы?
- Находимся в эрегированном состоянии, - бодро ответил я.
- То есть? – удивился офицер.
- В любой момент готовы выполнить приказы Родины: от защиты рубежей до воспроизводства себе подобных с особями женского пола.
- Ой, смотри, боец, когда-нибудь ты доп…ся, - улыбнулся доктор, - присядь.
И, достав традиционный молоточек, военврач приступил к задумчивому постукиванию:
- Так, так, так, хорошо.
- Ну что там, товарищ капитан, про дембель слышно? - встрял Димон, традиционно разогнав глаза в разные стороны.
- Тьфу ты, - вздрогнул врач, - предупреждать надо.
- Виноват, - вскочил Птеродактиль, вернув один глаз на место.
- Мля, я тебе их сейчас на ж..пу натяну, - вскипел капитан, неловко шмякнув молоточком по моей неприкосновенной гордости.
- Мля, - закряхтел я.
- Мля, - смутился Димон, - Андрюха, извини.
- Смирно! – рявкнул офицер, - горизонтальное положение принять, глаза закрыть!
- Есть! – тут же замерли четыре таракана, тащившие таблетку ноотропила (зачем он им, дом строили, что ли?).
- Идиоты, - вздохнул доктор.
- Не обобщайте, - возмутился я.
- Поддерживаем, - отозвались тараканы.
- Молчу, - не открывая глаз, шепнул Птеродактиль.
- Так, боец, приляг, - приказал капитан, - и пока я буду тебя осматривать, читай стишок.
- Зачем?
- Чтобы было, - отрезал офицер.
- Своё можно?
- Даже так? - хмыкнул капитан, - ну давай.

И, вытянувшись на кровати, я начал вещать, старательно заменяя нецензурную лексику.

Три девицы под окном пряли поздно вечерком.
Говорит одна девица: если б я была царицей…
Тут вмешалася вторая: не смеши, да ты косая.
- Это я стану царицей.
Третья крикнула девица: ты, подруга, офигела?
- Посмотри на свое тело.
Слово за слово и... ой, девки ринулися в бой.
Разнесли округу в пыль. То не сказка, это быль.
И теперь лежат девицы с переломами в больнице.
Мудрость этой басни в чем? Хорошо быть мужиком.

- Талант, правда? – не открывая глаз, восхитился Птеродактиль.
- Талант, - согласился военврач, - но попомни мои слова, все-таки когда-нибудь ты доп…ся.

Наверное, судьба решила поскорее выполнить пожелание капитана, потому что это самое «когда-нибудь» наступило буквально через неделю, когда я уже без опаски прогуливался по огромной территории госпиталя, со вздохом глядя за забор. Там кипела гражданская жизнь, цокали каблучками девчата, трясли хаерами какие-то неформалы, а под сенью деревьев булькало свежее пиво.

Эх, еще почти год носить зеленые джинсы и черные кроссовки. С этими мыслями я вернулся в отделение, где подчеркнуто вежливый дворецкий из господ сверхсрочников уже зазывал «раненых» отужинать в ресторации:
- Я б.. (дама, бесплатно осеняющая мужчин благодатью) уже за… (самозанятость в сексе в прошедшем времени) орать. Вы, бойцы, совсем о..(наелись ухи)? Ходячие, быстро по... (ходьба посредством мочеполовой системы) жрать! А кто про... (воспроизводство себе подобных в настоящем времени), то будет с…(оральные утехи в качестве исполнителя этих утех).

Ну как не уважить человека после такого витиеватого приглашения? Встретившись в коридоре с Димоном и медленно направившись...
- Бегом, п…(нетрадиционщики мужского пола)!
- Всемилостивейший граф, - осмелился вякнуть я, - мы контуженные, посему высочайшей милостью от бега освобождены. Правда, милорд?
- Зрите в корень, ваше сиятельство, - кивнул Птеродактиль.
- Тогда ползком, дол… (что-то вроде перфоратора, воспроизводящего себе подобных методом долбления)!

Звуковая волна орущего сверхсрочника за секунду вдула нас в ресторацию, бесцеремонно шмякнув за стол. На котором уже булькало Шато де Шамбор 1973 года (компот), и аппетитно пахли рябчики, запеченные в ананасах (рыбная котлета и перловка).

После трапезы мы с Птеродактилем вернулись в палату. Димон отрубился через несколько минут, а вот мне не давала уснуть ноющая головная боль.

Поэтому, бесполезно поворочавшись около часа, я тихо оделся и вышел в коридор к дежурной медсестре по кличке Фрекен Бок. Почему Фрекен, не скажу, а вот Бок! Когда Димон в палате разыграл перед ней сценку «смотрю везде», испуганная женщина легким движением могучих телес отправила шутника в полет через три кровати.
Сильная была женщина, очень сильная. Но меня почему-то любила, как сына.
- Опять, - глянув на перекошенное лицо, вздохнула медсестра, - сделать укол?
- Спасибо, Валентина Сергеевна, потерплю. Можно с вами посидеть?
- Чай будешь?
- Буду.
Мы разговаривали около часа, пока женщина не вспомнила:
- Андрей, глянешь первую?
Это палата для тех кому (ничего не поделаешь) помочь было нельзя. Добавлю, что в отделении, кроме солдат, лечились и офицеры, как действующие, так и в отставке, от молодых до старых и очень старых. Поэтому первая палата, к сожалению, пустовала редко. В ту ночь там доживал последние часы 90-летний дедушка.
- Так сходишь? – повторила Валентина Сергеевна.
- Пять минут, - с этими словами я протопал к первой, включил свет и через несколько минут отрицательно замотал головой, - все.

Дед лежал, устремив последний взгляд куда-то в потолок. Руки свисали с кровати, а рот застыл в последнем беззвучном крике
- Поможешь вывезти? - тихо спросила подошедшая медсестра.
- Конечно.
- Руки сложи, а я все оформлю.
И пока Валентина Сергеевна привязывала какую-то писульку к большому пальцу покойного, я аккуратно скрестил безжизненные руки на груди ушедшего в небытие. Через секунду они снова упали. Я опять сложил. Они упали. Я сложил. Они упали. Я сложил. Они упали. Я сложил.
- Ху, - возмущенно выдохнул мертвец.
- Ух, - согласно пискнул я, потеряв сознание.
- …нулся, Слава Богу, подхватить успела, - бормотала перепуганная медсестра, - что случилось?
- Он дышит!
- Нет, - тихо рассмеялась женщина, - ты просто выгнал из его легких воздух. Вот и…
- Аааа, мля, - задумчиво просипел я, глянув в сторону покойника. Тот подмигнул.
- Мля, ааааа! - покрылись инеем фаберже, - может, лучше спать?
- А? - повторила Валентина Сергеевна, - иди в палату, я вызову дежурных.
- Нет, все нормально, - зажав ногами звеневшие бубенцы, решительно ответил я, - докатим до морга, не волнуйтесь.

В ту минуту, уверен, мой ангел – хранитель истерично махал крыльями:
- Куда б.. (дама, бесплатно осеняющая мужчин благодатью) собрался? П…(быстрая ходьба посредством мочеполовой системы) спать. На… (мужская гордость) мне это надо! Он будет в морге шаро…(воспроизводство себе подобных в чем-то сферическом), а мне спасай? Как ты меня за… (самозанятость в сексе в прошедшем времени).

Но, во-первых, показывать слабость перед женщиной стыдно. Во-вторых, за то, что меня напоили чаем и накормили булочками, я просто был обязан помочь.
- А в-третьих, - вздохнул ангел – хранитель, - ты полный дол… (что-то вроде перфоратора, воспроизводящего себе подобных методом долбления)!

Но против ожидания, до морга добрались спокойно. Усопший, видно постыдившись за свое поведение, лежал смирно и не дергался. Наверное, он был несказанно рад, увидев мрачную дверь приемного покоя, последней обители мертвых. Её тускло освещала единственная лампочка, качавшаяся на столбе с жутким скрипом. В общем, типичный антураж низкопробного ужастика.
- Вот и все, - улыбнулся я.
- Почти, - хмыкнул ангел-хранитель, закуривая.

Закатив тележку в приемный покой морга, мы с медсестрой на секунду замерли от удивления: целых семь каталок с пациентами, укрытых простынями, спокойно дожидались утреннего обхода.
- Сколько народу-то, - перекрестилась Валентина Сергеевна.
- Здорово, мужики, - храбро крякнул я, добавив, - а нашего куда засунуть?
- Может, туда, - медсестра показала на стоявшие в метре друг от друга каталки.
- Точно, - я решительно подтолкнул нашего деда в свободную нишу, - блин, не проходит.
- Сейчас будет самое интересное, - и ангел-хранитель прикурил новую сигарету.
- Андрей, там какой-то брусок лежит, мешает, - подсказала Валентина Сергеевна.
- Сей момент, - с этими словами в позе эволюционирующей рептилии я втиснулся в нишу, - блин, не развернуться.
И, толкнув соседнюю каталку, зачем-то буркнул:
- Подвинься, разлегся тут.
Всё-таки покойники очень обидчивые. Это стало понятно, когда ледяная рука крепко схватила меня за шею. И так крепко!
- Вот и до…ся, - подумал я, теряя сознание.
***
Очнулся в своей палате. Как рассказала Валентина Сергеевна, от толчка соседней каталки рука покойного выскользнула и очень «удачно» приземлилась мне на шею. Мало того, пальцы мертвого были скрючены, что только добавило реализма. Я тогда еще подумал, хорошо, что это была не нога и под зад не пнула. Тогда и уносить бы меня не пришлось, все на месте - и морг, и специалисты, и компания единомышленников.

Дальше неинтересно. Вытащили меня срочно вызванные дежурные по госпиталю. А утром лечащий врач, матерясь, внимательно осматривал «дятла, задолбавшего даже мертвых».
- Все нормально, боец, - через несколько минут капитан довольно подмигнул, - ухудшений нет. Кстати, если хочешь, можем сделать экскурсию в морг, ты теперь местная знаменитость. Хочешь на вскрытии побывать?
- Сейчас кто-то до…ся, и его самого вскроют, - заскрипел зубами ангел-хранитель.
- Да ладно, я пошутил, не бледней, - доктор поднялся и, стоя в дверях, вдруг ехидно добавил, - но если надумаешь, только свистни.

С тех пор я к мертвым не подхожу ближе, чем на три метра. Кстати, и свистеть перестал, мало ли.

Автор: Андрей Авдей

88

Таежный роман

90е. В глухой тайге воинская часть. Перевели туда молодого лейтенанта, явился с супругой. Вместе они смотрелись феерично. Не то что бы он был совсем уж маленького роста, и с мускулатурой все в порядке. По комплекции что-то среднее между Пушкиным и Путиным. Худощав, чуть ниже среднего роста. Нормальный мужик, вовсе не карлик. Но на фоне своей супруги смотрелся так себе. Исполинских статей баба. Звалась Зинаидой.

Трудно им было поначалу. Летеху постоянно гоняли в караулы, а ей работы не нашлось, все женские вакансии заняты. Но она не унывала. Оказалась уроженка тайги, почувствовала себя на новом месте как дома. Лето уже заканчивалось, когда они прибыли. А для нее самая пора, бабье лето. Успела набрать в лесу припасов на всю зиму, потом ударилась в засолку, мариновку и сушку. Только успевала банки закатывать и мешки в подпол бросать. Бабы вокруг обзавидовались – они вообще боялись в тайгу соваться. Там были грозные медведи. Зину это не смущало. Несколько раз натыкалась на этих медведей, но держалась спокойно, как-то налаживала с ними диалог, расходилась ровно.

Лейтенант же, человек городской, наоборот жух и суровел. Задолбали его тяготы таежной службы, когда грянули морозы. А дома ждало еще одно нелегкое испытание - на свежих воздузях расцвела радостная баба.

Не то чтобы в этом военном городке любили сплетничать, но это как орбитальная станция – ничего не скроешь. Многоквартирные домики, перекрытия между ними так себе. Никто не будет сплетничать, если поскрипело на ночь за стенкой и затихло. А вот если несколько раз за ночь будят стоны, живо напоминающие медвежий рев, тут уж любой сосед разозлится. Когда ж эти сцуки угомонятся! И потом ходит это чудо в погонах с черными кругами под глазами, своим солдатикам разносы устраивает. И тут уже будет суровая оценка коллег - слабак! Такую бабу отхватил! Но ошибся калибром.

Особенно переживал по этому поводу амбал из прапоров по имени Боря. Вот он точно был Зине по калибру. Богатырь земли русской. Хороший парень был этот Боря, но не каждая на такое решится. Конкретно в этом городке на Борю не решался никто.

И вот угораздило это трагическое одиночество влюбиться в Зину по уши. Огорчался, что любит она своего лейтенанта. Неправильный, считал он, сделала выбор эта чудесная девушка. Хотел Боря исправить ошибку, заигрывал с ней, но был решительно отшит и отнесся к этому с достоинством. Сохранил с ней доброжелательные, ровные отношения.

Уверенный в себе, могучий человек, Боря не сомневался, что рано или поздно природа возьмет свое и она в него втюрится. Бросит это свое лейтенантское недоразумение. Ее настоящее счастье - это Боря.

Однако же, процесс осмысления девушкой очевидного факта порядком затянулся. Стоически переносил он душевные страдания. В минуты грусти ходил мрачный как туча, старался вообще не попадаться ей на глаза. В маленьком городке это выглядело забавно. Легче слона спрятать в посудной лавке. Внезапный звон кастрюль в каптерке вновь возвещал всем окружающим, что Боре при виде Зины опять удалось спрятаться. И что он очень грустен. А чем он конкретно посшибал все эти кастрюли, строились веселые гипотезы.

Разумеется, это было известно и лейтенанту. Он кипел наверно внутри себя, но снаружи тоже сохранял достоинство и спокойствие. Ну, влюбился какой-то трагический амбал в его жену. Сердцу не прикажешь. Бравый прапор борется с собой, прячется даже. Его поведение безупречно. Подать рапорт о переводе – значит показать свою слабость. Летеха высоко держал честь офицера. Но чах на глазах.

Зина заметила это безобразие и отнеслась к нему в своей обычной манере - деятельно. Окружила супруга заботой и лаской. Принялась откармливать его вкусными блюдами, на которые была мастерица.

Посылали его на дальние караулы, где кухня запрещена. Чтоб от искры не бабахнуло. Да и вообще, караул на сухпайке гораздо злее и бдительнее обычного. В такие дни Зина отмахивала по тайге версты. Моталась с горячими пирожками, супчиками и прочими ништяками к своему любимому. Приносила и для солдатиков. В общем, все ей были рады.

Лейтенант приободрился, стал восстанавливать силы. Он хорошо набирал вес и к ноябрю смахивал на хорошо откормленного кабанчика. Активно качался, начал делать на турнике солнышки. При одном взгляде на это зрелище Боря честно уходил проржаться в сторонке.

И вот в один зимний день Красная Шапочка опять засобиралась к своему возлюбленному, с полным коробом горячих пирожков. Сердце прапора не выдержало. Высунувшись из очередного укрытия, он долго и сурово сопел. Наконец высказался:
- Не ходи одна, Зина. Медведь теперь плохой пошел. Давай я тебя провожу. У меня рогатина есть. И не бойся ты за своего Отеллу. Я за поворотом постою, на глаза соваться не буду. Перекурю, пирожков твоих пожру. А потом провожу тебя обратно.

Зина задумалась. Почему медведь пошел плохой, было понятно. Все нормальные медведя уже откормились не хуже ее мужа и разошлись спать по берлогам. А если кто не лег – совсем плохой медведь, сожрет кого угодно.

Согласилась она на конвой прапора. Вручила ему большую сумку. Восхищенно глянула на его рогатину. И в целом на внушительную фигуру.

Черт его знает, что у него в голове щелкнуло. То ли взгляд свел с ума, то ли заманчивая мысль, что глухомань ведь. И до жилья далеко, и до караула. А может, расшутились они по дороге не в меру. Но так или иначе, в нем вдруг проснулся марал в разгар брачного сезона.

С тяжким сопением уронил он на дорогу рогатину и сумку. Глянул на Зину бешено, поднял ее на руки и понес к ближайшему орешнику. Цель транспортировки прапор внятно объяснить не смог. Пытался впиться в нее горячим поцелуем. Она отчаянно вертела головой.

Мудрых планов своих прапор не объяснил, просто нес ее вдаль. Вырываться из его рук было рискованно. Уронит чего доброго на сук какой острый. В драке может и придушить ненароком. Не в себе человек.

Зина, выйдя из оторопи, попыталась успокоиться и составила план. Он напоминал тактику Барклая де Толли при отступлении от границы до самой Москвы - вымотать противника. Как бы ни был крепок Боря, вес он поднял эпический. С каждым шагом к орешнику прапор становился слабее, а она сильнее.

Когда Боря, порядком запыхавшись, бережно поставил ее на землю, она мощным хуком послала его в нокдаун, плавно перешедший в глубокий нокаут. Боря зашатался и тяжко рухнул.

А Зина принялась раздумывать, что ей дальше делать с этой тушкой. Оставлять в лесу не хотелось. А вдруг замерзнет насмерть. Или отморозит себе чего. Простудится, наконец. Медведь на шум придет. Кровь из носа хлещет. А у шатунов обоняние прекрасное.

Подумала крепко, вздохнула. Взяла рогатину в руку, сумку с пирожками на плечо, сапоги прапора сжала подмышками и пошла себе дальше. Прапор в пути не помеха. Но руки ему связала своим шарфиком. Мало ли. Его шарф оставила на его шее. Ему нужнее - по снегу же человек катится. А ей и так жарко, тащить такого амбала.

Путь был неблизкий, трудный. Пару раз прапор очухивался. Начинал шевелить ногами. Милосердная дева вздыхала, разворачивалась и от всей души дарила ему очередной хук. Тащила и размышляла. Как объяснить всё это безобразие мужу.

Дальнейшее словами выразить затрудняюсь. Это стало легендой части. Ее рассказывали вечерами спустя годы. Каждый по-разному. Но я сам вырос в военном городке. Легко воспроизведу:
- Тревога! Неизвестные приближаются к объекту! Стоять, руки вверх!
(вглядевшись)
- Ребята, на нас надвигается жопа!
(вглядевшись в бинокль, растерянно)
- Огромная жопа!

А бедная Зина просто устала от трюков прапора. На каком-то разе он включил мозг и собрался с силами. Мощным движением попытался высвободиться. Наградой за смекалку получил новый хук. Дальше она волочила она за руки, обернувшись задом наперед. Пришлось бросить и рогатину, и часть пирожков. До части уже недолго, подберут.

Лейтенант, внимательно разглядев в бинокль, узнал жопу, отменил тревогу и послал навстречу пару солдат.

Через короткое время сцена в каптерке.

- Саша, представляешь, на нас напал медведь-шатун! Как только Боря от него не отбивался. Ну и я попала удачно, прямо в нос. Он растерялся и убежал.

А в это время.. Боря очнулся и обнаружил, что его опять тащат за ноги. В ужасе огляделся и заметил, что Зины больше нет рядом. Тут сказалось его золотое сердце.
- Она жива??!!
- Да! - ответили сослуживцы - она у него!

Боря тяжко поднялся на ноги и пошел объясняться к лейтехе. К этому времени Зина закончила свой рассказ о подвигах Бори в борьбе с медведем, и они вовсю целовались. Боря нерешительно потоптался на пороге. Поприветствовал собравшихся. И принялся каяться, как умел.

- Извиняюсь, конечно. Вы поймите, я в нормальном селе вырос. У нас честные девки сопротивляются до последнего. Пока трусы не стащишь, если девушка говорит нет, но улыбается – то это значит да. Да и какая вы пара! Смех один. Ну вот я и решил…

В этом месте покаяния прапору прибыла двойка от взбешенного лейтенанта. Тот оказался мастером спорта по боксу.

В дальнейшем у них сложились отношения ровные, уважительные. Но еще долго по каптеркам гремела посуда.

89

При советской власти в Одессе жил один потомственный ювелир — Хаим Осипович Ермолицкий. Когда он решил эмигрировать, КГБ установило за ним круглосуточную слежку. Комитетчики не сомневались, что он попытается вывезти свои бриллианты. Увидев, что он купил на толкучке две пары обуви на толстой подошве, они поняли, что он хочет спрятать драгоценности в них.

И они оказались правы. Дома Хаим задернул занавески на окнах, взял дрель, просверлил в подошвах отверстия и всыпал в них камни. А дырки аккуратно заклеил. Потом надел туфли и походил по комнате. Бриллианты издавали такой страшный скрип, что от ужаса старик вспотел.

Но поскольку никаких других планов их вывоза у него не было, он махнул рукой и сказал: «Будь что будет!» Бриллиантов у него, в принципе, было не очень много, поэтому хватило одной пары обуви. А вторую он подарил своему племяннику Мише.

В назначенный день Хаим отправился на морской вокзал. Пароход на Хайфу отходил оттуда. Миша поехал провожать его. В машине Хаим страшно разнервничался.

— Миша, знаешь что? — сказал он племяннику. — Мне — 80 лет. Зачем мне эти сокровища? Я хочу поцеловать Святую землю и спокойно умереть. А тебе они еще пригодятся.

После этого он поменялся с Мишей обувью. На вокзале Хаима сразу же направили к таможенникам, которые уже были предупреждены. Они вежливо попросили его разуться и разобрали его новые туфли на составные части. Они были так уверены, что отправят этого афериста не в Израиль, а в полностью противоположную сторону, что даже расстроились.

Тогда они позвонили куда надо и говорят: в туфлях ничего нет, что делать? Им отвечают: потрошите чемодан, пиджак, штаны, если есть кепка, потрошите кепку. Они так и сделали — ничего! Снова звонят куда надо, те: выворачивайте его наизнанку, невозможно, чтобы не было!

Таможенники, недолго думая, отвезли несчастного в больницу, где ему промыли желудок, заставили выпить литр контрастной жидкости, сделали рентген и снова ничего не нашли. На этот раз уже те говорят: трудно поверить, но, видимо, мы таки ошиблись, извините за беспокойство.

Тогда эти таможенники умыли руки с мылом и разошлись по домам. А на следующую смену заступила новая группа таможенников, в которую входила младший лейтенант Татьяна Николаевна Луговская.

Это была простая советская женщина 55 лет, которая в силу обстоятельств личной и трудовой жизни находилась в довольно-таки депрессивном состоянии духа. Причин для этого было — хоть отбавляй. Как раз в тот день ее кошка родила шестерых котят, и раздать их не удалось. Ни одного. Раньше брали, а сейчас говорят самим жрать нечего.

Тогда она с тяжелым сердцем налила полведра воды и утопила их. А кошка все норовила заглянуть в ведро, чтобы выяснить, что хозяйка делает с ее детенышами. При этом мяукала таким диким голосом, что это мяуканье стояло в ушах у Татьяны Николаевны все время, пока она ехала на службу.

За своим обычным делом Татьяна Николаевна надеялась отвлечься от пережитого, но не тут-то было. В кабинете ее ждал Ермолицкий. На старике, как говорится, не было лица. А если точнее, то на нем вообще ничего не было, кроме синих ситцевых трусов и частично белой майки.

— Это кто? — спросила она.

— Та застрял тут один, — объяснили ей небрежно.

Татьяна Николаевна подошла к старику, посмотрела его документы и спросила:

— Хаим Осипович, у вас есть, что надеть на себя?

— У меня есть желание умереть и не видеть этого кошмара, — ответил Хаим Осипович.

— Вас кто-то провожает? — спросила таможенница.

— Племянник, — сказал старик и слабо махнул в направлении двери, через которую он вошел в это чистилище.

Тогда Татьяна Николаевна вышла в зал, где толпились провожающие, и спросила — есть ли среди них племянник Хаима Осиповича Ермолицкого.

— Есть! — тут же нашелся тот.

— Молодой человек, — сказала Татьяна Николаевна. — По независящим от меня причинам костюм и обувь, в которых Хаим Осипович собирался ехать на свою историческую родину, пришли в негодность. Но вы не волнуйтесь, сам Хаим Осипович почти в полном прядке. Ему просто надо переодеться перед отъездом.

— Я могу только снять с себя, — предложил племянник.

— А сами пойдете домой в трусах и майке?

— Послушайте, в Одессе пешеход в трусах и майке — нормальное явление, — нашелся племянник. — Может, он с пляжа возвращается, а может, вышел мусор выбросить. Но появиться в таком виде за границей таки неловко. Зарубежная пресса может это неправильно истолковать. Вы меня понимаете?

— Ну, давайте, что там на вас есть, — вздохнула Татьяна Николаевна, и через пять минут Хаим Осипович надел на себя джинсы своего племянника, его футболку «Адидас» с тремя красными полосками на плечах и совершенно новые туфли, где лежали все сбережения его жизни.

— Как вы себя чувствуете? — спросила младший лейтенант Луговская.

— Лучше, — лаконично ответил Хаим Осипович и пошел к трапу.

Вадим Ярмолинец

91

О военной смекалке в мирное время...
Говорят, было это в Павлово или Давыдово, а может и в Ворсме. Все ведь под грифом "СЕКРЕТНО'. Вообщем выдвинулась Шумиловская часть куда то в сторону Мурома. Ну там БМП, БТР, Камазы, зачем не знаю, говорю же секретно. Прут по трассе, только дым столбом. Бойцы суровы. И тут, в этом населенном пункте, выскакивает на дорогу гусь, потомок тех, что спасли Рим. И под колесо, грудью так сказать, прикрыл свой населенный пункт. Колонна по тормозам, бабки на лавке привстали. Трагедия! Это за курицу ты не в ответе, а гусь он и в Африке гусь. Но первый к гусю подбежал старшой колонны. Заглянул под колесо и
-Твою ж медь, балансир сломал! - обвел окрестности суровым воинским взглядом и к бабкам, - чей, сука, гусь?!
-Ну мой... - произнесла одна, ничего не понимая, но готовая за своего гуся, всех этих шумиловцев положить прям здесь.
-Да... - протянул старшой и снял головной убор как перед покойником, - трындец тебе, щас особисты приедут. Это ж надо колонну на марш-броске остановить. Диверсия!
-А что будет то сынок, что будет? - засуетились остальные бабки.
-Ну в военное время расстрел на месте, а в мирное, лет пятнадцать точно дадут! - задумчиво произнес старшой.
-Да ты что, сынок, я ведь столько не проживу! - охнула хозяйка гуся, - у меня вот самогоночка есть. Хорошая! Давай договоримся, потихоньку.
-А, давай, если что сам под трибунал пойду! У меня ведь тоже дома мама... Гуся тоже заберем, как улику, если что, скроем.
-Да бери! - шустро нырнув домой и вернувшись с трехлитровой банкой "первача", - тяжело вздохнула бабка, - царствие ему небесное. Ты уж только никому не говори, ладно?
После этого всего и был наложен гриф "СЕКРЕТНО"
Это еще Суворов говорил, что пуля дура, вот штык молодец!

92

Неторопливый разговор сослуживцев за чашкой чая.
Инженер вздохнула:"Что с нами делает техника. В своё время я складывала цифры в уме".
Свои пять копеек вставляет программист: "А я ведь когда-то имел красивый почерк!" ;)

94

Вчера я проснулся с кошмаром... Хотя нет, все было не так, начиналось все гораздо проще. Я встал с постели, рванул на кухню, хлебанул кофе и дернул в ванну и вот тут-то началось. Ополоснув лицо, я поднял глаза к зеркалу и охренел. Моя трехдневная щетина (мачо) была абсолютно синей. Синей настолько, что ее невозможно было спутать с синевой свежевыбритой кожи. Глюк, подумал я, вздрогнул и зажмурился. При открытии глаз, синева не пропала и я протер зеркало. Ничего не помогало. Борода просто светилась синевой и даже усы начали синеть. В голове промелькнули тысячи вариантов, от какой то нерусской болезни до сына неба, но укоренилась одна мысль — синяя борода. Что там было в той сказке я помнил уже с трудом, но на всякий случай ворвался в спальню к девочке с криком:
-Молилась ли ты на ночь, Дездемона!
-Что уже!!! - продрав глазенки, вздрогнула она и полезла под одеяло.
-Значит тоже читала, - подумал я, - хотя может и мультик смотрела, - но на всякий случай поинтересовался, - что за хрень?!
Она села на кровати, обвела взглядом пространство и поинтересовалась.
-А ты откуда вчера белье достал?
-В смысле откуда, из пакета конечно.
-Оно же не стиранное.
-Так новое же, на кой хрен его стирать? - опешил я, - оно даже в упаковке было. - И тоже посмотрел на плавающие по морю пододеяльника, наволочек и простыни кораблики, дельфинов и русалок, которые у меня никакого подозрения, кстати, не вызвали.
-Вот в том то все и дело. - тяжело вздохнула она.
-Слышь, а ну ка сходи в ванну, намочи волос, - начал я отходить от утреннего кошмара, - просто намочи. Она ушла и через пару минут вернулась «Мальвиной». - А что?! - подумал я, - «Синяя борода» и «Мальвина», оригинально..., оригинально!

96

Один программист разработал программное обеспечение для одной из наших крупных компаний. Он попросил моей помощи при вводе его в эксплуатацию. Когда я сел с одной женщиной и сказал ей, что буду показывать ей, как вносить изменения в файлы, она с облегчением вздохнула, а затем сказала: «Я так рада, что вы будете учить меня вместо него».
Удивившись, я сказал, что мой коллега гораздо опытнее меня.
«Да, - сказала она, - но я чувствую себя намного комфортнее с вами ... Я нервничаю рядом с умными людьми».

97

Звонок раздался в десять утра. Мария Ивановна отложила вязание шерстяных носков и сняла трубку. Ваш внук только что совершил серьезное ДТП, торопливо объяснял неизвестный. Вдребезги разбита дорогая иномарка, есть жертвы, а это от трех до пяти лет лишения свободы Чтобы помочь внуку избежать уголовной ответственности, нужны деньги! Сколько? Двести тысяч! решительно заявил незнакомый голос. Готовьте деньги сейчас к вам приедет наш человек! И об этом звонке никому, а то внучонок точно загремит по этапу! Но у меня дома нет таких денег, всхлипнула Мария Ивановна. Нужно ехать в банк, а это на другом конце города. Выходите на улицу к дому подъедут серебристые жигули и отвезут туда, куда нужно. И помните: чтобы никому ни слова! В интересах внука. Проехав полгорода и остановившись возле банка, водитель прижал палец к губам. Мария Ивановна ответила ему тем же. Вернулась через полчаса: Пин-код пластиковой карточки забыла, тяжело вздохнула она. На дачу надо ехать он у меня там, в тетрадке записан Дачу, которая была в тридцати километрах от города, Мария Ивановна покинула с двумя сумками картофеля и сеткой лука. Грузи в багажник и поехали! сказала она заскучавшему было парню. В банк? переспросил тот. Домой, бросила Мария Ивановна. Не с картофелем же в банк ехать?! А по дороге возле супермаркета тормозни, надо хлеба и молока купить Водила насупился, но промолчал. Темнело. Парень нервничал, а Мария Ивановна была как слониха спокойна. Чем сидеть без дела, помог бы бабушке, заметила она, вылезая из машины. И мошенник покорно потащился за ней на пятый этаж. А там его уже ждали ребята в полицейской форме. А как же внук?! растерялся задержанный. Нет у меня никакого внука, спокойно ответила жертва мошенничества. Как, впрочем, и ДТП с человеческими жертвами Я сразу вас раскусила! Зачем тогда было в банк ездить? Чтобы за квартиру и телефон заплатить. А на дачу? Чтобы картошку и лук домой перевезти, объяснила Мария Ивановна. Иди-иди! Я тебе не бабушка с кошкой, а майор полиции в отставке! anekdotov.net

98

Профессионализм бывает разный, в этом я ещё раз вчера убедился. Обычно я подстригаюсь на Фаворского и стараюсь попасть к одной и той же девушке. Она хорошенькая, как парикмахер - и не только. Мастер своего профиля она выполнят свою работу так, что поневоле начинаешь релаксировать - не надо к этому слову придумывать всякую хрень. Её движения и прикосновения погружают вас на грань сна, а по щелканью ножниц можно посчитать количество имеющихся на вашей голове волос... Ведь к каждому из них она подходит индивидуально.
Но вчера волею судьбы я забрел в другое место. Смутил пустой тамбур для ожидания, но я рискнул заглянуть в зал. Мастер встретила меня упертыми в бока руками кивком головы и емкой фразой - заходи! И я понял, что бежать поздно.
-Как будем стричься? -дежурная фраза любого парикмахера, но не всегда дающая право выбора.
-Коротко и красиво! - так же дежурно ответил я.
-Хм, сомневаюсь, насчёт красиво, стрижкой ведь природу не обманешь, а вот коротко, попробуем- вздохнула она и пошарилась в тумбочке извлекая оттуда "Ниву" или "Дон". Судя по захвату надетой на машинку жатки, я мог ошибиться в названии, но не в фирме изготовителе, - ну-с приступим. Произнесла она и дважды обмотала провод у моей шеи, чтобы он не болтался по полу.
В этот момент я думал только об одном - только бы не подскользнулась, только бы не подскользнулась! А если подскользнется, не держалась бы за машинку... Во время её нескольких взмахов руками и рева " Дона" я успел заметить только одно, что мои уши живут собственной жизнью или имеют свой разум. Я ими точно не управлял, но как только на них падала тень от машинки, они прижимались к моей голове. Иногда я их даже терял из виду.
-Какие височки, прямые, косые? -через двадцать секунд произнесла мастер.
-Уже? - опешил я, - да мне разницы нет, никогда об этом не задумывался.
-Ладно, сделаю зигзагообразные, - задумчиво произнесла она и уловив мой удивленный взгляд, добавила - вам без разницы, а мне по приколу! - Она щелкнула ещё несколько раз ножницами и назвало сумму. В которую по всей вероятности входили уже и чаевые...
Я не видел своей головы, все внимание отвлекали уши, они то прижимались к черепу, то отскакивали. Я подумал, что это нервный тик, но потом понял, что они аплодируют, как пассажиры при удачной посадке самолёта. Я брел домой прикрываясь, моя девочка ждала меня у порога.
-Ты где стригся? - внимательно посмотрев на меня, поинтересовалась она.
-Все так плохо? -уныло произнёс я, втягивая голову в плечи.
-Идеально!
Договорилась с ушами, подумал я и ломанулся к зеркалу в ванной. Даже при посредстве второго ручного зеркальца я не смог найти ни одного изъяна. Никаких "лесенок", торчащих пучков, ничего. Все ровно, красиво и действительно идеально. Да и я сам по ходу похорошел, не Ален Делон конечно, но...
-Так вот почему в тамбуре не было очереди, если бы людям не лень было ехать с другого конца города, то при её профессионализме вряд ли бы даже так они смогли бы её создать, - подумал я.

99

В этом дворе одной из советских столиц, в хрущевке на первом этаже мы жили, когда мне было лет 6-8. Детство мы проводили на улице, нередко досаждая своей деятельностью соседей. Никакого хулиганства, так, детские забавы: штабы, катание в колесе, лазание по стройкам и гаражам… Больше всего я боялась домашних арестов и поэтому неожиданные звонки в дверь меня всегда очень настораживали: время от времени приходили на меня жаловаться…
Так и в тот день… Раздался звонок в дверь, открыла моя мама. На пороге стояла соседка с пятого этажа. Ей было лет 40, проживала она в квартире со своим отцом и котом. Она и ее отец достаточно молодо выглядели, играли в большой тенис (иногда я видела их, выходящих из дома с ракетками и повязками на лбу).
Соседка с порога, не здороваясь, возмущенно и энергично заявляет:
– Примите пожалуйста меры, это невозможно, она на него плохо влияет… залезает по винограднику, они вдвоем бегают по крыше…

„Да, от Таньки что хочешь можно ожидать“, - подумала мама, -„… то она по мусоркам скачет, ведя за собой соседских детей, то кирпич в нос словит… Пару недель назад приходила мамаша одной “порядочной” и всегда нарядно одетой девочки с просьбой, чтобы моя Таня больше не подходила к ее доченьке…“
– Да, да…,- стыдливо и тихо мямлила мама, - мне очень неудобно…
– … ворует у него еду,- продолжает соседка.
После этих слов моя мама напряглась, ведь обжорством я не страдала; меня нужно было еще уговаривать съесть ложечку супчика… хотя бы без хлеба…
– Вы привяжите ее,- не унималась соседка.
С выпученными глазами мама представила себе привязанную к батарее старшую дочь, и у нее закрались подозрения:
- Извините.., у меня две дочери… Вы какую имеете в виду?
- Чтооо? Дочери?? Какие дочери?? Вы что, издеваетесь? Кошка… серая… полосатая… Ваша??
- Кооошка??,- оторопела моя мама и усмехнулась, еле сдерживая себя, чтобы не рассмеяться в лицо соседке.
Замученная бытом, работой и двумя детьми ей и в голову не могло прийти, что кто-то будет жаловаться на кошку!
Соседка поджала обиженно губы:
- Вы издеваетесь надо мной, да!?,- прошептала она. Вздохнула, развернулась и энергично зашагала по лестнице на свой пятый этаж…

Да, у нас была кошка, которая очень часто гуляла сама по себе, а домой приходила только вечером, когда и мы приходили домой. Вот она то и забиралась по винограднику к домашнему котику на пятом этаже. Потом кошка куда-то исчезла и больше не появлялась. Моя мама винит в этом соседку, что, мол, не без ее помощи…
А кот потом еще некоторое время жалобно мяукал в поисках своей подружки.

100

Злопамятные твари или как я с жизнью попрощался

Продолжение к истории №999480 («Отвали!» или три змеелова и ужиха)

С момента первого опыта змееловства прошло двадцать лет. Время пролетело, как уборочная для нерадивого председателя – не успел моргнуть, а урожай осыпался.

Как-то совсем незаметно мне стукнул тридцатник, а когда-то ушастый охламон превратился в серьезного (сам в шоке) и солидного (иногда) дядьку. Правда, пионерский огонь, против ожидания, не угас. Наоборот, с каждым прожитым годом разгорался все сильнее.

Чего стоила только операция по спасению выпивших студентов от прогулки в местный РОВД. А драка на институтской дискотеке с «районными королями», читай, кучкой пьяных идиотов? С гордостью отмечу, что фигурировал в каждом протоколе опроса. Если с «нашей» стороны, то как «Андрей Николаевич», если с «вражеской», то как «отмороженный на голову хмырь в костюме и галстуке, своего вытащил из месилова, а меня…» (дальше как-то неудобно).
Правда, после боя еще месяц сильно хромал: один из «королей» зацепил «скипетром», то бишь куском арматуры. Но это присказка, сказка впереди.

В конце июля 2012-го захотелось мне прогуляться за грибами. Поэтому ранним утром я сунул в карман бутерброд с колбасой и, обув кирзачи, отправился на тихую охоту в твердой уверенности, что вернусь с полным ведром и с полным рюкзаком. А что, дожди шли регулярно, погода летняя, места знаю.

Но спустя пары часов блужданий по лесу я уже грустно закурил, сидя на придорожном пеньке. Ничего! Только несколько сыроежек, сотня мухоморов и лисица. Рыжая красавица, ни капли не боясь, сопровождала на удалении метров пяти, не больше.

Маленькое отступление. Лесная живность меня не боится. Может, пахну особенно, может, в прошлой жизни был утконосом. Но факт остается фактом: были случаи, когда и косулю хлебом кормил, и ежик тусовался под ногами, и какой-то птенец (вроде, совенок) выпрашивал вкусного, устроившись на коленях. А однажды, переползая под рухнувшей елью в позе расслабленной устрицы, столкнулся пятак в пятак с диким кабаном. От неожиданности или я хрюкнул, а он пукнул, или наоборот, уже не вспомню.

К чему это все. А к тому, что, наслаждаясь моим грибным фиаско, лиса злорадно хихикала. Скотина.
- Ой, ой, ой, какие мы обидчивые.
Блин, опять она.
- Зайцев лови!
- Не указывай, что мне делать, и я не скажу, куда тебе пойти, - возмутилась лиса, - у нас свободная страна, понятно? Хочу – хихикаю, не хочу – охочусь. Кстати, всегда успешно, в отличие от некоторых.
- Если нет грибов, - наставительно хмыкнул я, - значит, не выросли.
- Угу, - фыркнула рыжая, - лучше признайся, что собирать не умеешь.
- Ты глухая? Повторяю – если грибы не выросли, как я их наберу. Рожу, что ли?
- А это идея, только подожди немного, подружек свистну, им тоже интересно посмотреть.
- Иди ты в болото. Кстати!

И, затушив сигарету, я двинулся в нужную сторону.
- Рехнулся? - путаясь под ногами, бормотала лиса, - там же змеи!
- Отстань.
- Хвостом клянусь, их немеряно расплодилось, не ходи.
- Отстань, говорю.
- Ладно, ладно, извиняюсь за хиханьки, если ты об этом. Хочешь, попрошу белочек наполнить и рюкзак, и ведро. Они столько грибов насобирали!
- Нет.
- Что нет?
- Отстань.
- Совсем тупой? Лисьим языком говорю – там гадюки. Понимаешь? Га-дю-ки! Толстые ядовитые шнурки по полметра. И много!
- Чего ты привязалась, лесная чувырла, - рассвирепел я, - на кой мне болото? Перед ним пару лет назад высадили ёлки с соснами, ферштейн?
- Сам дурак, фуфло плюгавое, - в свою очередь взбеленилась рыжая, - включи мозг! Хвойник молодой, низина, до болота сотня метров. Сто пудов, у гадюк там коттеджный поселок.
- Напугала ёжика голым задом, - фыркнул я, - еще скажи, что жилой квартал построили. Ладно, дай пройти, мы на месте.
- То есть, без вариантов? - вздохнула лиса.
- Однозначно.
- Тогда иди с Лешим. И не волнуйся, если что - отпоем. Кстати, маленькое уточнение – ты какой формы гроб предпочитаешь?
- Круглый, - подмигнул я и под невнятные завывания лисицы углубился в хвойник.

Трехметровые елочки стояли ровными рядами, между которыми… Мама дорогая! Вот это да! Лисички! Крепенькие, чистые, а главное – много. Уже через час спину приятно оттягивал полный рюкзак, а до ведра с горкой оставалось буквально чуть-чуть.

И это чуть-чуть торчало впереди: семейка огромных, сантиметров пятнадцать, лисичек. Я неторопливо двинулся к грибам, краем глаза отметив, что рядом с ними валяется какая-то чудно выгнутая палка. В природе вообще много всего необычной формы: двойные шишки, трутовики, похожие на ящерицу, камни с человеческим лицом, причудливо сросшиеся деревья.

- Тюк! – что-то несильно ударило в сапог.
Мда, а вот под ноги надо смотреть повнимательнее. Палка-то оказалась гадюкой. Хорошо, что советскую кирзу даже пули не берут, а уж змея – тем более. Глядя на сверкнувший впереди хвост, я невозмутимо срезал грибы и задумался. Чтобы выйти из лесу, надо шагать вперед, а там взбешенная неудачей гадюка. Возможно, с подружками. Лучше поверну и сделаю крюк через лес. Будет дольше, но безопаснее.

Вскоре, пройдя несколько рядов елей, я вышел на участок, где тихо грустили полузасохшие сосенки. Может, земля им здесь не подошла, может, еще что-то, кто знает. Под ногами еле слышно хрустели иголки, где-то заливалась какая-то птичка, злобно шипели змеи, потрескивали стволы деревьев. Стоп! Змеи?
Глянув вниз, я только пискнул:
- Б… (гейша без японских понтов и твердого прейскуранта).

Вы пробовали зайти в бухгалтерию и демонстративно плюнуть на пол? Думаю, реакция будет вполне ожидаема: крики, возмущение, все бегают, толкаются, стараясь огреть наглеца и хама тяжелым. Примерно что-то подобное творилось у подножия сосны, на верхушке которой я восседал уже через доли секунды (крепко сжимая ведро в руках!).

Положа руку на сердце, признаюсь – такого никогда раньше не видел. Около десятка взбешенных гадюк ползали туда-сюда, явно разыскивая обидчика. Может, случайно наступил на их ресторан, может, разогнал митинг оппозиции, не знаю. Я вообще не специалист по змеиным обычаям и традициям, да и раздумывать было некогда: ветка предательски хрустнула.

Говорят, что в критических ситуациях у человека просыпаются удивительные способности. В тот день кроме мгновенного вознесения удалось познать и левитацию. Вопреки законам физики, я (всё также крепко сжимая ведро в руках!) воспарил над веткой, словно птица над гнездом. А вот на гнезде,кстати, было бы неплохо и посидеть. Особенно на белом, фаянсовом.

В этот момент одна слишком умная гадюка подняла голову вверх.
- Вот же б… (блудница – волонтер), - сверкнула мысль, - интересно, они по стволам лазят?
Змея, вероятно, думала о том же. И пока я тихо молился, к ней подползла вторая, потом третья.
- Помогите, - тонко пискнул нижний мозг.

Когда у дерева было уже четыре гадюки, перед моими глазами явственно засиял круглый гроб и вокруг него сотня лис, поющих отходную молитву:

Недолго мучился Андрюшка,
Прощально вякнув «мать» и «ах».
Его покусанную тушку
Нашли два грибника в кустах.

Горестно размышляя о скорой кончине, я как-то упустил из виду тот момент, когда змеи просто исчезли. И, что дальше? Можно спускаться или подождать? Озарение пришло неожиданно:
- Они же за лестницей метнулись! Нельзя терять ни минуты!

И спрыгнув (с ведром!) на землю, я огромными скачками полетел вперед. О, это был самый быстрый и невероятный спринт по пересеченной местности. В ушах свистел ветер, в груди бешено колотилось сердце, а внизу громко молился нижний мозг, переходя на визг, когда что-то тюкало по сапогам.

Буквально через несколько секунд, облегченно икая (вместе с ведром!), я уже выпрыгнул на дорогу. И заорал так, что спряталось солнце:
- Какого х… (языческий символ плодородия) разлеглась тут? Не нашла другого места, леса мало? Да что сегодня за х… (бесполезная фаллообразная вещь) творится! Су… (собаки-девочки) е…. (после соития), как вы за… (сильная усталость после группового секса).

- Тихо, тихо, - по лицу несколько раз ударил пушистый рыжий хвост, - все хорошо.
С трудом уняв дрожь, я выдохнул:
- Где змея?
Но лиса только сочувственно покачала головой:
- Явная амнезия на почве стресса. Ничего, это пройдет. А гадюки больше нет. Ты, пока матерился, её так затоптал, что и мокрого места не осталось. Успокойся, все позади.
Облегченно улыбнувшись, я в изнеможении сел прямо на землю:
- Есть бутерброд с колбасой. Будешь?

Эпилог.

С лисой мы встречались еще несколько раз. Кстати, всегда оставлял ей какое-нибудь угощение. А вот хвойник теперь обхожу за сотню метров. Мало ли, вдруг эти твари засаду устроят.

Автор: Андрей Авдей

12345 дальше →

Партнеры

Реклама