Полковой дирижер

Полковой дирижер, набиравший музыкантов среди новобранцев, подошел к рядовому.
- Вы играете на каком-нибудь инструменте? - спросил он.
- О да, но только дома.
- Чудесно, а какой ваш инструмент?
- Вторая скрипка, и то у жены, сэр!

Аналог Notcoin - Blum - Играй и зарабатывай Монеты

чудесно какой дома ваш инструмент жены сэр

Источник: vysokovskiy.ru от 2004-4-1

чудесно какой → Результатов: 6


1.

Владивосток, Эгершельд и самое начало 80-х.
Многочисленные корпуса двух морских училищ на высоком морском берегу, обдуваются томящим июльским ветром, коридоры учебных аудиторий пусты и безмолвны. Курсанты, в основной своей массе, разъехались по отпускам и ушли в морские практики. Нашей роте, будущих судовых механиков, в этот год учебная программа приготовила практику судоремонтную. После морских и заграничных приключений прошлых лет, такая перспектива ничего кроме уныния не внушала, но как оказалось зря. На судоремонтном заводе, куда нас спровадили практиковаться, нужды в недоделанных специалистах явно не испытывали.
В первый день сбора у проходной, мы в полном составе получили дневные талоны на питание в заводской столовой, и разбрелись по территории. Ничего интересного, скажу я вам. Ржавые борта судов у причальных стен, промасленные спецовки мотористов, унылые производственные цеха – херня полная, если бы не СТОЛОВАЯ. Чудо, а не столовая. За пятнадцать минут до открытия, рота уже гребла копытами у ее дверей, и жадно раздувала ноздри, вдыхая съедобные ветры из столовского вентилятора. Что нужно человеку в девятнадцать лет кроме знаний, тонко чувствовали мы – пожрать. После бурсовских «бадяг», и стратегических консервов со штампом «неликвид», от которых, даже спустя сорок лет, только от заклинания «тефтели из частиковых пород рыб в томатном соусе» с ног сбивает изжога, наш дружный рой густо накрыло божественным нектаром. На следующий день, с утра всосав талоны мы, в ожидании обеда, разбрелись кто-куда, но подальше от грустного ВСРЗ.
Все местные из нас, Владивостокские то есть, мгновенно оценив, чудесно свалившуюся, не контролируемую «лафу», занавесили практику и подались по домам к мамам. Что еще нужно девятнадцатилетнему курсанту кроме старой доброй мамы, ну и школьной подружки? И самые продвинутые из наших не местных, ушли жить к другим добрым женщинам, и хоть и к чужим, но зато молодым мамам. И слава Природе, город портовый, и как бы не хотелось какой-то из дам запастись терпеливым целомудрием, просто «хотелось», часто оказывалось сильнее. По слухам, дамы попадались и очень добрые, но наши немногочисленные герои-матросовцы явок не сдавали, и выживали как могли по одиночке. Ожидающих же большой, но чистой любви к ровесницам - нас, неприкаянных, и оставшихся в подавляющем меньшинстве, судьба тоже не обидела. Она дала нам массу свободного времени подумать о вечном, и толстую пачку жрачных талонов «за тех парней», на каждый божий день. Просто пришел наш час, ведь любая система обязана время от времени давать сбой. Получив в 8.00 талоны на проходной, мы проходили по дороге через весь завод, и сквозь дыру в заборе возвращались досыпать в еще теплые и не застланные шконки.
Самым трудным занятием в этот период жизни, внезапно оказалась ежедневная необходимость к 8.00 оказываться на заводской проходной и получать продуктовые карточки за всю роту. Морская рациональность скоро взяла свое, и на осуществление этой технической процедуры, немногочисленной командой стал снаряжаться один человек. Ну как снаряжаться, жребием и перспективой получить пиздюлей, за сорванный акт чревоугодия. Накидывали еще идею, сшить гонцу красную повязку для пущей убедительности, чтобы на вопрос: –А где все? Он вскидывал руку к козырьку и кричал:
- Уполномоченный девятой роты для получения талонов прибыл! – но проржались, и оставили все как есть.
Через пару дней здорового питания, уже освоившись, и не боясь сглазить прущую удачу, мы уже не втуливались стеснительно, по трое-четверо за один столик, а восседали каждый за персональным, без пробелов заставляя его тарелками и блюдцами.
Я подозреваю, что и поварих мы здорово радовали, когда вместо ежедневных, угрюмых, чумазых и неудовлетворенных рабочих харь, на них глянет вдруг, растворенное в полуденном солнечном свете, благодарное, осоловевшее счастье. Чтобы не раздражать особо нервных трудяг вселенской несправедливостью, и своим не здоровым аппетитом, мы завершали действо еще до обеденного гудка, и раненые в живот из последних сил возвращались, и расползались по кубрикам. А что еще нужно сытому и выспанному курсанту, если вечером тебя еще ждет самоволка с портвейном и приключениями, в который раз начнете вы… - и правильно!
Пиво! Расположенный рядом с мореходками продовольственный магазинчик, не мудрствуя лукаво выкатил пивную бочку не на улицу, а во двор, прямо к нашим окнам. Неудачно то, что пиво было на розлив и у нас не было канистры, и снова повезло уже с осветительными плафонами. Одно ловкое движение и плафон превращается…, превращается в трех с половиной литровую банку. Продавщицы были в теме с прошлого сезона, и даже не прибегали к мерным кружкам. Опять не повезло с тем, что «спалившись» с заряженным плафоном, был риск, заставлять себя следующие три года отдавать долг отчизне в ВМС, но был Нюша наш незаменимый организатор, и нам с ним фартило. Хотя он и считался почти местным, с нами ему было интереснее, и Нюша зарядил пустым плафоном первокурсника Климова.
Климов казался пройдохой под стать Нюше, и ему сгонять за пивом было как раз по рангу, да не просто не «впадлу», а сильно в радость. А хули, чего бы и не по пивку с полуофицерами мать их высочеств, когда почти «на шару». Проследив из окна, как наливается янтарем наш матовый сосуд, мы лениво опрокинулись на панцирные сетки. Через пару минут пришлось вскочить от громового дуплета в нашу дверь, похоже Климов на полном скаку въебался в нее ботинком, почти одновременно с головой. Он залетел в кубрик, оторвал от груди наполненный, и чудом не расплесканный плафон, протянул вперед, и загнувшись из последних сил выдохнул:
-Дежурный!
Не вопрос. Всосать три литра пива в жару и без кондиционера, тренированному курсанту… Вчетвером же, теряли время только на отрыв победного кубка от предыдущего, даже животы не вздулись. Климову было нельзя, он с трудом справляясь с волнением и одышкой, упал на пол и закатился под первую попавшуюся шконку. Привычно вкрутив разряженный плафон в евойный патрон, мы распахнули окно и выдохнули. Дежурным, оказался наверно лучший, из возможных вариантов. Сложно адекватно оценивать чужой, старше твоего возраст, когда ты еще совсем юн и таким пока не был. Ну если на вскидку – он был еще не батя, но и на танцы уже не ходил.
Каптри открыл дверь, не спеша сделал пару шагов вперед и осмотрелся. Мы уже стояли по «смирно», но по-дембельски, с заслуженной ленцой в глазах.
-Самоподготовка?- поинтересовался он в пустоту.
-Такточнотарищкаптретьранг,- играя в давно нам известную игру «кто первым обоссытся», сказал кто-то из нас, насколько возможно серьезно. Дежурный, пряча в усах лукавую улыбку, кивнул, но уходить явно не собирался:
-А Климова никто не видел? Я чуть было не икнул, справляясь с отрыжкой, ну надо же какая популярность на первом курсе. Мы, вспоминая как он мог бы выглядеть, задумались. Внешне, являя собою что-то среднее, между поручиком Ржевским и еврейским интеллигентом, дежурный улыбался глазами и в черные усы:
-Ну и Климов,-офицер не спеша продолжал развлекаться: - А мне сказали что он сюда побежал. Климова вложили, подумали мы. Дежурный взялся за стальную дугу кровати, и резко сдвинул ее в сторону. С задержкой в десятую секунды, вслед за кроватью последовала пара климовских ботинок, и приглушенно стукнула об пол под матрацем. Офицер, расплывшись в улыбке, обвел нас взглядом, и проделал тоже в другую сторону – трюк повторился, но до эффекта пресловутого, двадцать пятого кадра, Климов явно не дотягивал. Кто-то из нас потихоньку зарыдал. Дежурный наклонился, и зацепив матрац рукой, откинул его в сторону. Такого подвоха Климов не ожидал. Уцепившись посиневшими пальцами в панцирную сетку кровати, он еще мгновение смотрел в пустоту над собой, еще не понимая, что стал видимым. Его по детски подвижное лицо, с выпученными серыми глазами и закусанной от старательного напряжения губой, одновременно выражало страх, отчаянье и восторг. Мы сложились. Дежурный из-всех сил стараясь удержаться от рыдательных конвульсий, но решив нас добить окончательно, наклонился еще ниже, и глядя Климову глаза в глаза выдавил:
-Так вот ты какой, Климов!

Июльский, морской ветер, плавно колыхая светящиеся небом шторы, задувал в окно… размечтался бля. Не было у нас никаких штор, зато было прекрасное настроение, предвкушение вечерних приключений и вся впереди жизнь!

2.

Один оператор мобильной связи как-то начал у себя бонусную программу. Ну и я тогда со своими довольно большими расходами на связь сразу к ней подключился. Поначалу было все чудесно, масса призов за набранные бонусные баллы. У меня из-за больших расходов на связь всегда скапливалось много баллов. Я для себя всегда выбирал бесплатную подписку на один из журналов. "Всегда" продлилось то ли год, то ли полгода. Потом столкнулся с тем, что на меня подписки не хватило в очередной раз. Даже в самые первые минуты начала подписки оказывалось, что все уже кончилось. Ни на этот журнал, ни на другие. А потом все более или менее имеющие ценность призы из каталога пропали совсем. А баллы начислялись по-прежнему. Остались только всякие пакеты ММС и мелодии на гудок и т. п., ну и кое-какие услуги связи можно было получить за бонусные баллы. Одну из этих услуг я и начал приобретать за бонусные баллы. Однако вскоре и это показалось оператору чрезмерным расточительством и теперь за бонусные баллы можно приобрести только 50% скидки на данную услугу, которая сама по себе за несколько лет как-то незаметно подорожала то ли втрое, то ли впятеро.
Я это все к чему. Не к тому, чтобы пожаловаться. Не очень-то все эти бонусы и нужны были с самого начала. Однако сейчас у оператора одноименный банк. И я вот думаю, что если положить туда свои деньги, то в один прекрасный день тоже окажется, что на них можно получить 50 процентов скидки на какой-нибудь пакет ММС или установить кучу мелодий вместо гудка.

3.

Пьянствуем большой компанией, уже все друг в друге души не чают, уже в унитаз струей попадать с первого раза тяжело - и приспичило кому-то ляпнуть про чай с тортом. Типа, у нас не обычная пьянка, а культурное застолье. Сидели у приятеля на квартире, к новому году купили ящик водки, три сумки салатов, всякие там сигареты, вино для ба... для барышень. Какой там торт?!?
Почему-то (не помню) послали меня. Я долго и чудесно шаро@бился по вымершим улицам, потом немного отошел на морозе, и нашел большую круглосуточную стекляшку с тортами. Немного вернусь. Когда меня посылали (за тортом), то тут же у всех обнаружились больные язвы,  печени, аллергии и прочие органы движения. И мне велели не брать торт с лимоном, с медом, и так далее. Чтобы не  забыть, я записал все на бумажку, немало офигевая - им, блин, по сто всасывать каждые пять минут нормально, а кусочек тортика с лимоном их явно на куски разорвет.
И вот захожу я в стекляшку - там, конечно, продавец с охранником спокойно сидят за сделанным из ящика столиком, и отмечают новый год. Я вежливо поздоровался, поздравил, достал бумажку (к сожалению, не сохранилась), и попросил торт без лимона, без меда, без какао... Список был немалый - позиций семь. Продавец честно посмотрел на витрину с тортами, и, дыхнув свежим перегаром, попросил огласить весь список еще раз. Меня тут в тепле снова начало накрывать, но я четко повторил. Продавец посмотрел на меня с сочувствием, и спросил:
- Кто-то умер?
Я молча махнул рукой, ткнул в самый дорогой торт, расплатился и унес ноги, слыша за спиной поддатое хихиканье. Торт смели - только в путь.

И я бы не вспомнил про эту историю, если бы в той же стекляшке не покупал недавно сигареты, и девушка-продавщица, чтобы меня удовлетворить, полезла снимать последнюю пачку с висящей под потолком приспособы.
- Необычный заказ, да?-спросил я.
Девушка слезла, и говорит:
- Это еще что, тут как-то ОДИН МУЖИК В НОВЫЙ ГОД ПОКУПАЛ ТОРТ НА ПОХОРОНЫ!
Я снова молча расплатился и ушел. За тортом теперь хрен пойду.

4.

Это я в позапрошлом годе презентовал другу салют «Гарем».
Они семьей в Москве Новый Год встречали.

Ну, когда президент объявил стране, что всё хорошо, а станет вообще
чудесно, Илюха с Ольгой заодно со всеми согражданами глотнули
пузырькового вина, малость поели, взяли салют подмышку и пошли на
проспект, где уже громыхало.
А я им объяснял, что «Гарем» этот – комбинированный салют. То есть там
сначала красивый фонтан огня, а потом восемнадцать неплохих залпов.
Надо, – я Илье сказал, - вот так поставить, потом вот здесь отковырнуть
и поджечь. А потом, дескать, отходи в сторону и любуйся.

По словам Ильи – он так и сделал.
Кругом всё стреляет, а в небе бабахает.
Он же не торопясь всё подготовил, огляделся по сторонам, убедившись, что
в него никто какой-нибудь «Римской свечой» не целится, и в то же время
никто не подкрадывается, чтобы, спиздить «Гарем», когда он его запалит и
отбежит.

Ну, обнажил фитиль, поджег и отошел.

Рассказывал примерно так:
- Не, Вить, фонтана мы не видели. Потому что сразу попёр дым. Где-то,
мне по пояс слоем. Я такой по телеку видел, когда показывали
документальный фильм о высадке с кораблей на берег дивизии морской
пехоты. Один дым, нихуя не видно, а комментатор говорит, что там дивизия
и ещё с танками. И почему-то ему веришь. Громыхает же всё и лязгает и
«Ура» кричит.
И тут же тоже всё кругом стреляет и «Ура».
И дым.
А там, в дыму, может и фонтан огненный есть, если ты не наебал, я ж не
знаю…
И люди стоят кругом – их же дохуя из домов высыпало пострелять и
посмотреть.
И вот они стоят от пояса и выше, смотрят с недоумением на дым, с
подозрением на нас с Ольгой, а стрельба затихает.
Никому же не охота наклоняться, чтобы очередной фитиль поджечь.
Опустишься в этот дым, а там, хуйзнаетчто. Может дивизия морской пехоты.

И вот заволокло всё кругом. Я уже понял, что с фонтаном либо наебали,
либо мы прозевали его за дымом, и приготовил пальцы на руках и ногах,
чтобы восемнадцать залпов отсчитывать.
А ещё думаю: «А если этот дым вместо фонтана, то, что вместо залпов
будет? »

А все кругом смотрят на нас. Ещё какой-нибудь подляны опасаются.
А то чего это мы тут стоим, всё задымили, и не уходим.

И тут в центре этой нашей дымовухи что-то пукнуло, раздался шлепок, как
будто эта коробчонка подпрыгнула и на бок упала, и дым кончился.
И вот тогда уже все нам в ладошки и захлопали!

Нахуй эти восемнадцать залпов?!
Залпов там и без нас много было!
А аплодировали только нам!

5.

Случилось, мне попасть в больничку.
Вот как бывает – за всю жизнь не имел даже карточки в поликлинике, все
болячки были только результатами травм и ранений. Жизнь прожил и не
знал, что такое насморк, или похмельный синдром, и тут – на тебе! Первый
поход к участковому врачу, обернулся срочным вызовом неотложки прямо в
поликлинику. С ветерком и музычкой домчали до ЦГХ, если кто знает.
Спасибо, телефоны теперь у каждого имеются. Позвонил. Пока делали
экспресс – анализы, рядом появилась дочка.
Вместе почитали стандартный текст, подписавшись под которым, пациент
брал на себя всю ответственность за неудачный исход операции. Пришёл
посмотреть меня хирург – приятный молодой человек, которому предстояло
провести ремонт моего двигателя. Заверил нас, что до меня у него уже
около трёхсот оперируемых прошло. Анестезиолог тоже опытный и
внимательный. Делают они всё грамотно, аккуратно, независимо от того, на
какой основе попал на стол клиент. Никому ничего платить не надо. Всё
будет хорошо…, но, всё таки, если есть какая – то возможность
отблагодарить, то они будут очень благодарны.
Я, свою очередь, заверил доктора, что очень рад, что меня будет
оперировать именно он. Сам я ничего не боюсь и понимаю, что лично мне
станет лучше, при любом исходе операции.
Наутро покатили.
Привязали покрепче и стали прилаживать к морде лица маску. Было
любопытно, как будет действовать наркоз. Внезапно маску убрали. Лежу,
прикидываю - по какой это причине прекратили подготовку. Тут замечаю,
что света нет совсем и рядом никого нет. Ни хрена себе! Бросили меня и
свалили. Постепенно глазки стали к темноте привыкать, кручу головой
туда-сюда, уже отчетливо вижу на стене полоску света. За дверью светло.
Начинаю соображать, что нахожусь совсем в другом помещении. Как же,
думаю, я не заметил, что меня перевезли в другое место. Попытка
подняться ни к чему не привела – мало того, что тяжесть в теле
необычайная, так ещё и запутали меня всякими шлангами и проводами. Рядом
приборы какие-то, а людей никого. Хотя, где-то далеко, слышны какие-то
голоса.
Стало понятно, что самое интересное я проспал - операция закончилась.
Сколько времени прошло неизвестно. Ещё непонятно, как, в этой ситуации,
простите, «до ветру» сходить. Как только мысль эта коснулась моего
мозга, так сразу ни о чём другом я уже думать не мог. Хочу в туалет и
всё тут. Ничего больше не хочу. Наконец, посчастливилось дотянуться до
клавиши в изголовье. Нажал раз, другой. Слышу голоса приближаются. Дверь
распахнулась и в палату вошли сразу три спасительницы и один спаситель.
Наперебой сообщили мне, что я жив, показания все хорошие и, главное, что
сейчас глубокая ночь, я должен спать, выздоравливать и не мешать
дежурить.
Как бы неудобно не было, но я объяснил причину беспокойства. Одна
дамочка сунула руку под моё одеяло, и успокоила, сказав, что со мной
утка и мне больше ничего не надо. С весёлым гомоном компания удалилась.
Тему завёл, аж самому неудобно. Ну, ладно.
Лежу и продолжаю мучиться.
Не знаю, по какой причине, охватили меня такие боли и спазмы, что ровным
счётом ничего не могу поделать. Набрался наглости и снова надавил на
кнопку вызова.
В ответ на мою жалобу о спазмах, дежурная успокоила – сказала, что
завтра суббота, послезавтра воскресенье, а вот в понедельник в отделение
пригласят уролога, и тот разберётся почему у меня не получается
«сходить».
Своим искромётным юмором она так развеселила всех дежуривших коллег, что
стало ясно, что среди них нет ни одного трезвого.
Одна барышня наклонилась поближе и громким шёпотом поведала:
- Мужчина, вы платили хирургу? Вот он пусть за вами и смотрит. А если
ещё будете среди ночи трезвонить на всю реанимацию, то мы соберём
коллективную жалобу со всех палат, что вы ночами буяните и мешаете
больным спать.
Попробовал наорать, но только рассмешил экзекуторов. С хохотом свалили.
Лежу, мучаюсь, вполголоса матерюсь. Не выходит у меня ничего, хоть
тресни. Смотрю, а на тумбочке моей стоит пластиковая поллитровочка с
водичкой. Решил тут я попробовать клин клином вышибить – напиться, так,
чтобы … Короче, хуже уже не будет. Дотянулся до бутылочки, испил водицы,
а как стал бутылочку эту обратно на тумбочку ставить, чувствую,
бутылочка эта ровно стоять не желает, а с поверхности тумбочки моей,
стал свет голубой разливаться. Пошарил, и в руке оказался мой родной
телефон сотовый.
Без раздумий звоню в скорую помощь. Излагаю причину вызова. Так и так,
мучаюсь, мол, от боли, но ничего не получается. Спрашивают фамилию,
возраст, а как дошло до адреса, то мой ответ, что лежу в кардиологии
знаменитого центра, поверг женщину, на том конце провода, в шок.
Переспросила, не шутка ли это пьяная. Попросила успокоиться и подождать.
Не прошло пяти минут, как в коридоре началась беготня. Ко мне в палату
влетели две знакомые «дежурные по концлагерю». Я сразу стал «миленьким»
и «лапочкой». И стали расспрашивать про самочувствие, и попросили
постараться повернуть к ним лицом попочку, и сделали мне такой
эффективный укольчик, что напряжение и спазмы как рукой сняло, и всё у
меня чудесно получилось, и получается, дай им Бог здоровья, по сей день.
Пока засыпал, слышал хождение по палатам. Очень сильный интерес к
здоровью пациентов возник среди ночи у персонала.
В понедельник, после переезда в другую палату, ко мне пришёл мой хирург.
Послушал, то -да сё. Улыбается. Спрашивает:
- жалоб нет?
- обещали – говорю – сто грамм к ужину, да не подали.

Изобретателям сотовой связи, отдельное спасибо!

6.

Полковой дирижер, набиравший музыкантов среди новобранцев,
подошел к рядовому.
- Вы играете на каком-нибудь инструменте? - спросил он.
- О да, но только дома.
- Чудесно, а какой ваш инструмент?
- Вторая скрипка, и то у жены, сэр!