Анекдоты про дача
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 305

301

Банальная история.
Учились в одной школе в параллельных классах, затем в одном институте, оба в общаге.
Иногда встречали друг друга на дорожках студгородка и скромно отводили взгляд в сторону.
А потом все же пересеклись на вечеринке у общих друзей, и закрутилось.
Свадьба после дипломов, а распределение в разные города. При Андропове все строго,
изменить распределение проблема. Он на перспективной работе, хорошая должность,
обещают двухкомнатную через полгода, пока на подселении. И его родители учат жизни,
а работы все нет, нового распределения тоже. Наконец нервы не выдержали, плюнула на всех и уехала по своему распределению. Взяли!
Следом приехал он, поругался с родителями. На удивление ему распределение изменили быстро.
Снова подселение. Потом ребенок родился. Потом муж ушел служить в армию лейтенантом.
Она родила второго и к нему в армию. Так и служила, он в нарядах и командировках, она с детьми.
Тоже на подселении, кстати. Родители, и те и другие, ее жалели. Но не помогали.
То ли принципиально, что всех бросили и решили жить по своему. То ли лишнего не было.
Девяностые. Не сломались. Получили квартиру наконец, дети уже давно в школу пошли.
Купили машину, гараж, погреб, дача. Карьера у мужа. Потом и свой бизнес. Достаток наконец.
Друзья, выпивка, молодые подружки. Дети выросли, поступили в институт.
У него длительная командировка зарубеж, предложение остаться.
Забирает семью. Ей добрые подружки докладывают о его подвигах, почти развод.
Уговорил, что сейчас все будет по другому, перевез к себе.
Дом, машины, дача не нужна. Карьера, достаток. Снова выпивки и девочки.
Она снова подает на развод. А идти некуда. Там все продано, мама пенсионерка в
однушке, у детей свои семьи, свои дети. Все благополучие на нем.
Простила. Он не подвел, Верный муж, заботливый отец и дед. Курорты, круизы,
у детей свои дома, достаток. Подруги завидуют, у которых по 3 развода и дети от
разных мужей. Скандалы у всех со всеми, алименты, долги.
А тут тишь да благодать. Дети успешные, образованные, хорошие востребованные
профессии. Внуки и внучки умницы. Невестки тянутся, самих мамы разведенки воспитывали, учатся у свекрови как семью держать и мужа привязать.
Достаток по прежнему присутствует, при всех его недостатках, муж умница, умеет
зарабатывать, полно друзей, хорошие партнеры, работа, бизнес.
Счастлива ли она? Со стороны - очень!
Тусуется в соцсетях, красуется перед подругами. Дорогие наряды, фото с экзотических
мест, полмира с мужем и детьми объездили.
А что у нее в душе, кто ее знает. По крайней мере, лучше чем замужем за алкашом.
Я так думаю.

302

То, что иногда называют романтикой «оттепели», начиналось как сухая и жёсткая продовольственная программа. Магазины пустовали, и надеяться на колхозы особо не приходилось — людям стали раздавать землю, чтобы они могли вырастить на ней продукты для себя и своей семьи, чтобы прокормиться, но без излишков.
Но главный вопрос «почему именно шесть, а не пять и не десять?» имеет очень конкретный, почти математический ответ. Тут не было никакого «на глаз».
Всё началось в тяжелом 1944 году. Война ещё гремела, страна голодала, и советский ученый-овощевод Виталий Эдельштейн, профессор Московского сельскохозяйственного института, человек дотошный и въедливый, сел за книгу «Индивидуальный огород». Эдельштейн был не просто кабинетным теоретиком. Он систематизировал всё, что знала тогдашняя наука о выращивании овощей, и задался простым вопросом: сколько земли нужно одному человеку, чтобы не умереть с голоду?
Он посчитал всё до грамма. Годовая норма овощей на человека составляла 500 килограммов 700 граммов. Цифра выглядит странной, но это и есть научная дотошность: никаких округлений, только точный расчет. Потом профессор вычислил, что для получения такого урожая требуется 124,5 квадратных метра земли. Тоже никакой магии, так как просто опытный агроном прикинул, сколько картошки, моркови, лука и капусты нужно посадить, чтобы набрать эти полтысячи килограммов.
А дальше уже простая арифметика. В те годы среднестатистическая советская семья состояла из 3,9–4,3 человека. Коэффициент, конечно, странный, как половина землекопа, но что поделать — статистика. Умножаем 124,5 на четверых, получаем около 500 квадратных метров. И к этому прибавляем место для садовых деревьев: яблонь, смородины, малины. Так и вышло 600 квадратных метров, или 6 соток.
Этот расчёт не пылился на полке. Уже 24 февраля 1949 года вышло постановление Совета Министров СССР «О коллективном и индивидуальном огородничестве и садоводстве рабочих и служащих». Звучит пафосно, а по факту это значило одно: «Люди, спасайтесь сами, как хотите». Документ подписал ещё Сталин, а не Хрущёв, как многие думают. Именно при Сталине участки по 6 соток стали официальной нормой. А в 1955 году, уже при Хрущеве, приняли ещё одно постановление, которое разрешило строить на этих участках летние домики. И началась та самая массовая дачная эпопея, которую мы знаем.
Но почему нельзя было дать, скажем, 10 соток? СССР же — не Япония, земли каждому хватило бы. Но и на этот вопрос был ответ: чтобы не торговали излишками. Если бы человеку достался участок побольше, он бы вырастил лишний урожай и понёс на рынок. А это уже элементы частного предпринимательства, что в СССР называлось «нетрудовыми доходами» и было делом неблагонадёжным. Шесть соток давали ровно столько, чтобы семья могла прокормиться, но не развернуться в полноценного фермера. Участок должен был кормить только своих, без излишков.
Прямо как в аптеке. Ничего лишнего, только чтобы не умереть с голоду и не отвлекать ресурсы от колхозов. Кстати, формально земля оставалась государственной, а человек получал её в бессрочное пользование. Вроде твоё, а вроде и нет, но это «вроде твоё» тогда значило очень много.
Кстати, условие было жесткое: за три года участок нужно было полностью освоить и построить хоть какую-то будку и посадить деревья. Если не справился — участок забирали. Люди вкалывали все выходные не от хорошей жизни, а потому что боялись потерять этот клочок земли, который становился единственной страховкой в голодные годы.
Дача перестала быть уделом избранных. До этого слово «дача» пахло чем-то старым, дореволюционным, литературным. Ну там Переделкино, писательские особняки, парки с прудами. А тут вдруг дача стала доступна токарю с завода или учительнице.
Вот так и получилось, что шесть соток — это 124,5 помноженные на 4 плюс немного на деревья, минус желание продавать лишнее. Чистая советская арифметика, из которой вырос целый культурный пласт.

Sergey Tkachenko

303

ПРИРОДА! БУДЬ ЖЕ ДЛЯ НАРОДА,
ДЛЯ ДОМА, САДА, ОГОРОДА!

Нам на небе нет преград,
Исключенье только град,
Есть учёных убежденье –
Пакость в переохлажденье,
И такие облака
Доминируют пока.
Чтоб убрать опасность эту
И придумали ракету,
Курс учёный ей укажет,
Та кристаллы льда размажет,
А уж мелкие осадки
(Дождь, снежинки) нам не гадки,
Отношение к ним просто:
То природы силы роста!
Полям с сёлами не надо
С этих пор бояться града!
И теперь наличье зонта
Исключительно для понта!
Облаков закрыта тема,
Да внизу ещё проблема:
Бездорожье вроде плена –
Грязи в дождик по колено!
Вот учёным и задача,
И у них ведь где-то дача!

Российские учёные придумали ракету, которая будет разгонять градовые облака. Изобретение относится к устройствам для изменения атмосферных условий, сообщает РИА Новости.

304

Внедрение капитализма и маркетинга на Северном Кавказе без расстрелов и кандалов.

В 93-м подлечивался в Ессентуках, пил 4-й номер. После процедур и обеда пробежал через парк к нижнему выходу и заглянул на рынок. Быстро нашел плотную группу бабулек, чахнувших над банками с медом. Мед был на любой вкус и цвет, в некоторых банках плавали грецкие орехи для крепости. И все банки начинались с 5 литров завершаясь минимум полутора. Мимо бабулек текла река народа, замедляя на мгновение шаг и тут же ускоряясь. Душа моя не утерпела и я подошел к крайней в ряду продаванов сладкого бабульке.
А что мать, начал я издалека [s]невесты в городе есть[/s] много сегодня продали?
Дык, милок, привычно затянула бабулька, мы молока не видали пока, т.е. продажи не блещут. Поглядев еще раз на пробегающий мимо людской поток вернулся к беседе.
А вы знаете, почтенная, сколько самолетов прилетает ежедневно в Минводы и сколько поездатых поездов останавливается на вашей богоспасаемой станции?
Знаю, дохренищща, а это ты к чему?
А к тому, ласково продолжаю я, что к тебе, старая кошелка, в город разными путями, ежедневно прибывает до 500 отдыхающих в санатории различного калибра, и половина из них бабы с кипятильником в чемодане, чтобы вечером чаи гонять. Понятно?
Нет, оторопело отвечает пейзанка.
Ну так медку хлебнуть им же хочется, не одними плюшками баловать себя после электрогрязи и литра газировки. А почему они его у тебя не купят?
Бабка застыла, соляным столбом, как пораженная громом! Потом опомнилась и пошла в атаку - А ить и верно, чойта они, ась?
А потому, дорогая моя, что твои полтора литра за 21 а тем более 14 дней путевки они не схомячат даже четырехместной палатой. А товар у тебя дорогой. Везти домой стеклянную банку? КАК?!?!?!? Замотать в вещи и в чемодан? А ну как все одно кокнется, все барахло в меду. А выбросить недоеденную даже до половины, жаба задушит.
Бабка сидела, как выдернутая со стометровой глубины без декомпрессии, вздулась, посинела и хлопала глазами, коими водила бесцельно по своему товару.
И тут я склонившись к старческому уху аки змей-искуситель зашептал А вот МАЙОНЕЗНУЮ БАНОЧКУ - ААААААААА!!!! прервала меня, все поняв бабка и чуть не окачурилась от красоты и простоты. Да, и цену меда можно даже прибавить по сравнению с полуторной банкой, продолжил я, она все равно намного дешевле.
Сказал и резко ушел.
На следующий день от скуки опять посетил рынок (да и закуска закончилась), моя давечная бабка сидела сияя, как кулиан, в окружении майонезных баночек с медом (когда только успела за ночь). ВОТ ОН, БАБЫ!!! взвизгнула она, увидев меня, это он подсказал!!! и стала тыкать в меня пальцем.
В перерывах между восторженными захлебываниями слюной мне поведали, что за день продано уже 12 баночек и отбоя нет.
И давно вы так, с трехлитровыми банками-то сидели тута, бабуль? как бы невзначай спросил я.
Дык с 76-го года почитай, начала бабка и запнулась. Дыхание сперло в зобу, глаза вылезли из орбит, рот открылся до уровня пупка. Она все поняла. Трехкомнатная кооперативная квартира в Пятигорске, вишневая Волга, дача на берегу недалекого Черного моря и полное собрание сберкнижек встали перед ее мысленным взором. И развеялись как дым.
Бабуля, сказал я постукивая по баночкам, это дамам нужно, а что тут мужики ищут?
Что?, опять встрепенулась бабка.
Закуску!!!! Чтобы сало кусок добрый, картошечки вареной с укропчиком, черемши, огурчиков и чесночка, рыбки, сыр соленый, ну сами знаете. А оно все тут, но ты побегай из конца в конец! А было бы все в одном пакете...
Бабка задрожала, как в свои 15 лет ночью на сеновале с Пахомом. ЭЭЭЭЭЭ! произнесла она, что-то прикидывая. Так это же!!! Вишневая Волга начала медленно всплывать из забвения.
А что не раскупят, продолжал я, можно утром отнести на вокзал к отправлению поездов, да? Бабка икнула, такой диверсификации она себе еще не представляла.
И когда за медом женщина придет, продолжал я, вы спросите, не поездом ли она едет и не нужна ли ей в дорогу жареная курочка с чесноком? И берете задаток и в тетрадку дату/фамилию и говорите, где ей вас искать на вокзале. И говорите завтра на вокзал придете посмотреть, я там всегда, надежно, как в швейцарском банке.
Оставил бабку в состоянии кататонического ступора.
Наверно миллионершей стала.

305

Борцы за всё хорошее, жившие лучше многих

Как известно, чтобы кого-то учить, самому уметь не обязательно. Да и следовать главным постулатам своей же горячей проповеди вовсе не обязательно. В истории масса примеров. С одной стороны: что художник, что пламенный борец за свободу и равенство, должны быть голодными. С другой: голодный — плохой работник. Может, не стоит осуждать тех, кто проповедует духовное, но бескорыстно любит материальное, а просто вдохновляться их творениями, речами, мыслями?

Фидель Кастро: виллы и вертолёты

Кубинский революционер называл капитализм отвратительным и уверял, что его собственное состояние легко уместится в кармане рубашки. Фидель утверждал, что из всех доходов у него 900 песо ежемесячного жалования.
Бывший телохранитель команданте Хуан Рейнальдо Санчес написал разоблачительную книгу «Двойная жизнь Фиделя Кастро», где показал истинные размеры «кармана».
Если верить Санчесу, в кармашке пряталась, например, вилла на личном острове Кайо-Пьедра. Из-за циклона остров разделился надвое, и его соединили мостом в 215 метров. Там же были дом для прислуги и гостей, вертолётная площадка, понтон с рестораном у пристани, бассейн.
Сам Фидель при этом говорил, что из всей собственности у него лишь рыбачья хижина.
Видно, с размером ошибся. И с числом: у Кастро было около 20 объектов недвижимости, от резиденций на Кубе до шале для утиной охоты и шести домов в Гаване, два из которых с бомбоубежищами.
В главе «Королевское богатство» Санчес уверяет, что точно сосчитать состояние команданте невозможно, но соглашается с Forbes, который в 2006 году внес его в список самых богатых королей, королев и диктаторов.

Алексей Толстой: дача в Барвихе и личный шофер

Любовь к роскоши графского сына Алексея Толстого среди современников была притчей во языцех. После Октябрьской революции он эмигрировал, но, заехав в СССР в 1923 году, решил вернуться и явно не прогадал. За талант писателю прощали всё.
Герои «Хождения по мукам» терзались этическими дилеммами, положительные персонажи «Буратино» голодали у нарисованного очага, но у автора, похоже, конфликтов с моралью не было и материальных проблем тоже.
Принципы Толстого Саша Чёрный изложил в коротком злом стихотворении «Хождение по гонорарам»:
В среду он назвал их палачами,
А в четверг, прельстившись их харчами,
Сапоги им чистил в «Накануне».
Служба эта не осталась втуне:
Граф, помещик и буржуй в квадрате —
Нынче издаётся в «Госиздате».
Красный граф, как его прозвали, трижды становился лауреатом Сталинской премии. Одну из них — сто тысяч рублей — он отправил на постройку танка. На другие жил с графским размахом: на Новинском бульваре в доме князя Щербатова.
Анна Ахматова как-то перечисляла его рацион во время писательской поездки по Волге, выглядящий откровенно циничным на фоне голода в стране: ежедневные «икра, копчёная рыба, чудесные сливки, фрукты и какие-то особенные огурцы».
Михаил Пришвин, иногда обедавший у Толстого, вспоминал: «Я могу пересчитать те случаи, когда до революции мне приходилось в Москве поглощать такие обеды, пить столько шампанского. Но это не видимость хорошего прежнего, а самое настоящее: хозяин роскошен в своём добродушии, хозяйка очень добра, мальчики свободны и воспитаны, на стенах не дурные копии, а подлинники всяких мастеров, ковры, драгоценная мебель, посуда из вкусного стекла». И никаких трёх корочек хлеба.

<< ← 234567

Партнеры

Реклама