Анекдоты про избирательную |
В день выборов избиратель получил избирательный бюллетень, но вместо того,
чтобы, не глядя, опустить его в избирательную урну, стал читать фамилию
единственного кандидата.
- Что вы делаете? - грозно спросил его наблюдатель в штатском.
- Хочу узнать, за кого я голосую.
- Да вы что, не знаете, что выборы тайные?!
|
В день выборов избиратель получил избирательный бюллетень, но
вместо того, чтобы не глядя опустить его в избирательную урну, стал
читать фамилию единственного кандидата.
- Что вы делаете? - грозно спросил его наблюдатель в штатском.
- Хочу узнать, за кого я голосую.
- Да вы что, не знаете, что выборы тайные?!
|
|
В день выборов избиратель получил избирательный бюллетень, но
вместо того, чтобы не глядя опустить его в избирательную урну, стал читать
фамилию единственного кандидата.
- Что вы делаете ? - грозно спросил его наблюдатель в штатском.
- Хочу узнать, за кого я голосую.
- Да вы что, не знаете, что выборы тайные ?!
|
|
Глава избирательного штаба партии «Справедливая Россия — За правду», выразил недовольство зарплатами пиарщиков, которые доходят до 500 тысяч рублей в месяц, однако, политтехнологам всё мало и на работе их не видно. Кандидатам приходится вкладывать свои деньги в избирательную кампанию.
Подошёл избранья срок,
Справед Росс несёт оброк.
Все пиарщики гурьбой,
изготовились на бой.
Выгрести с его зарплаты,
приготовили лопаты.
Платит партия в окошке
пол миллиона мелкой сошке.
За такую мелочёвку
не пойдёт пиар в ночёвку.
Три миллиона загребает в месяц каждый депутат,
сошки вызнали про это и удвоить банк хотят.
Плачут с горя депутаты
за свои большие траты.
Не приходится теперь,
оставаться без потерь.
Чтобы люди вдруг узнали, .
не напрасно заседали,
в Думе жопу протирали
и законно башли крали.
Важно снова туда влезть
и от туда бабки несть,
а пиарщика урода
не кормить 4 года.
|
|
Совет "Единой России": в следующую избирательную кампанию составить первую пятерку из, скажем, Владимира Ясно Солнышко, Александра Невского, Дмитрия Донского, Петра Первого и Александра Суворова. Которые потом откажутся от депутатских мандатов, причем по причинам более понятным, чем Шойгу, Лавров и остальная троица...
|
|
Вдогонку к 97-летнему мэру в Нью-Джерси. В том же штате водитель грузовика Эд Дэрр одержал победу на выборах за место президента сената (в каждом штате есть свой сенат). Дэрр опередил нынешнего президента сената Суини на 3,2 процента голосов. При этом Дэрр затратил на избирательную кампанию 2 313 долларов, тогда как Суини выложил больше миллиона (за свою предыдущую победную кампанию в 2017 году Суини отстегнул больше 5 миллионов). Более того, Дэрр - республиканец, что само по себе удивительно для Нью-Джерси, где традиционно побеждают демократы. Собственно, большинство мест в сенате Нью-Джерси - за ними, поэтому заявленные стремления Дэрра снизить бешеные налоги на недвижимость может и не будут реализованы, но сам факт победы водителя над главой профсоюза интересен. Что такое глава профсоюза в Нью-Джерси, все, кто смотрел сериал "Сопрано" имеют представление. Суини, кстати, поражение не признал и требует "подсчитать каждый голос", несмотря на то, что были обработаны 100% бюллетеней.
|
|
Маме 87. Мне 61
Ну, да, - мы теряемся в интернетах, плохо пользуемся гаджетами, не знаем, что такое приложения, и их обновления...
Но мы же люди? Да? Граждане своей страны?..
Мы же имеем это право?
Или, нас надо расчеловечить?
Или не надо?
Или надо?
Мама - уроженка Украины (Киевской области), выросла в послевоенном подмосковном детдоме, закончила областной педвуз им. Крупской, 59 лет (это не опечатка - пятьдесят девять лет педагогического стажа) учила детей не только биологии и географии, но и интернационализму - равенству рас и национальностей.
И вот мы решили спокойненько в своём Воскресенске Московской области проголосовать.
Приехали к школе №3, где её избирательный участок.
А территория школы ограждена. И ворота на замке. Припарковался поодаль, где место было, пришел на мамин участок (УИК), говорю председателю комиссии:
- Мама ходит с палочкой. Нельзя ли как-то мне её поближе подвезти?
Он поднял брови:
- Вы бы позвонили! Или сейчас скажите - куда? Мы к ней на дом придем!
Я улыбнулся:
- Она здесь хочет. Да вы и сами обрадуетесь, когда её увидите!
- Она здесь работала? Кто?
- Не буду портить сюрприз...
Вернулся в машину, - поехали снова вокруг школы. Мама по пути рассказывала, как в 75-году вот этот сквер перед школой был пустырем. Микрорайон Новлянский только что был отстроен. И школа была - новостройка. И дали тогда грузовую машину и автобус. И учителя поехали с этой машиной в этом автобусе куда-то в лес. Там повыкапывали березки-саженцы. А учитель черчения с ними не поехал. Отказался. Но, когда они вернулись на автобусе с этой машиной, он, оказывается, уже куда-то сходил неподалеку в лесопосадку, выкопал там молоденькую березку. И, к их возвращению, посадил уже, и ушел. И вот эта самая большая береза - мама сегодня мне её показала - его! Стоит самая сильная!
А я помню, как мы учениками тоже сажали деревья в Новлянске. И отливали в летнюю жару те саженцы, что послабее. И трудно сейчас поверить, что весь этот сорокатысячный микрорайон был когда-то голым пустырем. Без деревьев и кустарников.
А сегодня заворачиваем мы в школьный двор - нам полицейские открыли ворота.
Мама рассказывает:
- Наш школьный участок был лучший в районе - ты знаешь! (Я - киваю. Знаю.) И мы взяли первое место на ежегодной районной выставке цветов. Её проводили в ДК "Химик". И мы выиграли право представлять область и район на выставке цветов и даров осени на ВДНХ. Дают нам машину, автобус, мы всё продумали... Вечером приходим на пришкольный участок - выкопать и нарезать цветы. С ведрами, корзинами... Только начали работать - на балкон дома напротив выскочили люди, а другие из окон, закричали:
- Прекратите, сейчас же! Дети и учителя старались, сажали эти цветы!.. Мы сейчас милицию вызовем... (Хотя, какая там милиция... Дом-новостройка, телефонов ни у кого не было.) Мы вас сфотографировали! Вас поймают! (У мужчины, действительно, был в руках какой-то фотоаппарат.)
- Мне, сынок, было очень приятно, что они так защищают наш пришкольный участок.
Подошла поближе к их дому, - всё им объяснила. Нас тогда на ВДНХ наградили за нашу выставку Большой медалью.
Пока она рассказывала, нам открыли ворота, - мы подъехали к самым дверям школы.
Мама проголосовала.
И я проголосовал.
И наш УИК никто при нас не пытался поджечь. Или залить зеленкой избирательную урну. Или атаковать беспилотниками или поджигательствами какими-то... (отсылка к Белгородской и Курской областям)
А если бы это случилось, - мама сказала бы: "Подождем, сынок! Сейчас всё устроится, всё исправят, и я проголосую..."
Потому что вокруг всё её! Она здесь жила, и делала жизнь лучше. И никто не вправе лишить её права высказаться!
А лишить её этого права, (залитием зеленкой избирательнуой урны. Или атаковать беспилотниками или поджигательствами какими-то...) пытаются те, кто ничего для этой жизни не сделал.
...
Кто-то скажет про этот текст: "Поток сознания..." И будет прав.
Но, почему бы и не поток сознания? Мы же люди?
|
|
Коррупция есть везде, она неистребима.
В юности я захотел тоже иметь коллекцию. Многие друзья уже увлеклись таким хобби – кто-то собирал марки, кто-то монеты, кто-то фантики от конфет и т.д. Мне хотелось собирать нечто такое, чего никто не собирал. И я додумался собирать коллекцию «левых» заработков. Для этого я находил соответствующего «специалиста», готового откровенничать со мной, и записывал все секреты таких способов. Увлекся и тетрадка заполнялась такими откровениями, хотя как и любому другому коллекционеру приходилось потрудиться, проявить смекалку для пополнения коллекции.
По молодости я был наивен и допускал промахи. Так, однажды, беря интервью и поварихи детского госпиталя, я возмутился: - «Как можно забирать мясо у больных детей?!» - на что получил ответ: - «А что? Мои дети должны быть голодными?...»
В другой раз, распрашивая продавщицу гастронома, я не выдержал: - Но это же постоянное обкрадывание людей! Продавщица ответила что да, это воровство но узаконенное: - «Вы что думаете ОНИ не знают? Разве можно стоять за прилавком на ногах по десять часов в день за 70 рублей? Само собой подразумевается обвешивание и обсчет».
Это оказалось правдой – один мой знакомый, связанный с КГБ так мне и сказал: - «Это заложено системой. Пока продавщица ворует потихоньку и молчит мы закрываем глаза. Вот если она, что-то вякнет против системы мы возьмем ее за задницу не по политическим мотивам, а за воровство. И она молчит о политике пока получает мизерную зарплату на которую прожить невозможно.»
К сожалению ту тетрадку пришлось сжечь – мой друг, которому я ее показал, объяснил мне мою глупость – это замечательный донос на тех, кто тебе доверился, с именами, адресами, датами и фактами.
Приехав в Америку, я первое время удивлялся отсутствию коррупции. ТАМ меня трижды в неделю по дороге на работу или с нее останавливал полицейский, хотя расстояние было чуть более одного километра и каждая остановка мне что-то стоила. Я правда тоже наловчился – тогда такая остановка стоила 3 рубля (суммарно за месяц довольно заметный вычет из моей, приличной по тем временам, зарплаты. Так вот я спрашивал полицейского можно ли расчитаться бутылкой, на что любой из них соглашался. А у меня в бардачке лежали мерзавчики (это такие малюсенькие бутылочки грамм по 80-100. Они стоили рубль с копейками). Слово есть слово и полицейский получал бутылку, а я экономил почти два рубля. Так вот в Америке ни один полицейский меня не останавливал просто так и тем более не вымогал взятку. Да дай я взятку он же меня закует в наручники и отправит в тюрьму! И так во всем: пришел инспектор в бизнес – не дай Бог предложить ему хотя бы чашку кофе! Будет считаться попытка взятки и он же первый накажет.
Это все пока ты внизу, в рутине обычной жизни. А вот в высоких кругах коррупция процветает. Еще как! Вот, например, принято горсоветом решение переделать подступы к пешеходным переходам на углах улиц. Мол, там обязательно должны быть пупырышки, чтобы слепой ощутил их ногами перед тем как ступить на дорогу. Легенда замечательная – забота об инвалидах!
И вот все переходы (а это 4 на каждом углу квартала - !) независимо от прежде существовавшего их качества подлежат серьезной реконструкции. А это деньги из бюджета, и не маленькие: экскаватор, человек пять работников, бетон плюс 2-3 регулировщика, которые страхуют водителей и пешеходов в зоне ремонта. Да на эти деньги можно было бы нанять каждому слепому в городе по два-три опекуна, которые бы его сопровождали!
Я так понимаю, что в горсовете при принятии такого решения имелись лобисты, которые дали заработок компаниям, занимающимися дорожными работами. Скорее всего никто никому деньги под полом не совал – все чинно: был взнос в избирательную компанию, были отчисления за лицензии и прочие допуски к конкурсу, с этих взносов и донатов были уплачены налоги, с заработков компаний и их работников тоже взяты налоги. Да и перекрестки стали чуть лучше.
ТАМ такое делается через распил, откаты или как оно там называется. ТАМ выделенная сумма просто половинится (в лучшем случае) и некая сумма идет в карманы решателей и исполнителей, а реальная работа не выполняется или выполняется символически. Все довольны, кроме, конечно, населения. К сожалению в больших верхах я еще не побывал, но глядя на многие «государственные» решения кажется что работает та же схема – или поддержка на выборах, или отсроченные пряники (например, избрание в совет директоров после окончания срока полномочий), или еще как. Но все легально!
Да и как может быть иначе пока управление в руках человеков с их естественными свойствами – ну как не порадеть родному человечку или себе-любимому. Святых на земле очень мало и они редко идут во власть любого уровня.
И полицейский ЗДЕСЬ не святее, чем ТАМ. Ему просто не выгодно взять пару копеек из моих рук и рисковать хорошей зарплатой, ранней и очень приличной пенсией. Нет инструкции меня остановить – на фиг ему напрягаться лишний раз.
Так что коррупция всегда и везде, она неистребима, она также естественна как желание каждого кушать, просто ее регуляция должна быть формализована, тогда она хоть как-то ведет к хорошему.
|
|
Армения сегодня пытается сделать то, что регулярно пытаются делать маленькие государства на стыке империй: убедить себя, что географию можно отменить политическим заявлением.
Что историю можно переписать внешнеполитическим курсом.
Что если достаточно громко произнести слово «Европа», то горы Кавказа внезапно превратятся в окраину Брюсселя. Человечество вообще любит такие фокусы.
Особенно элиты стран, которые слишком долго жили под чужим зонтом безопасности и начали путать этот зонт с чем-то само собой разумеющимся.
Сейчас Москва требует от Еревана определиться: либо Евразийский экономический союз, либо курс на Евросоюз. И вся армянская политическая сцена делает вид, будто речь идет о каком-то грубом давлении России на свободолюбивый выбор маленькой демократии. Хотя в реальности вопрос куда проще и одновременно куда страшнее.
Россия спрашивает Армению не про торговые тарифы и не про декларации о намерениях.
Россия спрашивает: вы вообще понимаете, где находитесь и за счет чего существуете?
Потому что проблема современной армянской политики не в желании сблизиться с Западом. Любая страна имеет право искать союзников, рынки и гарантии безопасности.
Проблема в другом: армянская элита ведет себя так, будто Россия уже ни на что не влияет, а Запад готов прийти в Закавказье всерьез и навсегда. Это фундаментальная ошибка. Причем ошибка не эмоциональная, а почти математическая.
После Карабаха в армянском обществе возникло тяжелое, болезненное ощущение предательства. И это можно понять. Люди всегда ищут виноватого после поражения. Особенно когда десятилетиями жили внутри мифа о собственной неприкосновенности. Но здесь начинается самая опасная вещь: вместо разговора о просчетах самого Еревана общественное сознание постепенно скатилось в удобную конструкцию, где во всем виновата Россия. Не армянские власти, которые годами отказывались искать компромисс с Баку. Не ставка на замороженный конфликт как на вечную форму существования региона. Не иллюзия, будто Азербайджан смирится с потерей территорий. Нет. Виновата Москва, потому что не пошла воевать за Карабах.
И вот здесь армянская политика начала уходить в область политической фантастики. Потому что Карабах никогда не был признан частью Армении даже самой Арменией.
Это неудобный факт, который сейчас стараются эмоционально затоптать лозунгами про «предательство союзника». Но геополитика вообще жестока к тем, кто пытается жить внутри красивых моральных формул вместо реальности.
А реальность для Армении выглядит довольно сурово.
Страна без выхода к морю.
С разрушенными отношениями с Азербайджаном.
С исторической враждой с Турцией.
С экономикой, глубоко связанной с Россией.
С огромной диаспорой в РФ.
С энергетической зависимостью.
С логистической зависимостью.
С безопасностью, которая десятилетиями строилась вокруг российского присутствия.
И на этом фоне Ереван пытается убедить себя, что Франция, Брюссель и Вашингтон внезапно станут его новой опорой.
Это очень характерная болезнь постсоветских элит. Они постоянно принимают внимание Запада за готовность нести ответственность. Но Запад редко приходит ради чьего-то процветания. Он приходит ради собственных интересов. Пока Армения нужна как раздражитель для России, как инструмент давления на Иран, как элемент антироссийской архитектуры в Закавказье, ей будут улыбаться, обещать реформы, инвестиции, демократическое будущее и европейские горизонты. Проблема в том, что такие улыбки имеют срок годности. История это показывала уже столько раз, что даже удивительно, как человечество продолжает наступать на один и тот же грабельный завод.
Трагедия ситуации здесь даже не в том, что возможна потеря российского рынка. Не охлаждение отношений с Москвой. И даже не экономические последствия выхода из ЕАЭС.
Трагедия в другом: армянская элита начинает мыслить так, будто государственность Армении существует сама по себе, вне силового баланса региона. Будто это не результат крайне специфической исторической конструкции последних двух столетий.
Но Кавказ не любит слабых иллюзий. Кавказ вообще место, где история постоянно напоминает о себе через силу, границы и демографию. Здесь нельзя существовать только за счет красивых деклараций о европейском выборе. Здесь вопрос всегда упирается в то, кто реально готов гарантировать твое существование, а не публиковать сочувственные заявления.
Парадоксально, но именно после потери Карабаха Армения стала двигаться не к укреплению собственной субъектности, а к ее размыванию. Потому что вместо холодного анализа поражения началась эмоциональная попытка «уйти от России». Почти семейная драма на уровне государств. С обидой, демонстративным дистанцированием и верой, что новый партнер окажется добрее старого. Политика вообще часто превращается в коллективную психологию. Только цена таких эмоций измеряется исчезновением стран.
Но самое неприятное для Еревана заключается в том, что Россия действительно никуда не денется. Можно сколько угодно объявлять о «цивилизационном выборе», но география продолжит лежать на карте с упрямством бетонной плиты.
Турция останется рядом.
Азербайджан останется рядом.
Иран останется рядом.
Россия останется рядом.
А вот западный интерес может раствориться очень быстро, как только глобальная повестка переключится на что-то другое. На Тайвань. На Ближний Восток. На внутренний кризис Европы. На очередную американскую избирательную истерику. Мир сейчас настолько перегружен конфликтами, что маленькие страны в нем легко становятся временными проектами.
И в этом главный страх всей нынешней армянской истории. Армения пытается вырваться из российской орбиты не потому, что построила альтернативу, а потому что эмоционально устала от зависимости.
Но усталость не создает геополитических конструкций.
Обиды не заменяют систему безопасности.
А символическая поддержка не спасает государства в критический момент.
История вообще очень злая штука. Она не прощает странам желание жить внутри самообмана. Особенно маленьким странам на перекрестке больших интересов. И сейчас Армения подходит к моменту, когда ей придется выбирать не между Россией и Европой, как это пытаются подать политики, а между тяжелой реальностью и красивой иллюзией. Проблема лишь в том, что иллюзии заканчиваются раньше, чем география.
|
|
