Анекдоты про чистый |
352
Человек, который устранил шум в мире и был уничтожен за это
Однажды 5 ноября 1935 года в Нью-Йорке в зале Института радиоинженеров Эдвин Ховард Армстронг включил, казалось бы, тривиальное устройство, и в этот момент произошло то, что никто в комнате никогда раньше не слышал, потому что из громкоговорителей не выходило ни пыхтение, ни пыхтение, ни та шумовая завеса, которую люди воспринимали как естественную, а только чистый, почти нереально чистый голос, за которым следовала оркестровая музыка, в которой каждый инструмент отличался идеально, как будто музыканты были это было бы прямо в комнате.
К тому времени радио всегда означало компромисс, помехи, искажения, хороший звук, похороненный под статикой, и никто не думал, что все может быть иначе, никто, кроме Армстронга, который работал годами, почти один, в подвале, над идеей, которую многие считали ненужной или невозможной: не амплитудная модуляция, AM, А частотная модуляция, FM.
Когда передатчик включился, зал был ошеломлен не потому, что ничего не происходило, а потому, что происходило слишком много, потому что шум полностью исчез, а то, что осталось, было чистым, неизменным звуком, демонстрацией, которая сделала устаревшим от одного движения.вся радиосистема, которую Америка строила десятилетиями.
Это должен был быть его момент абсолютной славы, но это было началом краха.
Эдвин Ховард Армстронг был не малоизвестным изобретателем или наивным мечтателем, а человеком, который уже трижды революционизировал радио, изобретая регенеративную схему, которая сделала радио практически возможным, а затем супергетеродинный приемник, технология, на которой до сих пор основаны почти все радиоприемники и телевизоры в мире, накапливая патенты, престиж и значительное состояние, а также могущественных врагов.
Среди них был Дэвид Сарнофф, президент RCA, когда-то друг и сотрудник, человек, который заработал миллионы, используя изобретения Армстронга, но который в тот момент, когда появился FM, сразу понял, что это не простое улучшение, а экзистенциальная угроза, потому что он делал всю империю бесполезной.мы построили с огромными инвестициями.
FM нельзя было легко контролировать, его нельзя было косметически или проглотить с помощью удобных лицензий, поэтому решением было не принять его, а уничтожить его и того, кто его создал.
Последовали годы затягивания, „заимствованное” оборудование для испытаний, которые больше не возвращались, FM-сети, построенные Армстронгом с его собственными ресурсами, а затем, решающий удар: в 1945 году, после интенсивного лоббирования, власти переместили FM на другую полосу частот, превратив всю существующую технику и станции в ненужные объекты в одночасье, стирая годы работы простым бюрократическим решением.
Затем последовали судебные процессы, бесконечные, дорогостоящие, утомительные, не для того, чтобы выиграть, а для того, чтобы лишить его денег, энергии и надежды, и Армстронг потратил все, что у него было, защищая свое изобретение, отказываясь от компромиссов, потому что речь шла уже не о деньгах, а об истине.
В январе 1954 года измученный, разоренный и убежденный, что он все потерял, Эдвин Ховард Армстронг элегантно оделся, написал записку своей жене и вышел из окна своей квартиры на Манхэттене, оставив после себя побежденного человека и изобретение, которое выиграет без него.
Его жена Марион продолжала борьбу годами, и после его смерти он получил признание и компенсацию, но настоящая победа пришла откуда-то еще, безмолвная и неизбежная, потому что FM, проще говоря, был лучше, и со временем он стал мировым стандартом, и полоса, на которую он был сослан, стала местом, где сегодня мы слушаем музыку без шума.
Каждый раз, когда вы включаете радио и слышите чистый, не статичный звук, каждый раз, когда музыка становится чистой, вы живете в мире, сформированном человеком, который не смог увидеть свою победу.
Они заставили замолчать его жизнь, но не смогли заставить замолчать изобретение
сеть
|
353
Продолжение вчерашней истории....
Вечером мы с Хачиком пошли в казино поиграть в Блэкджек.
Я скромно разменял сотню заранее зная что я ее просто проиграю, Хачик разменял пятьсот.
Крупье невозмутимо раздавал карты, фишки улетали и уже через двадцать минут я перешел в разряд наблюдателей.
Хачик был азартен, ему везло с переменным успехом, он матерился на русском и армянском не только когда проигрывал но и когда выигрывал.
Буквально через двадцать минут он дал мне еще пятьсот баксов и попросил добрать фишек.
Когда я принес он пододвинул мне фишки на двести баксов и предложил продолжить игру.
Но у меня был и есть принцип никогда не играть в долг и на чужие деньги и даже увещевания Хачика не помогли.
- Брат мой, это я тебе от всей души, ничего возвращать не надо! Возьми!
- Хачик Брат прости, но я больше ста долларов никогда не проигрываю!
Он посмотрел на меня с уважением и удивлением, но увидев в моих глазах твердость подвинул назад.
Через час его штука и моя сотня перекочевали в доход казино и мы отправились в бар.
- Брат деньги это мусор, не надо их жалеть, они как приходят так и уходят.
- Брат, но у меня немножко другое мнение но я твое уважаю!
Хачик растрогался и налил мне какого то коньяка купленного в дьютике.
- Ти представляешь Брат, ми завтра будем в Монте-Карло, и я буду играть в казино!
- Может даже и выиграешь?
- Э Брат обижаешь! Я хочу проиграть все эти деньги!
- ???????
- Ти представляешь, я приеду домой, прийдут гости и спросят меня - Хачик как ти отдохнул?
- А я им так небрежно скажу - Да я за час десятку баксов Монте-Карло просадил!
- Ну и что?
- Нет Брат, ти не понимаешь! Из моих друзей никто в Монте-Карло в казино не играл и я буду чувствовать себя круче всех!
Так под эти сладкие мечты мы допили коньяк и разошлись по каютам.
Я поделился этой информацией со своим другом, который организовал эту поездку и он тоже загорелся этой идеей, да и я решил хотя бы сотку баксов там оставить.
Немного о моем друге. На вид чистый еврей, но паспорту русский, фамилия русская, дотошный, основательный, умный, как то в бизнесе перехитрил двух евреев что на моей памяти видеть раньше не доводилось.
Корче, когда мы готовились к круизу он заставил взять с собой строгий черный костюм с белой рубашкой, хотя изначально предлагал взять на прокат смокинги.
Но так как в прокате запросили сумму ого-го, решили ограничиться строгими черными костюмами.
На мой вопрос а нахуя все это, дал почитать программу круиза где было черным по белому написано что на капитанский вечер гости приходят в строгих костюмах или смокингах а дамы в вечерних платьях.
Естественно что на капитанском приеме было только два человека одетых как пингвины я и мой товарищ а вечерних платьях только наши жены и несколько москвичек.
Я понял что не зря материл его в аэропорту за дополнительную складную сумку под костюм которую я таскал и чуть не забыл в аэропорту в Вене, и теперь мысленно материл за то что мне ее тащить назад.
Хачик был одет в строгие серые бриджи, майку с надписью Армани и в белых сандалиях такой же фирмы и ничего, даже с капитаном в белоснежном кителе сфотографировался.
Утром наш корабль бросил якорь недалеко от берега и к борту причалили катера.
Вечером друг долго ковырялся в планшете и безапелляционно заявил что мы одеваем костюмы!
Етить-колотить, на улице жара, туфли новые и не разношенные, но он настоял.
При посадке в катер я увидел Хачика!
Он был одет в белоснежную рубашку, бежевые шорты, белоснежная кепка и белоснежные сандалии фирмы Армани, образ завершала видеокамера висящая на шее ну конечно барсетка.
За ночь он гладко выбрил щеки, подстриг бороду и стал похож на Лучано Паваротти!
Не буду утомлять читателей историей рода Гримальди, хочу лишь сказать что ихняя дочка Стефания ухлестывала за моим товарищем ох как настойчиво, но он был женат!))
Но это было давно и может даже неправда.)
И вот мы вышли на площадь перед отелем Де Пари!
Мамма мия! Такие машины я видел только в Москве и по телевизору, народ сразу ломанулся делать возле них фотки и гид долго собирала всех чтобы зайти в казино.
Я все время оглядывался ожидая что появится Челентано в кепке с отрезом ткани но его все не было.
Наконец мы вошли.
Красота и помпезность, расписные потолки и хрусталь.
Все бросились фоткать а мы с двумя москвичами тоже в костюмах и Хачиком пошли поиграть, предварительно узнав у гида что у нас есть два часа не меньше.
Два часа?
Да это выше крыши, можно проиграть за это время все, включая жену.)
Прежде чем войти товарищ словно фокусник достал из кармана две бабочки и мы нацепили их на шею.
Охрана на входе жестом показала чтобы мы проходили и остановила только Хачика.
Попытка договориться с секьюрити по братски ничего не дала, дресс-код там никто не отменял и барсетка полная баксов их не впечатлила.
Ведь даже если ты в Армани но в шортах и сандалиях пусть ты хоть премьер-министр Финляндии тебя не пустят.
Описать его лицо сложно, человека лишили мечты, весь мир рухнул!
Это было примерно как лицо Остапа на аукционе когда у Кисы не оказалось денег.
Он стал мне махать руками и я вышел.
- Брат, возьми штуку баксов и поставь за меня в рулетку на двадцать пять красное, если вииграем то все пополам!
- Брат, обычно в таких случаях ставят на зеро!
- Нет Брат, это мой день рождения!
- И мой!
- Точно ставь и сними все на камеру!
Но секьюрити категорически запретили заходить с камерой и Хачик остался грустить за дверью.
Я решил не менять свою сотку а поставить то что мне дал Хачик.
Мы подошли к рулетке и меня все время долбила мысль поставить все на зеро, но я пообещал Хачику.
Надо ли говорить что выпало?
Правильно, зеро!
Публика громко зашумела, раздались аплодисменты.
Дедушка в смокинге похожий на Графа Володье, чьи фишки стояли на зеро победно и с достоинством посмотрел на окружающих, ни один мускул не дрогнул на его лице, как будто для него это норма.
На выходе меня встречал Хачик.
- Брат ну что?
- Хачик я конечно тебя расстрою но выпало...
- Зеро?
- Да....
- Ах Мамат кхунэм.... (дальше непереводимые ругательства на армянском...)
Всю дорогу он тихо матерился про себя, отхлебывая коньяк из фляжки.
Матерился и я, потому что не поверил своей чуйке.
Больше до конца поездки Хачик в казино не ходил, а сидел грустный у барной стойки, периодически качая головой и повторял про себя одну фразу - Вай, какой я лох Ворт кхунэм....
Всем хорошего дня, следующая история про Париж.)
27.01.2026 г.
|
|
354
Европейские учёные научились делать экологически чистый бетон – БИОБЕТОН
Он из МОЧИ.
На 1 кубометр бетона всего-то надо 24 куба мочи и немного песка.
Немцы сейчас собирают донаты на этот проект. Как в виде мочи. Так и в виде денег.
Зашел утром в интернет, открыл сайт Университета Штутгарта.
Закрыл интернет.
|
|
356
Рыба портится с головы, а солдат - с усов!
Папа умер - мне было семь...
Многое успел мне дать, многому научить...
Отчим тоже был хорошим отцом.
Смотрел его армейские фотографии - на некоторых он был с усами. Спросил про усы. Он улыбнулся и ответил:
- Наш старшина говорил: "Рыба портится с головы, а солдат - с усов!"
Я был почемучка: "А почему рыба портится с головы?"
У Владимира Ильича Сенаторова был диплом кулинарного техникума, и он дал вполне профессиональный ответ о жабрах, и ещё там что-то.
Конечно, я должен был задать вопрос и об усах. Но этого не помню. Как и его ответа.
А нашел этот ответ, когда сам служил срочную в начале 80-х.
И сейчас снова вспомнил, когда читатели обсуждали нашу групповую армейскую фотку, на которой Миша Кайнов с усами.
И с теперешних своих взглядов поясню объективность фразы, вынесенной в заголовок.
"Рыба портится с головы, а солдат - с усов!"
Молодой солдат ценен своей исполнительностью:
- Есть! Так точно! Никак нет! Разрешите исполнять! Разрешите - бегом!
У молодого солдата множество запретов, все из которых он даже не знает. И за нарушение любого он может быть наказан, чего боится. И уж конечно, - на каждом утреннем осмотре у него должен быть подшит чистый белый подворотничок, выглажена форма, начищены сапоги, и он должен быть побрит. Случалось, - новобранец думал, что юношеский пушок на подбородке в бритье не нуждается, и тогда его могли "побрить" вафельным полотенцем.
Мне пришлось свои 5-8 светлых волосинок на подбородке начать брить в 80-м (только-только исполнилось 18), и лишь через год эта растительность превратилась в полноценную щетину.
...
Вернёмся к исходной фразе.
Отпустить усы молодому солдату не позволят ни офицеры, ни сержанты, ни старослужащие.
А если солдат отпустил усы...
Значит он уже считает себя вправе не соблюдать этот запрет. А заодно - и многие другие запреты...
У него неизбежно снизилась дисциплинированность, исполнительность, он приобрел другие недостатки...
Солдат испортился...
...
Это из опыта моей срочной службы начала 80-х.
Понятно, что распространяется только на места постоянного размещения воинских частей, где есть бытовые условия...
У кого было так или иначе, в те же годы или в 90-х, нулевых, 10-х, 20-х... - рассказывайте!
Тему напоминаю:
"Рыба портится с головы, а солдат - с усов!"
...
#ГВВСКУ #ВЧ30223_ТИКСИ
|
|
357
ДИВАН
София считалась самой красивой девушкой на курсе, плюс она еще и на красный диплом шла. Естественно, у нее были толпы пассивных поклонников и даже десяток тех кто поактивнее. На тот момент в число активных ухажеров пролез Игорь. Обычный парень, не богат, звезд с неба не хватал, но всегда чем-то занимался, старался выбраться из студенческой нищеты.
Вот однажды после второго свидания, Игорь проводил Соню до подъезда, галантно попрощался, а Соня поймала ухажера за рукав и просто сказала:
- Подожди, зайди, давай хоть чаем тебя напою, а заодно с мамой и дедом познакомлю.
Что? Испугался? Не хочешь– ну, как хочешь.
- Почему это не хочу? Я очень даже с удовольствием, но как-то неожиданно. Надо было бы хоть тортик прикупить, там…
- Ты думаешь, что за тортик они тебя сразу полюбят?
- Ладно, если только ненадолго.
- А ты нам надолго зачем?
- Логично, убедила.
Вошли, Игорь напоролся на цепкий взгляд Мамы. Довольно холодно познакомились и София повела Игоря в комнату Деда.
Дед с трясущейся головой, полулежал на своем огромном, темно-сером диване.
Рядом с диваном ожидали ходунки и даже утка, на всякий случай.
- Дедушка, познакомься – это Игорь, мой одногруппник, мы в кино ходили.
Дед недоверчиво посмотрел на ухажера, протянул старческую ручку и сказал слабым голосом:
- Анатолий Севастьянович, только я не дед Софии, а прадед. Ну, так и что вы, Игорь, хотите от нашей Софии?
На выручку подоспела Соня:
- Дедушка, он ничего не хочет, просто Игорь меня до дома проводил. Или ты хочешь, чтобы я в одинадцатом часу одна добиралась?
- Нет конечно, одной нельзя. А скажите-ка мне, Игорь, чему равен определитель единичной матрицы? Или хотя-бы, чему равен «i» в квадрате?
- Оп, оп, оп, Дед, не грузи человека, он и так в шоке. Не переживай, он намек понял и уже уходит. Игорь, а, кстати, Анатолий Севастьянович работал завкафедрой в нашем институте, правда – это было еще до рождения всех наших преподавателей…
Игорь ушел, а Соня с мамой в комнате деда еще долго выслушивали, что этот Игорь слишком простоват и туповат для Софии. То ли дело Алик, у Алика хоть машина есть, уже не на метро по ночам возвращаться. Или, на худой конец, Марк, мы хоть семью его знаем. А этот, ни то, ни се. Да еще и в математике полный ноль.
Спустя неделю, Дед очень удивил всю свою небольшую семью: Вечером, когда мама вернулась с работы, а Соня из института, они обнаружили потрясающую картину – Дед, сидя на табуретке и одной рукой держась за ходунки, маленькой щеточкой мыл свой диван. Точнее сказать, домывал. Перед ним на полу стоял тазик с мыльной водой, Дед окунал в него щетку и потихоньку тер какое-то незаметное пятнышко. В том что девяностосемилетний Анатолий Севастьянович, пытался хоть что-нибудь сделать по хозяйству, как раз не было ничего удивительного, он всегда был деятельным человеком и его тяготило старческое бессилие. Но что это стал за диван! Еще утром это был темно-серый, стариковский, трагичный диван, весь засаленный, как будто бы даже немножко дерматиновый. Повсюду замытые пятна от… в общем, жуткие пятна.
А к вечеру дед отмыл свой диван, практически до первозданного состояния. Ни одного пятнышка и что самое поразительное, настоящий цвет дивана оказался не грязносерым, а почти белым, с легким, голубым оттенком. Мама даже слезу пустила, потому что внезапно вспомнила этот цвет из своего глубокого детства. Да и запах, запах старости испарился, как и не бывало, в дедову комнату воцарился запах дорогого мебельного магазина.
Дед еще долго гордился и хвастал своим подвигом Геракла, да и было чем хвастать. Мама с Соней безоговорочно признали, что им бы не хватило, ни сил, ни усердия, а упорный Дед, вот смог, ему стоило только сильно захотеть…
Как-то в разговоре Дед спросил:
- Софья, а где тот твой ухажер, Игорь? Что-то он к нам не заходит. Пригласи его как-нибудь, пусть хоть на мой голубенький, чистый диван полюбуется, а то в тот раз он смотрел на него как буржуй на маузер. Кстати говоря, я поразмыслил на досуге и пришел к выводу, что этот Игорь совсем не плохой парень и видимо относится к тебе очень серьезно.
Во всяком случае, Алик ему и в подметки не годится, а уж тем более Марик. А машина– дело наживное…
- Да все нормально с ним, если хочешь, то я его хоть завтра в гости позову…
Через полгода Соня и Игорь поженились, а Анатолий Севастьянович всю оставшуюся жизнь так и прожил на своем чистейшем диване с голубым отливом, на этом диване он и умер во сне, совсем чуть-чуть недотянув до ста.
P.S.
Прошло почти двадцать лет.
Как-то на даче, Игорь и Соня учили уму-разуму своего старшего сына – студента первокурсника:
- Сынок, дело ведь совсем не в деньгах, мы с Мамой тебя любим и нам ничего для тебя не жалко. Но откуда этот инфантилизм? Да и что это за цены на кроссовки? Они что, за тебя будут в институт бегать? Я все понимаю, но покупать кроссовки за десять стипендий, даже за одинадцать…
- Да, Папа прав, кроссовки, которые стоят как подержанный автомобиль– это уже не обувь, а что-то другое. За такие деньги можно целые олимпийские игры в нормальные кроссовки обуть. Даже вместе со зрителями. А если ты действительно хочешь такие кроссовки, не вопрос, заработай. Ты молодой, здоровый парень, заодно и покажешь, что ты не только молодой и здоровый, а еще и умный и целеустремленный.
- Легко тебе говорить «заработай». А как я заработаю? Хорошо вам с Папой было в ваше время. Повсюду можно было заработать. Сейчас другое время, дорогие мои родители, дру-го-е!
Игорь потихоньку закипал:
- Какое другое!? Что другое!? Время всегда одно и то же! Всегда бедные были одинаково бедны, а богатые одинаково богаты, всегда нужно было крутиться, чтобы добыть себе кусок хлеба. Слава богу, что ты с этим не столкнулся пока. А представь себе, я вот с самого первого курса, почти каждый день подрабатывал; и утром до лекций и после, почти до самой ночи. Ездил с огромной сумкой на колесиках по всему городу. Ты думаешь, что я от этого удовольствие получал? А весила моя телега килограммов двадцать пять, а то и больше . Таскался как Папа Карло по заказам, зарабатывал. Мне ведь нужно было не только что-то есть, еще и родителям подбрасывал.
- Ну и что ты там таскал? Что ты делал, Папа?
- Представь себе экстрактор - это такая здоровая гробина, похожа на пылесос, к нему всякая химия, бутылок двадцать, может больше. Тряпки, щетки с мотором, насадки, фен для сушки, маленький пылесос и ещё бог знает что. Я занимался химчисткой мягкой мебели. Так, бывало, умудохаешься, пока отмоешь какой-нибудь зассаный матрас, или диван…
Игорь как будто уперся головой в стену, он почувствовал на себе взгляд жены.
- Ой, черт, Соня, прости пожалуйста, ох дурак я, дурак. Я ведь Деду поклялся унести в могилу его секрет… наш с ним секрет…
|
|
358
Работаю я в глуши. Обитаю тут же — в добротном поместье местных «властелинов колец» и огородов. Моя официальная должность? Сельский швейцарский нож. Столяр, электрик, сантехник, дворник, принеси-подай, иди на фиг, не мешай и мастер по выносу мозга в одном флаконе.
Семейство — чистый сюр. Папа — стахановец на стероидах. Пашет до четырех, потом два часа анабиоза, и снова в бой с ветряными мельницами до полуночи. Подъем в шесть — и беличье колесо раскручивается с новой силой.
Мама, назовем её Надя, — создание тонкой душевной организации… в кавычках. Дома изрыгает такие лингвистические конструкции, что у бывалых сапожников вянут уши. Но на людях — сама добродетель. Деревня — это вам не мегаполис, тут за «выпендрёж» быстро проведут воспитательную беседу вилами, не посмотрят на твои деньги.
Наследников трое. Помните Пушкина? «Старший умный был детина…» Забудьте. Генетика решила на родителях отдохнуть, а на детях — выспаться. Дислексия, дисграфия и прочие «ди-», которые в переводе на русский означают феерическую безграмотность. Успеваемость нулевая по всем фронтам, кроме физкультуры — бегают они быстрее, чем думают. Как переходят из класса в класс? Коррупция, милая сердцу сельская коррупция. Учителя получают «пакеты благодарности», а в дневниках расцветают липовые четверки и как ни странно пятерки.
Ребятки дошли до того, что могут устроить себе внеплановые каникулы на несколько дней. И ничего, все норм, слова никто не скажет.
(Вспоминаю свою милую советскую школу - попробуй только один день пропусти и придти потом без справки! Поколение Next почему-то ругает совок, возможно они где-то правы, возможно, но детям в СССР уделялось максимум внимания - бесплатное, качественное образование, в том числе и высшее, бесплатные кружки, дом пионеров, пионерские лагеря и многое, многое другое. У нас детей учили включать голову, а не выключать как сейчас. Впрочем, эволюция идёт своим ходом и до власть предержащих, по ходу дошло, что с идиотами каши не сваришь и вроде пошли разговоры, что ЕГЭ надо отменять. И правильно, хорош уже дебилов взращивать.)
Естественно, дети впитали материнский лексикон быстрее, чем алфавит. К шести годам они уже защитили докторскую по мату. Слушать их семейные нежности — это как смотреть «Семейку Аддамс» в переводе Гоблина.
Зарисовки с натуры:
О высоком:
Надя по телефону сочувствует подруге. Судя по всему, муж подруги — не Аполлон. Надя резюмирует:
— Ну, дорогая, если ты встала с х..., то о х... и надо заботиться!
Логика железная, не поспоришь.
О финансах:
Я (скромно): — Надя, жалованье бы... Деньги давай.
Надя (с искренним недоумением): — Деньги давай? А меня что, по утрам кто-то е...т и купюры на тумбочке оставляет?
О генетике:
Работяги красят стену. Рядом два мелких «интеллигента» делят территорию:
— Ты, ...б твою мать!
— Нет, ты сам ...б твою мать!
Маляры в ступоре:
— Ребят, у вас что, матери разные?
Снова о материнстве:
Мелкие продолжают дискуссию у ног Нади. Один орет: «...б твою мать!», второй флегматично тычет пальцем в Надю: «Вон моя мать.»
Преемственность поколений как она есть.
О воспитании:
Иногда Надя входит в раж и оглашает окрестности воплями:
— Вы, е...ри малолетние! Пиписьки выросли? Мать родную уже во все места в...ли? Щас я из вас уродцев сделаю! Лучше б я полено родила — оно хоть не гавкает! Неблагодарные твари, я ж из-за вас, козлов, как белка в мясорубке! И вся песня с припевом.
Лирическое отступление
Надя у нас дама с претензией на нимфоманию. Поначалу пыталась меня «приручить», но мне такое прип...е счастье даже с доплатой не сдалось. Теперь её метает от «люблю-трамвай куплю» до «убью-закопаю». Особенно в «черные женские дни календаря» — тогда начинается концерт по заявкам:
— Ты, морда зажравшаяся! Голубой! Педераст! Дебил! Дерьмо! Урод! И вся песня с припевом.
А я что? Я спокоен. Я — незаменимый ресурс. Где они в этой дыре найдут другого раба на все руки за копейки? Приятно осознавать, что твой статус «холуя» защищен рыночной экономикой.
Есть у Толстого рассказ, забыл как называется, там двое простых деревенских парней в армии на переходе искали беглеца. И по дороге один рассказывает другому про свою жену. Она у него с характером, он ее бил, так она отлежится и опять за свое. А когда его призвали в армию, так она к нему в ноги кинулась:
- Милый, - говорит- не уходи, не бросай меня!
Прям не узнать человека.
Тут та же драма. Стоит мне после очередного скандала собрать рюкзак и двинуть в сторону гор, как Надя превращается в ангела:
— Макс, ну куда ты? Там в холодильнике шашлык... холодненький... возьми!
Но я же натура ранимая, гордая.
— Какие, блядь, шашлыки после «педераста»? Пока. Жди меня, и я вернусь, только очень сильно жди.
Так и живем. Сухари жуем, шашлыком брезгуем.
За дебоши, лень и тупость,
За отчаянную глупость
Из гимназии балбеса
Попросили выйти вон.
Рад-радешенька повеса,
Но в семье и плач, и стон.
Что с ним делать, ради неба?
Без занятий идиот
За троих съедает хлеба,
Сколько платья издерет!..
Нет в мальчишке вовсе прока —
В свинопасы разве сдать
И для вящего урока
Перед этим отодрать?
Отодрали. Посудили.
В парикмахеры отдали...
Через месяц — новый стон:
Снова выгнан шельма вон!
Он в супешник у клиента
Вылил банку фиксатуара
И для вящего эффекта
Сбрил пол-уха у татара.
Снова драли. Снова выли.
В конторщики определили...
Через месяц — вопли, крик:
Снова выгнан озорник!
Он хозяину в чернильцу
Бросил дохлую крысу,
А приказчику-пройдохе
Пригвоздил к столу косу.
Драли, драли... Толку мало.
Мать от горя исхудала,
У отца — в висках седина...
А балбесу — хоть бы хна!
Ходит, свищет, бьет собак,
Курит краденый табак
И, представьте, в воскресенье
Написал стихотворенье!
Николай Адуев — «Балбес»
P.S. Изначально хотел про троих малых написать, но почему-то рассказ ушел куда-то не туда. Я раньше читал мемуары писателей и они иногда писали, что такое бывает, герои начинают самостоятельно жить, вне зависимости от воли автора. Никогда не думал, что и со мной такое может быть. Это ж надо. Но стихи Николая Альфредовича, вроде вернули акцент рассказа в нужное русло.
Всем хорошего дня!
ГОСТ
|
|
359
Дисклеймер. Многа букофф. Разбито на две части. Как поклонников, так и противников Какраньшии просьба не волноваться, данный текст не имеет отношения ни к обсиранию, ни к обожанию Какраньшии - это исключительно мемуары тётки, которая стояла в почётном школьном карауле у портрета Брежнева в ноябре 1982 года. За каким хером это должно было волновать третьеклассницу, которой уже успели проесть плешь "Продовольственной программой", оставлю за кадром.Ладно, терзайте.
ЧАСТЬ 1.
УПК. Кто помнит?
Это учебно-производственный комбинат, на котором нам, ещё советским, недорослям пытались привить первичные профессиональные навыки и втюхать хоть какую-нибудь корочку на выходе из школы, и в прямом, и в переносном смысле.
Так вот, куча страданий на тему нехватки рабочих рук, всколыхнула-таки эмоции без малого сорокалетней давности. Ну, помимо вопроса, а как мы, сейчас уже не стройные кипарисы, тогда выжили без ЕГЭ, репетиторов и тридцати кружков и доп.занятий (и кучи денюх от родителей), вдруг вспомнилось, а что конкретно давала советская школа, помимо пресловутых энциклопедических знаний? Сарказм, если что - знания-то давали, только вот все ли их брали?
А давала школа то самое УПК, в 9-10 классах (я успела закончить 10, а не 11 классов), где учили профессиям. Лично я считаю это очень полезным и нужным опытом, мне очень пригодилось. В нашем классе на УПК записывали в конце восьмого класса, и это мероприятие я благополучно прозевала, и в итоге оказалось, что надо меня куда-то девать, но все ответственные за это дело были заняты, и велели определяться самой. А куда я могла определиться? Список профессий, конечно, впечатлял. Младшая медсестра, читай санитарка - туда ушли двое из класса, собирающиеся поступать в медицинский. Швея-мотористка. Благодаря маменьке, которая закончила трёхгодичные курсы кройки и шитья при доме офицеров, я к этому времени уже и сама могла строить выкройки, по мамкиным тетрадям, правда, и не то, что строчить, но и петли обмётывать на бытовой ножной "Чайке" умела. Только до жути боялась промышленных электрических швейных машин. Помощник воспитателя - ой, нет, это та же няня, горшки, манная каша, гвалт и вот это вот всё в тридцати экземплярах. Озеленитель? Тоже мимо, с растениями у меня сложные отношения, я только с кактусами, алоэ-каланхоэ и традесканциями умею договариваться. Ну, ещё всякие водители категории ВС, штукатуры-маляры и пекари. И тут - па-бамм!!! Секретарь-машинистка. Я же не знала, что на эту специальность доступ строго лимитирован, заранее согласован, и вообще, это для блатных, медалистов, и не фиг со свинячьим рылом в калашные ряды лазить. По незнанию полезла, просто заявилась на первое занятие на голубом глазу, с видом: "А вот она я, берите и учите!". Тем более, что в школе велели определяться самостоятельно, вот и определилась. И даже нисколько не смутило, что все девочки в этой группе "из высшего общества" и будущие медалистки с обоих параллельных классов уже там давно записаны - ну, в конце-то концов, не стены же им красить, и не трусы ситцевые строчить по норме? Самая "благородная" их всех специальностей, на которые в Какраньшии учили в ПТУ и УПК.
Преподаватель наша, Тамара Анатольевна, нижайший ей поклон, на моё появление отреагировала стоически. Включила в список и сразу объявила, что группа набирается с запасом, и минимум пятеро до нового года вылетят и пойдут шить трусы или ковыряться в клумбах, а к концу года ещё пятеро. Так мы впервые познакомились к конкуренцией. А к моменту получения аттестатов нас останется даже меньше, чем изначально планировалось Как в воду глядела. Так что, сначала конкуренция у нас была почище, чем в институте благородных девиц. И действительно, через месяц трое ушли самостоятельно, ещё четверых вышибли за вопиющую безграмотность. Правила были жесточайшие. Первый месяц нас даже не подпускали к пишущим машинкам, мы зубрили на память расположение клавиш, и каким пальцем какую букву жать. Да, это был супер-прогрессивный на тот момент десятипальцевый метод. Здесь мне здорово помогла музыкальная школа, распальцовка была поставлена. Мы учились чистить машинки (а они ох какие разные!) и менять ленту. И разбираться в ленте - она тоже разная. Собирать закладки с копиркой и различать сорта бумаги и копирки. Считать на память интервалы и отступы и доводить это до автоматизма. Формат бумаги А4 - 210 на 297 мм, А3 - 420 на те же 297. Без подсказки ИИ помню! Если не права, поправьте. Да много чего. Потом пошли бесконечные упражнения, когда четыре часа подряд печатаешь что-то типа вал-лов-вол-про-пор-роп, это четыре пальца работают, потом добавляются ещё два, и так далее, до полного автоматизма. Чистый садизм - тут ещё и внимательность нужна, когда среди десятка "валов" в упражнении выскакивает "вол", а дальше опять "валы".
Тамара Анатольевна, на первом же занятии уточнившая, что за глаза её называют Тигрой Лютой (это было её любимое выражение, "Я здесь не мамка рОдная, а Тигра Лютая!"), правила ввела реально драконовские. Одна опечатка на странице - минус балл, то бишь итого четвёрка, две - тройка, три - перепечатывай страницу, с первого раза безошибочно не выйдет, твои проблемы, имей двойку. Подчистки и перепечатки - сразу двойка. К двойке прилагалась пересадка на машинку похуже. Стоит уточнить - в кабинете были три электрические машинки (две "Оптимы" и один "Роботрон") пять механических "Украин", два десятка "Башкирий", и остальные портативные. На электрических все работали с удовольствием, скорость на них развивали фантастическую, у кого получалось (не у всех), "Украины" - мягкие, но механические, а самый жуть и мрак, это портативные. И нас постоянно меняли местами, а пересадка на портативную машинку была наказанием. Собственно, и печатать на ней было наказанием - другое расстояние между клавишами, сами клавиши очень тугие и мелкие, да ещё и пружины в них имели свойство разбалтываться, поэтому а и ъ надо было нажимать с разным усилием.
Но это всё мы освоили быстро, гораздо больше времени было посвящено основам трудового законодательства (согласно советскому ЕТКС, единому тарифно-квалификационному справочнику), ведь в должностные обязанности секретаря-машинистки входило и знание правил оформления и кадровых, и архивных, и вообще ВСЕХ документов, включая секретные. Касательно последних была оговорка - "в соответствии с требованиями соответствующих организаций".
А мы же были молодыми! И пошутить любили. И когда дело дошло до упражнений типа: "Составьте письмо в произвольной форме с просьбой отгрузить продукцию", начали креативить. Да, признаюсь честно, эту заразу в группу именно я занесла, мне было скучно печатать письма от товарища Иванова товарищу Петрову о погрузке двенадцати вагонов металлоконструкций, и для начала в моих вольных упражнениях начали переписываться директор "Трикотажоптторга" Рыломойлов Ф.Ъ. и начальник конного депо Ухозадерищев Ы.Я. Чего только они не просили друг у друга в переписках! Характеристику на слесаря колбасного отдела Синезадого Х.У., переведённого из депо на трикотажную фабрику в порядке служебного перевода по острой производственной необходимости (характеристика прилагалась). Срочно отгрузить двенадцать тонн ёлочных игрушек для проведения первомайских мероприятий. Радиорепродуктор мощностью 16 мВт для трансляции фольклора братских народов Эфиопии. Техническую спецификацию на гребной винт для работы в пескоструйной среде. Тигра Лютая сначала хмыкала, читая эти опусы, напечатанные в строгом соответствии с ГОСТами и сухим канцелярским языком. Потом, когда к флешмобу присоединились сначала мои одноклассницы (мега-приличные девочки-медалистки), а затем и вся группа, начала откровенно ржать, периодически выбегая из кабинета.
Окно Овертона было распахнуто, на дворе стоял 89 год со всеми прЭлестями, поэтому такие шалости не влекли последствий. А вся группа продолжала веселиться. В наших учебных документах вовсю свирепствовали начальники отделов Швабротряпкины Ё.Э., требующие уволить уборщицу Маромойкину Щ.Б. на основании докладной записки Швабротряпкина и объяснительной Маромойкиной (прилагалось) по статье 33, п. 4, 7 за употребление алкогольного напитка марки "Кальвадос" (да, Хемингуэя начитались) без участия непосредственного руководителя (и сухой закон ещё полностью не отменили). Писали характеристики на заместителей директора металлургического комбината по рыльно-мыльным делам, в которых делали акцент на особую любовь этого заместителя Червежукова к художественной росписи стен мест общего пользования. Всего не перечислить.
А скучное окончание будет завтра))) Если кого-то это заинтересует)))
|
|
360
Навеяло историей о пляжах на далеких островах с «особо чистым белым песком».
Я покатался по белу свету, посетив не то 45, не то 47 разных государств (последний раз считал пару лет назад, пересчитывать по новой нет сейчас никакого желания).
Бывал и на пляжах, разумеется, хотя, в основном, ездил по разным научным конференциям. Но как вы думаете, песок на каком пляже мне запомнился больше всего?
Очень чистый, очень крупный и очень белый песок был на пляже в маленьком городке Володарск Горьковской (ныне Нижегородской) области.
Городок сей раньше назывался «поселок имени Володарского», а еще раньше – Сейма, по протекающей через него реке, притоку Оки. Кстати, интересно, что станция железной дороги в том городе как называлась «Сейма» - еще при царе - так и все советское время продолжала называться «Сейма», несмотря на переименование поселка в честь застреленного (сейчас не особо понятно, кем) в 1918 году главного тогдашнего советского цензора, Моисея Гольдштейна (псевдоним «Володарский»), друга Троцкого.
Даже после развенчания Троцкого в конце 1920-х, и после переименования города Горький опять в Нижний Новгород в 1990-м году, в Володарске не было ни единой попытки обратного переименования города в Сейму, хотя до сих пор народ практически не употребляет в устной речи понятие «Володарск», кроме как в официальных документах – обычно просто говорят: «Эта девушка выросла на Сейме!» или «Поехал домой на Сейму», и т.д.
Думаю, минимум 90% населения города вообще сейчас не знают, в честь кого был их город переименован когда-то, и кто был такой тот Моисей Гольдштейн, благополучно застреленный кем-то на питерской улице 20 июня 1918 г. (говорят – мужем одной из его многочисленных любовниц). Ранее, разумеется, считалось, что «пламенного борца революции тов. Володарского застрелили враги».
Так вот, на Сейме известным нижегородским купцом первой гильдии Николаем Бугровым была еще в XIX веке построена мельница – одна из первых (и крупнейших, по тем временам) паровых мельниц в России, что сделало Бугрова на какое-то время практически монополистом в мукомольной промышленности тех лет. Напомню, что пшеница была в те годы главным экспортным товаром России (примерно как сейчас нефть и газ). Железнодорожная станция на Сейме была (и есть) в непосредственной близости от бугровской мельницы, но в России XIX века не менее важным видом транспорта, наряду с железнодорожным, был транспорт водный. И для более удобной доставки зерна на свою мельницу с низовьев Волги (из какой-нибудь Самарской или Саратовской губернии) Бугров распорядился выкопать от реки Ока практически до ворот своей сеймовской мельницы нечто вроде канала, по которому баржи могли подплывать к той мельнице через Волгу в Оку, а из Оки – в тот затон. Сейчас это уже, правда, не канал, а так называемое «озеро Затон», т.к. последние лет 60 данная «водная артерия» уже никакой хозяйственной роли не играет и с Окой не сообщается (если только в паводок). Так вот, берега этого «канала» (он же «затон», он же «озеро») - изначально болотистые, крайне топкие - были еще при Бугрове засыпаны ОТБОРНЫМ ЧИСТЫМ БЕЛЫМ ПЕСКОМ. Уж не знаю, где Бугров такой песок нашел (точно не на Бали!), но чем-то тот песок ему понравился, и он решил пригнать несколько барж с этим песком, чтобы «облагородить берега» сеймовского затона. Состояние берегов того затона в настоящее время мне неизвестно, но году в 1995-м, когда я там купался последний раз, - песок был все тот же, чистый, белый, крупный, «бугровский».
Только фотки не годились бы для Инстаграма – песок-то хорош, но окрестные ивы, деревянные домики и здание мельницы XIX века на заднем плане наводили бы на мысль, что это все же не совсем курортная зона…
Старообрядец Бугров был, кстати, крайне женолюбив, и очень часто брал к себе в «наложницы» девушек лет 15-16, а когда через пару-тройку месяцев девушка ему надоедала (или беременела), он выдавал ее замуж за кого-то из своих служащих, давая девушке неплохое приданое, и строил для новой семьи небольшой домик в три окна. В нынешней Сейме (Володарске) таких домиков сохранилось штук 50, говорят, что раньше их было чуть ли не более сотни, а еще такие домики он строил и в других населенных пунктах своей «мукомольной империи»…
Такой вот «нижегородский Эпштейн» XIX века…
|
|
361
К истории от Уважаемой Meggi (от 22.03.2026)
Менял фото на паспорт. Лето, жара. В паспортном столе сообщают - у вас сегодня последний день подачи, с завтра будет штраф. Ё-моё! Неподалёку нарыл фотоателье + какие-то услуги цифровой обработки. Залетаю.
- Фото на паспорт делаете?
- Делаем.
Блин, костюм же с галстуком нужен, чтоб всё было чин-по-чину. А я в футболке, небритый и, скажем так, слегка помятый.
- Не переживайте, садитесь.
Девушка-фотограф поиграла со светом, поправила мою морду лица (голову выше, поверните чуть правее) сделала несколько цифровых снимков и показывает их мне на экране компьютера, мол, - Выбирайте. Выбрал.
- А костюм как-же?
- Не переживайте, выбирайте.
И предоставляет мне на экране монитора широкий выбор "подставок". Выбрал. Хороший костюмчик такой, в таком не ходят - в таком красуются. Перебрал галстуки и разные рубашки. Вставила, вместо футболки.
И тут смотрю, что-то моё помятое рыло не очень гармонирует с одеждой.
- Девушка, ну?
- Не проблема!
"Побрила" меня, пару прыщиков подчистила, торчащие во все стороны волосы "причесала", мешки под глазами закрасила. Но, вот вижу, что-то цвет лица у меня какой-то не очень. Весьма нездоровый цвет лица, скажу, и взгляд какой-то тусклый.
- Минуточку!
И оп-па! Смотрю - граф, ну чистый граф! Благородный блеск в глазах, лёгкий намёк на ироничную улыбку, да и само лицо нормально так посвежело. Стало как у мужчин-моделей в рекламах про чистое бритьё. Ди Каприо смотрит на такого красавчика и нервно плачет в сторонке, от зависти.
- Печатайте!
Распечатала, всё, как положено. Немного добавила в цене за обработку, но вполне приемлемо, даже копейки по сравнению с правом обладать таким шедевром.
В паспортном столе приняли без вопросов - им пох, хоть жопой фотографируйся, главное - чтобы был похож, а снимок чтоб соответствовал их требованиям.
Хожу с тех пор с красивым паспортом. Рожа, правда, не помолодела, да и вместо волос лысина, бородку-эспаньолку отпустил. А остальным глубоко всё равно, чо у меня там в паспорте вклеено - сходство есть, ну и норм. Вопросов не возникало, вот уже более 10 лет.
Вот так вот, открою свой паспорт, полюбуюсь, и на душе как-то теплее становится...
|
|
362
Тенерифе: два громадных «Боинга», туман и самая смертоносная авиакатастрофа в истории
27 марта 1977 года обычный день на Канарах закончился катастрофой, которая до сих пор остаётся самой смертоносной аварией в истории гражданской авиации. В аэропорту Лос-Родеос на Тенерифе столкнулись два Boeing 747 — KLM Flight 4805 и Pan Am Flight 1736. Погибли 583 человека. Выжили только 61 пассажир и член экипажа с борта Pan Am.
Самое страшное в этой истории то, что катастрофа не началась с поломки в воздухе. Оба самолёта вообще не должны были оказаться в этом маленьком аэропорту в таком количестве и в такой спешке. И KLM, и Pan Am летели в Гран-Канарию, но после взрыва бомбы в терминале аэропорта назначения рейсы начали срочно перенаправлять на Тенерифе. Лос-Родеос был перегружен, тесен, с одной основной полосой и ограниченными возможностями для руления. Самолёты стояли где попало, обычная логистика ломалась прямо на глазах, а затем на всё это ещё и лёг густой туман.
Дальше началась цепочка мелких решений, которые по отдельности не выглядели как приговор, но вместе стали смертельными. KLM решил дозаправиться на Тенерифе, чтобы не терять время позже, из-за чего простоял дольше и стал тяжелее. Когда вылет снова разрешили, самолётам пришлось использовать саму взлётную полосу ещё и как рулёжную дорожку: KLM должен был развернуться в её конце и готовиться к вылету, а Pan Am — ехать следом по полосе и затем уйти с неё по одной из рулёжек. Но из-за тумана и сложной схемы съезда экипаж Pan Am не ушёл с полосы вовремя и продолжал двигаться по ней, пока KLM уже стоял на старте.
И вот здесь случилось то, что потом десятилетиями разбирали в учебниках по авиационной безопасности. Радиообмен между экипажами и диспетчером был напряжённым и неоднозначным. Капитан KLM начал разбег, хотя формального разрешения на взлёт у него ещё не было. Ситуацию усугубили плохая видимость, спешка, перегруженный эфир и перекрытие радиосигналов: часть передачи, которая могла бы остановить экипаж, просто не была нормально услышана. Расследование потом пришло к выводу, что основной причиной стало именно начало взлёта KLM без подтверждённого разрешения, при том что Pan Am всё ещё находился на полосе.
Когда экипаж Pan Am наконец увидел огни KLM в тумане, времени почти не осталось. Командир Pan Am попытался резко свернуть влево с полосы. Экипаж KLM, поняв, что впереди другой самолёт, отчаянно попытался оторваться от земли раньше времени. Но дистанции уже не хватало. KLM частично поднялся, хвостом чиркнул полосу, а затем его шасси, нижняя часть фюзеляжа и двигатели врезались в верхнюю часть Pan Am. KLM рухнул дальше по полосе и загорелся. Pan Am был разорван практически над крылом, и именно поэтому уцелели в основном те, кто находился в передней части.
После удара начался уже чистый ад. На борту KLM погибли все 248 человек. На Pan Am погибли 335 из 396 находившихся на борту, 61 человек выжил. Для многих из них спасением стало буквально место в салоне: те, кто сидел ближе к носовой части Pan Am, получили шанс выбраться через разорванный фюзеляж до того, как огонь окончательно охватил самолёт.
Но Тенерифе запомнили не только как чудовищную катастрофу, а ещё и как точку, после которой авиация начала говорить и думать иначе. После неё усилили стандартизацию радиообмена, начали особенно жёстко избегать двусмысленных фраз вроде «we are now at takeoff», изменили подход к взаимодействию экипажа и власти командира в кабине, а сама авария стала одним из важнейших кейсов для Crew Resource Management — культуры, где второй пилот и другие члены экипажа обязаны не молчать, если что-то идёт не так.
Меня в этой истории сильнее всего цепляет то, что это был не один роковой сбой, а почти идеальная цепь человеческих и системных ошибок. Не «злая судьба», не один безумный поступок и не отказ двигателя. Просто туман, давление времени, усталость, перегруженный аэропорт, неоднозначная фраза и несколько секунд уверенности там, где нужна была абсолютная ясность. И, наверное, именно поэтому Тенерифе до сих пор так пугает: он показывает, что для конца света иногда не нужен взрыв в небе — достаточно двух огромных самолётов, одной полосы и момента, когда никто уже не видит друг друга.
Из сети
|
|
363
Mem.Entomori
Серия Флотские байки
Замкнутый флотский коллектив — это не просто группа людей в одинаковой казенной робе, запертая на краю географии. Это суровый алхимический тигель, в котором под колоссальным давлением флотской субординации, полярной ночи и хронического идиотизма человеческая природа мутирует до совершенно античных, эпоса достойных масштабов.
Резня в Полярном (которую избежали водолазы-срочники)
На базе водолазов в Полярном, где законы физики регулярно плакали от бессилия, а здравый смысл считался открытым демаршем против командования, главным демиургом и постановщиком судеб выступал некий москвич. Паспортные данные его история милосердно стерла в пыль, оставив лишь емкий иероглиф позывного — Столица.
Столица был водолазом от Бога и залетчиком от дьявола. Свою службу он воспринимал как досадную, но неизбежную паузу между отсидками на гарнизонной гауптвахте. Драки, самоволки и употребление внутрь всего, что горит, включая ракетное топливо в гомеопатических дозах, были его естественной средой обитания. Но когда Столицу в очередной раз выпускали на волю, ему становилось экзистенциально скучно. А скучающий матрос, как известно, страшнее вражеской торпеды. И тогда он начинал двигать человеческие судьбы, словно фигурки на шахматной доске, щедро политой портвейном.
Служил в их подразделении аварец. Звали его Магомед. Магомед спустился из такого глухого и высокого аула, где колесо, судя по всему, еще не запатентовали, а гравитацию уважали только по большим мусульманским праздникам. Природа, создавая этого горца, явно находилась в ударе и на материал не поскупилась. Ширина плеч Магомеда вызывала тихую панику у дверных косяков, а голова его была топологической аномалией восемьдесят девятого размера.
Именно этот монументальный череп поставил жирный крест на его водолазной карьере. Втиснуть Магомеда ни в один штатный акваланг было физически невозможно. Когда старшина, потея, краснея и поминая всех языческих богов, попытался натянуть на него стандартный общевойсковой противогаз, резина затрещала, жалобно пискнула и лопнула с таким звуком, будто порвался сам пространственно-временной континуум. Водолазные шлемы и гидрокомбинезоны капитулировали перед этой гранитной башкой один за другим, словно французская армия. В итоге командование, устав списывать разорванное в клочья казенное имущество, плюнуло и определило этого циклопа в единственное место, где объем черепа не влиял на боеготовность Северного флота — на овощные склады.
При всей своей чудовищной, первобытной мощи Магомед был невероятно, кристально добр. Он мог часами смотреть, как чайка клюет корку казенного хлеба, и улыбаться так, словно ему показали первый день Творения. Но флотскую доброту часто и фатально путают со слабостью.
Однажды вечером стайка скучающих «полторашников» — матросов, отслуживших полтора года и возомнивших себя солью земли и элитой вооруженных сил — решила преподать молодому горцу урок суровой уставной годковщины. Они зажали его в умывальнике. Магомед долго, искренне не понимал, чего от него хотят эти суетливые, агрессивные люди. Он светло улыбался и просил их идти с миром. Но когда самый борзый из них попытался пробить ему в грудь свою коронную «фанеру», миролюбие аварца закончилось, уступив место генетической памяти предков.
Он не стал применять сложные приемы рукопашного боя или вспоминать фильмы с Брюсом Ли. Он просто сгреб их всех в одну кучу. Гулко хрустнули кости, раздался сдавленный писк, и через мгновение элита флота разлетелась по мокрому кафелю, как кегли от пушечного ядра. Тех, кто смог уползти, догонять он не стал, ибо был милосерден. Тех, кто остался лежать в неестественных позах, аккуратно собрали санитары и увезли в гарнизонный госпиталь с переломами, вывихами и глубочайшими душевными травмами.
После этой показательной лекции по сопротивлению материалов желание практиковать годковщину на Магомеде отпало у всего гарнизона раз и навсегда. Горец обрел абсолютный иммунитет, дипломатическую неприкосновенность и вечный покой среди мешков с прошлогодней капустой.
Но флот, как известно, не терпит святости. Столица, глядя на этого непорочного гиганта, решил, что зияющую брешь в вопросе полового воспитания горца пора заполнять, ибо нечего человеку мучиться в неведении.
Кандидатура нашлась быстро. При базе околачивалась вольнонаемная мадам по имени Фреди. Это был настоящий тяжелый крейсер береговой обороны: рост метр восемьдесят, водоизмещение — глубоко за центнер, а взгляд такой, что им можно было колоть паковый лед в заливе. Фреди славилась феноменальным, всеобъемлющим гостеприимством. Через ее жаркие, необъятные объятия прошел, кажется, весь переменный состав флотилии, у кого только хватало смелости и запаса прочности на абордаж. В качестве бонуса к Фреди прилагался сынок — пускающий пузыри и вечно лыбящийся великовозрастный балбес с явной печатью вырождения на челе. От кого мадам прижила это чудо природы, не знал никто, включая саму мадам.
Столица подошел к делу как стратег. Выбрав момент, он с трагическим лицом сообщил Магомеду, что одинокая женщина остро нуждается в грубой мужской силе — полку прибить, дров наколоть, ну и вообще, поддержать хрупкое создание по хозяйству. Магомед, преисполненный кавказского рыцарства, отправился помогать.
Вернулся он на следующие сутки, аккурат к ужину. Лицо аварца светилось таким нездешним, радиоактивным светом, что от него можно было запитывать аварийное освещение в казарме. Столица довольно потер руки: эксперимент увенчался полным успехом, природа взяла свое.
О шутке забыли месяца на три. Пока однажды Столицу не перехватил на пирсе чеченец Рустам.
Фигура эта заслуживает отдельного эпоса. Рустам тянул лямку на торпедолове — маленькой, юркой и вечно пропахшей водорослями посудине, чья главная задача заключалась в вылавливании из стылых вод отстрелянных практических торпед. До призыва этот кристальный горец не то что спиртного не нюхал, он даже забродивший айран считал греховным напитком. Но торпедолов перемалывает любые догмы. Практическая торпеда — это ведь не только болванка с умной электроникой, это еще и резервуары, в которых плещется он. «Спирт-двадцать один». Адская топливная смесь.
Сначала Рустам смотрел на пьющих сослуживцев с брезгливостью ветхозаветного пророка, но ледяной баренцевоморский шторм быстро выдул из него горскую категоричность. К исходу службы Рустам превратился в главного дегустатора и сомелье флотилии. Он мог с закрытыми глазами по запаху определить, из какой именно торпеды слита жидкость и какова степень ее очистки через противогазный угольный фильтр.
Забегая вперед, скажу, что карма настигла его уже на гражданке: когда дембель Рустам ввалился в родной дом, источая густой, многолетний, въевшийся в самую ДНК перегар «двадцать первого», его седобородый дед даже кричать не стал. Старик просто вынес ему потертый посох и приказал искупать позор. И Рустам пошел. Пешком. До самой Мекки. Через раскаленные пески Туркмении, через перевалы Ирана, пыль Ирака и Кувейта, шаг за шагом выжимая из себя флотский спирт под безжалостным азиатским солнцем.
Но тогда, на пирсе, до Мекки было еще далеко. Рустам задыхался, давился истерическим смехом и медленно сползал по холодному железу кнехта. Выяснилось страшное. Аварец влюбился. И не просто влюбился — он твердо решил жениться на Фреди. Более того, этот кристально чистый идиот уже отправил письмо в свой горный аул отцу, патриарху рода. Он звал отца на Север, чтобы познакомить с невестой и ее пускающим слюни приплодом, а сразу после долгожданного ДМБ планировал увезти этот цирк уродов к себе на родину.
У Столицы похолодело между лопаток. Он живо представил себе картину локального апокалипсиса. Как с гор спускается седобородый аксакал, приезжает в Полярный, видит центнеровую Фреди с ее слюнявым отпрыском, достает фамильный кинжал и методично вырезает всю базу водолазов под корень, смывая позор с рода, начав, естественно, со столичного сводника. Ситуация требовала немедленного хирургического вмешательства. Письмо перехватывать на почте было поздно, а горцу нужно было срочно ломать психику и возвращать в суровую реальность.
Военный совет заседал в курилке, дымя «Примой» и источая идеи одна гениальнее другой. Спасать товарища решили клином. На счастье заговорщиков, в гарнизон как раз приехала погостить девица из Мурманска — дочка местной клубной уборщицы. Девица пошла в мать, унаследовав широту взглядов и пугающую, абсолютную безотказность в вопросах любви к военным морякам.
Был организован подпольный банкет. Магомеда накачали корабельным спиртом до состояния полного физического и морального изумления и аккуратно складировали в отдельной каюте. Туда же, с соответствующими инструкциями и авансом, Столица запустил мурманскую гостью. Девица отработала гонорар на совесть — к утру Магомед был уверен, что попал в рай, где гурии делают вещи куда более познавательные, чем выпечка чуреков.
Но это была лишь половина спасательной операции. Параллельно Столица отловил самого безответного, прозрачного матросика Тихонова. Тихонов был коллегой Рустама по тому же проспиртованному торпедолову, но в отличие от кавказца, спирт в него не лез, а суровая служба давила так, что он научился фотосинтезировать и дышать через раз, лишь бы не привлекать к себе внимания флотского начальства. Под благовидным предлогом Столица отправил его с какой-то посылкой к мадам Фреди. А как только Тихонов переступил порог ее гостеприимной квартиры, Столица запустил информационную торпеду.
Протрезвевшему Магомеду аккуратно шепнули, что матрос Тихонов прямо сейчас, в данный момент, безжалостно топчет его законную невесту.
Аварец взревел раненым барсом. Земля содрогнулась. Он вышиб дверь в квартиру мадам вместе с косяком и куском несущей стены. Но матрос с торпедолова Тихонов, видимо, спинным мозгом осознав, что законы физики, анатомии и перспективы выживания работают сейчас категорически против него, включил какую-то глубоко законспирированную внутреннюю систему катапультирования.
Прыжком это назвать было нельзя — прыжок подразумевает расчет траектории и отталкивание от поверхности. Тихонов же просто вышел в окно с грацией лома и скоростью зенитной ракеты. Он использовал высшие аэродинамические свойства до смерти перепуганного организма и растворился в полярном воздухе. Матрос бежал так, что не оставлял следов на снегу, и на автопилоте залетел на угольный склад гарнизонной котельной. Там, среди черных терриконов и смерзшихся джутовых мешков с антрацитом, он закопался на целые сутки.
Это был не просто страх, это был глубокий философский ретрит. Лежа в угольной пыли, Тихонов понимал, что он, в сущности, тоже органика, и если аварские руки Магомеда до него доберутся, то оказанное давление неминуемо превратит матроса либо в алмаз, либо в угольную крошку. Перспектива стать ювелирным украшением для мадам Фреди Тихонова не прельщала. Поэтому он не дышал, не моргал и, кажется, даже сердце свое остановил усилием воли. Он стал черным, невидимым и абсолютно беззвучным.
Пока Тихонов сливался с углем, до самой Фреди — опять же стараниями вездесущего Столицы — дошли красочные, обогащенные грязными деталями слухи о ночных подвигах ее «жениха» с мурманской залетной девкой.
Фреди, женщина гордая и знающая себе цену на флотском рынке, явилась на разборки лично. Она орала так, что с радаров ПВО пропадали низколетящие цели, попутно обвинив испарившегося Тихонова в попытке изнасилования, а Магомеда — во всех смертных грехах, начиная с падения Римской империи. Она прокляла аварца, его горы, его предков и весь Краснознаменный Северный флот заодно.
Свадьба была расторгнута к обоюдному спасению сторон. Магомед на собственном горьком опыте усвоил, что женское коварство страшнее глубинной болезни, и навсегда ушел в монастырскую тишину своих овощных складов, дожидаясь ДМБ. Тихонов, отмывшись от угля, обнаружил у себя на висках стойкую седину, но был счастлив тем фактом, что его скелет остался внутри тела, а не снаружи. А Столица, убедившись, что геополитический кризис миновал и кровная месть благополучно отменяется, со спокойной душой ушел в очередную самоволку, напился, подрался с патрулем и привычно сел на гауптвахту, чувствуя себя полноправным, хотя и слегка уставшим вершителем человеческих судеб.
|
|
364
Великая шизофрения
Я, конечно, не психиатр, но диагноз ставить уже пора. Человечество плавно переехало из одной ментальной эпохи в другую. Раньше у нас была Великая депрессия, а теперь началась Великая шизофрения.
Сравним механики, чисто для тех, у кого память длиннее чем у аквариумной рыбки.
Великая депрессия тридцатых — это когда заводы стоят целые, станки смазаны, рабочие трезвые сидят в цехах, но ничего не происходит. Кризис ликвидности. Топливо не циркулирует. Руки-ноги есть, стимул сверху не приходит. Помните парадокс бережливости? Все экономят, совокупный спрос падает, экономика умирает от жадности. Клиническая депрессия: организм урезает расходы на радость и общение чтобы сберечь энергию, и в итоге истощает себя до состояния овоща. Каждая попытка сэкономить делает только хуже.
Понятная, угрюмая, апатичная болезнь. Мы её переросли.
Добро пожаловать в Великую шизофрению.
Шизофрения — это когда нарушено единство психических процессов. По-русски: левая рука не знает что делает правая, при этом обе яростно крестятся, а в голове три разных голоса орут противоположное.
Начнём с классики — запланированное устаревание. Где супернадёжная техника? Где холодильники ЗиЛ, которые переживали хозяев и стояли на кухне пока вокруг рушились империи? Где Volvo 240 из восьмидесятых, которые ездили по восемьсот тысяч километров и просили только масло? Их больше нет. Современный чайник спроектирован так, чтобы его пластиковая пипка отвалилась ровно через две недели после окончания гарантии. Смартфон через два года превращается в кирпич — производитель просто перестаёт поддерживать старое железо новыми приложениями, а Apple ещё и принудительно замедляла старые айфоны через обновления, за что в 2017-м получила многомиллиардные иски по всему миру. Не баг, понимаете. Фича. Вся мировая индустрия работает на то, чтобы производить одноразовый мусор.
В депрессии экономика ломалась потому что не могла выработать стимул к действию. В шизофрении она ломается потому что вырабатывает галлюцинации. Запланированное устаревание — это когда здоровая система искусственно наносит себе повреждения, чтобы потом героически их лечить. Мы тратим тонны лития, редких металлов, сжигаем мегаватты энергии чтобы произвести вещь, которая гарантированно станет хламом через год. Зачем? Чтобы запустить конвейер заново.
Нам из каждого утюга трубят: катастрофический дефицит кадров, рабочих рук не хватает, работать некому.
Подождите.
Если вы наконец поняли что у вас физически некому работать — где логичные меры? Ну например элементарный шаг: выдайте беспроцентные кредиты и налоговые льготы заводам которые дают честную гарантию 5–10 лет на бытовую технику. Пусть делают меньше штук, но на века. Вектор же очевидный: если вещь служит долго, её не надо собирать заново каждые два года. Освобождаются миллионы тех самых дефицитных рабочих рук.
Но нет. Включается очередной внутренний голос. Любое сомнительное и противоестественное занятие у нас оправдывается одной святой фразой: мы создаём рабочие места.
Вам в почтовый ящик каждый день заталкивают килограмм макулатуры, из-за которой не видно квитанцию за ЖКХ? Ну а что вы ругаетесь, это же рабочие места для курьеров и типографии.
Нужно собрать двадцать подписей на тридцати бланках чтобы просто перекрасить забор? Зато люди при деле, бюрократия кормит семьи.
Телефонные спамеры которые звонят в субботу в восемь утра с предложением уникального кредита? Ну им же надо где-то работать, у них дети.
Чистый бред. Больной уверен что умирает от голода, одновременно выкидывая котлеты в форточку и нанимая людей чтобы эти котлеты ловить на лету. Половина трудоспособного населения производит одноразовый хлам и мешает жить второй половине, пока экономисты плачут о нехватке людей.
В Великой депрессии у больного просто не было сил встать с кровати. При Великой шизофрении больной бодр, весел, бегает по комнате кругами, бьётся головой об стену, заклеивает лоб пластырем, снова бьётся и кричит что если он перестанет биться, пластырная индустрия рухнет и наступит безработица.
Я не знаю какой терапевт нужен этой планете. Подорожником тут уже не обойтись. Разве что галоперидолом. Повесить на экономический форум вместо освежителя воздуха.
|
|
365
ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ ЭКЗОСКЕЛЕТ И ЕГО БАГИ ИЛИ КАК ПОП-ПСИХОЛОГИЯ РАЗВЕЛА ДЕВЧОНОК НА СЧАСТЬЕ
Когда мужчины берутся критиковать феминизм, всё обычно скатывается в унылое болото. Одни обиженно пытаются отжать у бывших взад подаренные айфоны, другие — тайно пускают слюну на шариатские режимы, где «баба под замком и никаких гвоздей».
Скучно, девочки. Давайте глянем глубже — на уровне чистой экологии кайфа. Точнее, его полного отсутствия.
Если снять лозунги, девчонок просто развели как первокурсников. Профессиональные цыгане от поп-психологии продали им ложную цель — идею абсолютной неуязвимости. В итоге современная женщина упакована в «эмоциональный экзоскелет» с кучей датчиков: тут у неё личные границы, там — радар на скрытый абьюз, здесь — детектор микроагрессии. Безопасность уровня Пентагона! Нарушитель только подумал, а система его уже забанила. Идёт такая вся осознанная, а из-под брони искры летят.
Но создатели этого софта забыли предупредить её о законах эмоциональной физики.
Любовь — штука термоядерная, она плавит все стены и дистанцию в ноль. И если у тебя внутри склад застарелых обид и страхов, при такой плотности они обязательно будут болеть, когда их случайно зацепят. Это не «плата за близость», это просто новая, взрослая сложность системы. Но вместо того, чтобы включить мудрость и разобраться, девчонки тупо навешивают внешнюю броню по совету сетевых гуру. Броня плотная, бетон знатный. Вот только любовь сквозь него не проплавляется — отскакивает от обшивки. Тепла нет, зато софт круглосуточно генерирует тонны фонового негатива, паранойи и вечной настороженности.
Мужской софт в этих условиях, кстати, тоже выдает шедевры дегенеративного программирования. Видя глухую стену, мужики врубают свои баги: уходят в синий туман эмоционального анабиоза, включают агрессию на опережение или пытаются закошмарить тотальным контролем. Короче, у всех настройки кривые от завода, тут мы квиты.
Но женский бронекостюм — это отдельная песня. Он настроен на такую чувствительность, что калечит саму хозяйку.
Взять тот же великий «менспрединг». Сидит парень в метро, раскорячился на полтора сиденья. Ну да, нехорошо, обычный неотёсанный баклан. Раньше это вызывало лёгкое «вот хамло», женщина отворачивалась в телефон и жила дальше. Но сейчас-то она в костюме! Скафандр фиксирует чужие колени, идентифицирует это как «акт угнетения со стороны патриархата», врубает сирену, бьёт током в голову и сжимает хозяйке рёбра. Зачем раздувать из бытового хамства экзистенциальную драму и выходить на своей станции с микроинфарктом? Нахрена вам бронежилет, который от попадания мухи срабатывает внутрь и ломает владелице ключицу?
То же самое с темой бабла. Глянец годами вещал: «Мужчина обязан содержать!». Окей, часть женщин под этим соусом переориентировалась и снизила обороты в карьере. Одни стали тёплыми «няшами» и честно получают за это горы поддержки и ресурсов — у них всё супер. Другие ушли в профессиональную стервозность и круглосуточно, в три смены, выбивают из мужчин компенсацию за «моральный ущерб» от совместного проживания. Там вредное производство, тяжёлый ментальный труд, но на молоко и сумочку они хотя бы в ноль выходят. Но именно их общий выбор роняет среднюю статистику доходов по рынку. И вот на эту циферку натыкается честная женщина-специалист, которая пашет как трактор. Кривой софт в её голове мгновенно верещит: «Ага! Дискриминация! Нас обкрадывают!». Ей жгуче обидно за весь гендер на пустом месте, хотя это просто рынок: кто-то инвестирует в карьеру, а кто-то выбрал негласные бонусы и привилегии. Но костюм заставляет её жрать саму себя из-за чужих раскладов.
Умная защита устроена совсем по-другому. Вместо того чтобы превращать свою жизнь в параноидальный лабиринт из заборов и обносить колючей проволокой каждую кочку, где тебя когда-то обидели (пока от самой территории вообще ничего не останется, кроме этих самых заборов), лучше поставить нормальный, современный софт. Тот, который не захламляет внутренний двор блокпостами, а, наоборот, расчищает его под шезлонги и газон, оставляя охрану строго на дальних рубежах. Ведь если какой-то эмоциональный плевок до тебя просто не долетел — это же чистый кайф! Урона ноль, внутри тишина, сирена не орёт, нервы целы. А главное — когда в голове не шумит фоновая шиза, ты не зависаешь от ужаса, а можешь спокойно и технично выдать точечный хук в ответ, если кто-то реально берега попутал. Границы сработали, периметр чист — всё, выдыхай, можно просто жить.
Зачем это знать нам, мужчинам? Да чтобы не стоять с глупым видом у разбитого корыта — и желательно понять это до того, как она собирает чемоданы, а не после.
Сигнал простой: если ты не ленишься, вкладываешь всё больше, стараешься — а тепла в ответ не прибавляется, значит дело не в количестве твоих усилий. Покупать ещё более крутые вещи, брать ещё больше на себя — это как докачивать оперативку в компьютер, где вирус жрёт всё подряд. Бессмысленно. Нужен не апгрейд железа, а антивирус. Самый добрый из возможных.
Потому что проблема не в тебе и не в ней — а в кривом софте, который фоном выжигает любое твоё тепло и превращает заботу в токсичную нагрузку. Подсказать, что софт бывает другим — лёгким, умным и не давящим на неё саму — это не патернализм и не попытка взломать её права. Это нормальная мужская забота. Чтобы родной человек наконец выдохнул, осмотрелся и удивлённо спросил: «А что, так можно было, что ли?».
Границы — это отлично. Но пора учиться не только строить стены, но и оставлять в них банальные двери. Хотя бы для тех, кто приходит без умысла и оружия — просто так, побыть рядом.
|
|
366
Парадоксы чучхе, или Почему Ким Чен Ыну надо уволить своего министра пропаганды
Наткнулся тут в новостях на очередную дичь: в Северной Корее показательно покарали бедолаг, которые завезли в страну на флешках южнокорейский сериал «Игра в кальмара». Сижу, пью чай и думаю: господи, ну какая же дремучая, тупая цензура. Ребята упустили главный медиа-шедевр века, который был буквально создан для их государственного ТВ!
Вот представьте. Включает обычный житель Пхеньяна вечером телевизор после тяжелого дня на тракторном заводе. А там вместо дежурного хора старушек выступает главная дикторша ЦТАК — та самая легендарная женщина в розовом платье, которая обычно с пафосом объявляет об испытании ядерных ракет. Но сегодня у неё на лице искреннее сострадание пополам с праведным гневом. И выдает она примерно следующий монолог:
«Товарищи! Сегодня мы покажем вам, как наши заблудшие южные соседи сами рисуют свое капиталистическое общество. Южная клика любит хвастаться своими неоновыми вывесками, смартфонами и глянцевыми высотками Сеула. Но посмотрите, какой лживый и обманчивый этот внешний фасад! Какой толк от их фальшивого богатства, если рыночный конвейер ежедневно штампует тысячи доведенных до крайности, духовно опустошенных людей?
В их вымышленном, но таком показательном сюжете авторы смогли набрать почти полтысячи человек, готовых умирать ради пачки денег. У этих несчастных нет никакой высшей цели, никакой великой идеи — только долги и животный страх. Шанс выжить и получить это буржуазное богатство — ноль целых, две десятых процента! Пока мы с вами строим, боремся и уверенно идем к светлому будущему, они сами живописуют свой тупик. При этом у нас в Республике, слава Великому Маршалу, еды более или менее хватает, а главное — у нас есть достоинство!»
И ведь народ у экрана сидел бы и гордо кивал! Дальше — больше. Показывают саму игру, а диктор за кадром авторитетно комментирует правила:
«Вглядитесь в эти кадры, товарищи. На Юге людей хладнокровно убивают даже не за проступок, а просто по фану, ради развлечения кучки дегенератов в золотых масках! Какая дикая, людоедская философия. В нашей прекрасной Республике правила жизни просты и понятны: если ты не борешься с системой и предан партии, тебе абсолютно нечего бояться! Твоя жизнь в безопасности. А там — чистый произвол».
А уж шестая серия, где герои прыгают по стеклянному мосту, стала бы вершиной северокорейской политинформации. Тут дикторша выдала бы главный аналитический хит:
«А вот это испытание, товарищи — квинтэссенция гнилой сути рыночной экономики! Ты можете всю жизнь всё делать правильно, честно трудиться, соблюдать законы, но тебе просто не повезло — и ты летишь в пропасть. Ты провалился, потому что физически не мог знать, что следующее стекло — слабое. Вот она, их хваленая "свобода": слепой случай, где сильный жрет слабого, и никакого государственного планирования!»
Это же готовое методическое пособие! Показать сериал, пустить в конце титр: «Они сами признают, что катятся в бездну. Вы всё еще хотите объединения родины на их условиях?» — и всё, вся контрабанда потеряла бы всякий смысл. Зачем тайно покупать то, что крутят по первой программе?
Но корейские идеологи проявили удивительную косность ума. Они упустили шанс легально поглумиться над соседями. Ведь Южная Корея, надо признать, сняла шедевр, но шедевр специфический. Они ведь не соврали — они просто довели до абсолюта, до кровавого гротеска реальные проблемы своего общества: кредитное рабство, дикую конкуренцию и культ денег. Именно поэтому сериал и стал популярен по всему миру — люди везде узнали в этом преувеличении свои будни.
Южане сами подставились, нарисовав жуткую карикатуру на свой мир. А Пхеньян вместо того, чтобы повесить эту карикатуру на международную доску позора, сжег её вместе с флешками.
В общем, прав был классик: дефицит гибкости у диктатур всегда сильнее, чем дефицит продуктов. А сериал хороший, зря они его.
|
|
367
О пользе искренней благодарности
«Что посеет человек, то и пожнет». — Послание к Галатам, 6:7
«Не бойся благословения ближнего своего, ибо в нем сила твоя. Но бойся, если сила твоя была не от добра». — Из ненаписанного трактата о кармической логистике
Помните историю якутского шамана Габышева, который несколько лет назад шёл пешком на Москву проводить свои обряды? Его тогда быстро завернули, и в общем-то понятно почему: в действиях была изначальная агрессия, дуализм и деление на «плохих и хороших». Чисто тактически — это тупик, так как любая система на прямое действие всегда отвечает противодействием. Закон Ньютона.
Куда тоньше сработали в 1970-х годах японские буддийские монахи из группы «Дзюссацу кито содан». Они боролись со смогом и загрязнением окружающей среды, но очень изящно. Монахи собирались у заводов и читали мантры на «абсолютную справедливость» в отношении тех, кто портит природу. Итог: топ-менеджеры начали массово уходить на больничные и досрочную пенсию по состоянию здоровья. Юристы корпораций бились в истерике, но сделать ничего не могли. Во-первых, наука отрицает связь между молитвой и самочувствием. Во-вторых — монахи принципиально не называли имён. Чтобы подать на них в суд, директору завода пришлось бы официально заявить: «Они просят высшие силы наказать виновных в отравлении реки, а поскольку реку отравил я, они угрожают лично мне!». Саморазоблачение в чистом виде.
Но японский метод — это всё равно про суровость и тяжесть. Мы же люди цивилизованные, нам нужен абсолютный свет, гуманизм и исключительно традиционные ценности. Никакого негатива, даже намеком.
Представьте проект: Крестный Ход Абсолютной Благодарности.
Идея в чём? Наши руководители, министерства и ведомства ежедневно принимают тысячи решений, законов и постановлений во благо граждан. Работают, не жалея сил. Мы, как люди глубоко верующие и признательные, искренне желаем, чтобы это добро вернулось им в полной мере.
По законам метафизики, когда много людей одновременно желают кому-то блага, создается мощный кумулятивный эффект — Ускорение Благодати. Энергия чистой признательности настолько уплотняет информационное поле, что Вселенная просто не может ждать и включает режим экспресс-доставки. Вся заслуженная лидерами благодарность материализуется и возвращается к ним прямо здесь и сейчас, стократно, не откладываясь на загробную жизнь.
И тут мы подходим к шедевру юридической и логической мысли. У нас, как у участников, вообще нет никакого умысла — ни плохого, ни хорошего. Мы не беремся судить, эффективны решения властей или нет. Мы не эксперты. Пусть Бог решает! Мы лишь создаем «ускоритель частиц» для кармы. Если дела руководителя были прекрасны — его тут же накроет лавиной неописуемого счастья, здоровья и благоденствия. Ну, а если где-то вышла ошибочка... ну, что посеяли, то экстренно и созрело. Мы просто обеспечили быструю доставку.
Самое веселое — это гипотетическая попытка бдительных проверяющих такой ход запретить из принципа «как бы чего не вышло».
— Так, граждане, расходимся! Что за акция?! — Помилуйте, офицер! Какая акция? Молитвенное стояние во славу начальства! Мы просим у Неба, чтобы нашим дорогим руководителям вернулось ровно то качество жизни, покоя и радости, которое они своими решениями подарили народу. Вы же не сомневаетесь, что они подарили нам радость? Вы что, против того, чтобы им вернулось добро?
Любая попытка пресечь это на улице будет означать публичное признание: «Если им прямо сейчас вернется то, что они заслужили — им поплохеет».
Но даже если систему переклинит, и уличные шествия заблокируют, включается план «Б» — децентрализованный краудфандинг благодати.
Мы просто объявляем Домашнее Бдение. Каждый включает свет у себя в комнате, садится в кресло и абсолютно легально, не нарушая закон о массовых мероприятиях, направляет лучи искренней признательности руководству прямо со своего дивана. Вселенная — структура распределенная, у неё нет серверов, которые можно заблокировать Роскомнадзором. Она всё услышит.
И вот тут бдительные охранители, кричащие «Вы раскачиваете лодку!», окончательно заходят в тупик. Лодки больше нет, есть миллионы индивидуальных, сугубо позитивных ментальных запросов. Перехватить их невозможно. Запретить человеку желать чиновнику заслуженного блага, находясь у себя дома — это уже за гранью даже самой абсурдной фантастики. Чтобы обвинить граждан, охранителям придется официально декларировать: «Даже мысленное пожелание добра нашему руководству смертельно опасно для его здоровья».
Так что чистый Божественный Свет, бьющий по площадям и квартирам — это идеальный инструмент. Пожелал людям блага — получи вагон здоровья прямо в рабочий кабинет. Доставка мгновенная, курьер уже в приемной.
|
|