Анекдоты про страха
[ Свежие анекдоты ]

Результатов: 556

551

[b]Его звали Шейх[/b]
[indent]Летом 2004-го бывал наездами в одной компании, производящей продукты питания. Навещал бывших коллег, подъедающихся на должности охранников.
[indent]Рядом со второй проходной были транспортные ворота, с левой стороны — собачья будка с пристёгнутым к ней кобелём кавказской породы.
[indent]Кобеля подарили хозяину на ДР, и тот не мог придумать ничего лучше, кроме как посадить двухмесячного щенка на цепь. Цепная жизнь портит характер, любой мужик скажет, и репутация Шейха была просто устрашающая.
[indent]Однажды (с чужих слов) к нему полез обниматься спустившийся накануне с гор горячий такой мужчина:
[indent]— О, кавказец!.. земляк!..
[indent]Пока то да сё, "Скорая", менты... Ногу по колено Шейх ему отминусовал.
[indent]Другой случай не такой жёсткий, скорей, показательный.
[indent]После въезда на территорию фуры какая-то чумная баба-коммерс в кожаном плаще до пят попёрлась через незакрытые транспортные ворота. Предупреждающие крики на неё не действовали, пока охреневший от такого бесстрашия Шейх не распустил ей плащ на узкие ленточки. Визгу было... А мы ржали как подорванные.
[indent]Была одна "почти проблема". Дело в том, что изношенная цепь не могла Шейха держать, это была чисто психологическая привязь. Иногда какое-нибудь перетёртое звено рвалось, и Шейх оказывался на свободе. Барбос не знал, что делать с этой свободой. Несколько минут соображал, что произошло, и шёл гулять.
[indent]На цепи он был зверь зверем, а в одном ошейнике — просто меховой увалень. Но репутация же!.. Территория предприятия мгновенно пустела. Потом шла "тихая охота" на беглеца, водворение восвояси, жизнь продолжалась.
[indent]Однажды во время очередного инцидента он заглянул в цех готовой продукции, майонезный, кажется. Вроде как поинтересоваться, — мол, люди, а что вы тут делаете?
[indent]Народ ломанулся на стеллажи чисто обезьянки, всё в полной тишине. Один мужик не успел среагировать, так и стоял столбом в створе ворот с белым как мел лицом. А под ногами растекалась лужа, наверно таял…
[indent]У Шейха была любовь. Звали её Машка. Рыжая кошка лет четырёх–пяти. При виде проходящей мимо Машки пёс растекался по настилу и хвостом поднимал пыль выше будки. Но Машка любовь не ценила и норовила свалить побыстрей и подальше.
[indent]Из всего состава охраны только три человека могли к нему подходить безо всякого страха, — надо же было кормить. Никакие уговоры типа "да он не укусит" не действовали, никто не хотел проверять на себе. Я говорил раньше, что у меня никогда не было проблем с животными. Шейх не исключение. Каждый раз, когда я приезжал в гости, мы сидели с ним в обнимку по 10–20 минут. Люди приходили посмотреть. Смотрели издалека.
[indent]Потом из приятелей никого не осталось, я перестал появляться, а спустя пару лет мне позвонил начальник охраны.
[indent]— Иваныч, выручай, Шейх сорвался, надо посадить на цепь. Из стареньких никто не хочет сюда ехать.
[indent]— Что по деньгам?
[indent]— Триста рублей.
[indent]— Сажай сам, — я бросил трубку.
[indent]В тот же день его пристрелили.

552

Байки

С моим давним приятелем, реаниматологом, немало мы выпили водки. После пятого стакана начинает рассказывать байки. С его позволения, расскажу несколько самых нестрашных.
Далее от первого лица, в литературной редакции))).

Когда я пришёл из ординатуры в реанимацию работать, заведующий был мужик справедливый, но с тараканами. Бывало, что по утрам из-за скверного настроения, без всякой планёрки, с ходу устраивал всем разъёб. Тогда все санитарки прятались, медсёстры бегали как заведённые, а доктора, кто не с дежурства, смывались курить. Тот врач, что с ночи сдавал дежурство,- пыхтел, краснел и обтекал. Ну в общем, зав всех расхуячил, ещё на взводе, заходит в комнату отдыха, а на подоконнике стояла статуэтка африканского божка, подарили кто-то на днях.
Как Оскар размером, только рожа - лучше не смотреть.
Зав взбеленился, окошко открывает, и со страшными ругательствами божка выкидывает.
На следующий день, в субботу, он поехал на дачу, и какой-то чудак выехал на встречку и столкнулись они лоб в лоб. Скорость была не очень велика, рёбра помял маленько. Но передок у машины в утиль.
Совпадение, наверно.

В областной больнице был случай. Лежал с белкой один местный олигарх в отдельной палате. Капали его почти силком, от всего отказывался, ручки шаловливые привязать пришлось. Вдруг он орёт, доктор, доктор!
Довольно внятно орёт, да и страх в голосе нешуточный.
Доктор туда.
Убери ты эту капельницу нахрен, там чёртики капают! Вот, видишь, видишь?!!
Капельки как капельки, прозрачные. Ну, капельницу из вежливости убрали, поставили успокаивающий коктейль через инфузомат (насос такой маленький со шприцом), мужик уснул.
Дня через два вошёл он в ясное сознание, и рассказывал всё в красках. А надо сказать, что при алкогольном делирии, - все видения запоминаются, люди лишь удивляются, насколько реальными могут быть эти глюки. Он рассказал, что вместо каждой капли он видел малюсенького чёртика, и чёртики эти попадали ему в вену. Когда ему сделали галоперидол, все черти повыскакивали у него изо рта. Последним вылез главный чёрт, ростом поболе, с вилами в руке. Он сказал, мы ещё вернёмся. И как ткнёт вилами ему в грудь! И все черти пропали.
Выписался мужик без приключений. А через два месяца умер от обширного инфаркта.

В реанимации в маленькой больничке когда работал, был случай в мою смену. Дверь в отделение у нас тогда не запиралась, ходи кто хошь. А трупы мы сами возили в морг, унылое одноэтажное здание метрах в трёхстах от нашего корпуса. Помер человек, полежит для приличия час-другой, и доктор с медсестрой на каталочке, в грязь или в снег, везут этого человека в последнее земное пристанище. В морг, то бишь. Лежала у нас в ту смену единственная бабка. У неё были вставные челюсти. А в реанимации или перед наркозом положено вставные челюсти вынимать. Вещь дорогая и нужная пациенту даже после смерти, и, пока не придут родственники, зубы лежат на тумбочке в стакане рядом с пациентом. Бабушка была дряхлая, болела давно и безнадёжно, и спокойно померла. Время - ночь. Я с медсестрой Ленкой погрузил бабку, отвезли мы её. Сидим у нас в ординаторской, курим. Кроме нас двоих, в отделении ваще никого нет. Вдруг хлопает входная дверь, шагов не слышно, но боковым зрением я вижу - проплыла по коридору белая фигура. Выскочили мы в коридор - нет никого. Везде повключали свет, во всех помещениях. Никого. Подхожу я к тумбочке, у которой бабка лежала - а зубов-то нету. Я говорю тогда, не ссы, Ленка, это бабка за зубами приходила. Ленка молоденькая, необстрелянная, и говорит тогда, вся трясётся от страха, - Ну тогда, миленький доктор, я одна спать боюся.
Так и пришлось с ней спать.

553

Мы с тобой одной крови - ты и я

Навеяло историей Соломона Марковича про камышового кота)

Я очень люблю Куршскую Косу, что в Калининградской области. Если, вдруг, кто-то не знает, это полоса суши (в самом узком месте всего 300 метров, а в самом широком – 3.8 км), которая начинается за Зеленоградском, а заканчивается Клайпедой (это уже Литва). Ее протяженность около 100 км, нашей территории где-то половина. Когда-то по ней можно было спокойно проезжать на машине в Литву, я к сожалению, в то время в Калининградской области еще не была.

Куршская коса для меня какое-то уникальное место (по желанию остаться там навсегда, конкурирует только с озером Гарда в Италии) – я там замедляюсь и становлюсь абсолютно умиротворенной, да и как не замедлиться, если это национальный заповедник всего с тремя небольшими поселками, где дикие звери живут рядом с тобой, а ты боишься нарушить их покой. Уникальность Косы еще и в том, что с одной ее стороны ты можешь купаться в Балтийском море (ну как купаться – окунуться, заорать и быстро выбежать на берег – вода очень холодная и крайне редко прогревается до 20 градусов. Мне посчастливилось прошлым летом несколько дней купаться – вода была 20), а с другой – в Куршском заливе. Огромные широкие песчаные пляжи, со скрипучим, как снег песком, тянутся непрерывно от России до Литвы. Место это, видимо, еще не сильно изведано туристами, поэтому народу там немного и можно найти пляж, где, вообще, никого нет. В прошлом году я была там в июне, августе и в ноябре настолько меня затянуло))) Рекомендую всем, кто любит природу, море, сосны и не любит жару) Лететь всего два часа и билеты недорогие, если брать заранее.

На Косе освещается только основная дорога и подъезды к отелям или турбазам. Если идти от основной дороги вглубь к какой-то турбазе, то ночью там никакого освещения, кроме прекрасного звездного неба … сказка! Живности на Косе много, я видела косуль, кабанов с выводком, бурундука, лося, бобра и конечно, лис. Лисы так привыкли к туристам, что выходят на дорогу и выпрашивают еду. Их запрещено кормить, но людям не объяснишь – они продолжают, а местные жители говорят, что лисы перестали охотиться: им легче просить. Птиц тоже какое-то невероятное количество – это нам рассказали на орнитологической станции «Фрингилла», где стоят огромные сети для ловли птиц: попавшихся там окольцовывают и отпускают обратно.

Мы с подругой и ее сыном постоянно гуляли вечерами, но шли рядом с освещенной дорогой, а однажды увидели поворот на какой-то дом отдыха и решили сходить посмотреть. Дорога была не освещена, и отдаляясь от дороги, нам становилось немного страшно. То тут, то там потрескивали ветки, а я решив немного попугать сына подруги (ему 15) рассказывала ему страшные истории про леших, живущих в этих краях. Подруга пугалась больше) И вот мы зашли так далеко, что свет от фонарей уже не был виден. И вдруг - страшный треск!!! Кто-то бежал по направлению к нам и очень быстро. Мы впали в ступор, хотя, наверно, бежать было бесполезно – некуда. На дорогу выбежал кабан. Было уже темно и мы различали только его силуэт, но самое страшное было слышать его тяжелое дыхание. Я поняла, что значит выражение: «загнанный зверь». Мы смотрели на него, он на нас несколько секунд, у меня в голове почему-то крутилась одна и та же фраза из «Маугли»: «Мы с тобой одной крови ты и я») Не то, чтобы я рассчитывала, что она нам поможет, просто в состоянии полного ступора мозг зациклился почему-то, именно, на ней. Наверно фраза, телепатически переданная кабану, сработала – он нырнул в ближайшие кусты. (От кого он бежал так быстро, было не понятно: за ним так никто и не появился) И вот тут мы побежали, и пока не выбежали обратно на освещенную дорогу не останавливались. Адреналин зашкаливал. После того как немного отошли от потрясения начали взахлеб рассказывать о своих эмоциях: бежать никто не смог –тело парализовало от страха, ровно как, и речевой аппарат. Я видела кабанов издалека, но к тому, что он может стоять в метре от тебя готова не была. С тех пор мы больше не ходим по вечерам по темным дорогам) На всякий случай, и в Москве тоже)

В общем, рекомендую) Съездите – не пожалеете!

Всем добра)

P.S. На фото лиса, которая пришла к нам на базу) Я снимаю ролик, сидя на скамейке перед столом, на который она, совершенно, беспардонно залезла) Кабана снять не удалось по причине временного паралича верхних конечностей)

554

В то лето я был в пионерском лагере на Азовском море. Мы жили в маленьких синих домиках на четыре человека, а к морю ходили через сосновую рощу, усыпанную сухими иголками, там еще по пути было маленькое озеро с коричневой водой. Азовское море оказалось мелким и очень соленым, а по песчаной косе, куда нас, конечно, не пускали, можно было дойти до его середины.
Это было лето бумажных бомбочек.
Святой Ильич, благослови жару и воду. Я был мастером бомбочек — всех размеров и форм. Я их сотни в то лето сделал. Я работал на себя и на заказ. Я мог свернуть бомбочку из одного листа бумаги, из двух, из четырех. Мои бомбы прекрасно держали воду и взрывались с гулким хлопком, гарантированно забрызгивая радиус поражения. В бумажном мире я был бы самым ценным бойцом Бумажной Ирландской Республиканской Армии (БИРА).
Когда я сидел и рисовал в свободное время, ко мне подошел пацан из отряда на два года старше. Он заглянул мне через плечо и кивнул.
- Ты умеешь рисовать, - сказал пацан из старшего отряда. Это был не вопрос, а утверждение. - А лепить ты умеешь?
- С какой целью интересуешься? - так надо отвечать, когда тебя собираются втянуть в явно криминальное дело, но тогда я не осознал угрозы.
- Умеешь?
- Да, - сказал я. И все заверте...
Пацан из старшего отряда рассказал, что ему нужно. Это был такой Дэнни Оушен, который сразу после отсидки затевает новое дело, а я при нем Брэд Питт, который жует арахис и работает голосом разума. "Ты хочешь ограбить казино?" "Четыре казино". Тут надо задумчиво пожевать арахис, но я даже не знал, что он так называется.
Дано: домик на четверых. Девчонки из отряда Дэнни, то есть старше меня. И мы должны их напугать. Клево!
Вообще-то, в идеале мы хотели достать фосфорной краски, чтобы нарисовать скелет на оконном стекле. Чтобы когда стемнело, скелет начал светиться, а девчонки увидели и завизжали. Но это план сорвался, потому что достать фосфорную краску было негде. Тогда мы приступили к плану Б. Лягушка из мыла!
Сначала мы придумали паука, но у него постоянно ломались ноги. Мышь? Нет, мышь не годится. Лягушка! Да. Все девчонки боятся лягушек. Ее должен был слепить я, потому что я талантливый, рисую, леплю, делаю бумажные бомбы, и теперь мой талант оценили по достоинству. Так сказал Дэнни.
Наконец-то.
А лягушку нужно подбросить в комнату девчонкам, чтобы...
"Смотри", учил меня Дэнни. "Девчонки испугаются, закричат, выбегут, будут дрожать и бояться. И прижиматься к тебе от страха. Там уж не теряйся". В общем, это была стратегическая цель великого проекта.
Не то, что тесные объятия девчонок казались мне в тот момент интересными, но сама мысль, что они увидят лягушку, испугаются, завизжат и начнут голышом выскакивать из домика, мне показалась забавной. Да животики надорвать!
Я слепил лягушку из розового мыла (ну, какое было). Из мыла очень сложно лепить, даже трудно сказать, с какой попытки я справился. Не помню, почему не из пластилина. Может, его у нас не было — я был в двух лагерях, но нигде не помню, чтобы я лепил. Впрочем, покажите мне человека, который испугается лягушки из советского пластилина...
Очень похоже получилось, за исключением цвета. Лягушка была полупрозрачная и словно вареная. Или больная. Так было даже лучше, потому что девчонки никогда не возьмут в руки ничего больного, если это не котенок. Мы пошли на дело. К этому времени о готовящейся афере уже знали все мальчишки моего отряда, и всем это дико нравилось, поэтому на дело вместо двух человек пошли пятнадцать. Это все равно как если бы взрывать маленький мост через ручей пришла вся партизанская бригада Ковпака. И "Красная капелла" заодно. И Зорге.
Мы подкинули лягушку в домик и затаились в ожидании. Пятнадцать человек разбежались по кустам вокруг и стали ждать, подхихикивая и пихая друг друга локтями.
Прошло пять минут.
Прошло десять. Никакого эффекта.
Никто не кричал, не визжал в ужасе, не выбегал из домика в одном белье...
В общем, что-то пошло не так.
Мы с друзьями переглянулись, я пожал плечами. Дэнни напряженно смотрел сквозь заросли. Лицо у него закаменело.
Вдруг дверь в полной тишине распахнулась. Мы вздрогнули. Сейчас! Сейчас побегут девчонки! Да!
На порог неторопливо вышла девчонка, взрослая и, как мне показалось, наглая. Волосы у нее были короткие, до плеч. Наглая девчонка огляделась. Вряд ли она собирается к кому-то прижиматься, подумал я.
- Дэнни! - крикнула она в окружающие кусты. (может, его звали Денис? Не помню) - Дэнни, я знаю, ты здесь! Слышишь!
Дэнни привстал, потом сел. Но молчал.
- Трус! - крикнула наглая девчонка.
Дэнни молчал.
- Как хочешь! - она выбросила на дорожку розовую лягушку из мыла. Мою лягушку. Фигурка развалилась на куски. Меня как ножом по сердцу резануло.
Наглая девчонка помахала красной расческой-массажкой.
- Ты все равно ее не получишь!
Дэнни сжал зубы, я видел, как он разозлился. Но Дэнни молчал, только уши багровели. Девочка покричала еще, затем ушла.
Все было кончено.
Дэнни и его пятнадцать юных друзей ушли ни с чем. Дэнни шел рядом со мной, хмурый и задумчивый.
- У тебя есть еще бомбы? - спросил он наконец.
- Только одна.
- Дай мне.
- Ладно, - сказал я. Хотя это была моя лучшая работа и мне было жаль расставаться с этой бомбой. Она казалась мне идеальной. Я сделал ее из двух тетрадных листов. Я разрисовал ее под атомную бомбу "Толстяк" и подписал. Не было ничего на свете, чего бы я боялся больше атомной войны (разве что собак), и я изживал свой страх через творчество. По оболочке в клеточку тянулись нарисованные шариковой ручкой защелки и швы.
Мне было жаль расставаться с этой бомбой, но чего не сделаешь для человека в беде?
Дэнни забрал бомбу, кивнул мне и ушел. Мне показалось, он шагал как-то по-особому решительно.
Когда мы сели ужинать, пришла вожатая. Рядом со ней стояли двое пионеров с красными повязками дежурных и в голубых пилотках. Пионеры ухмылялись. Я отложил ложку и встал.
За мной пришли.
Позже я узнал, как было дело. Дэнни взял бомбу, наполнил водой и, проходя, мимо домика девчонок, закинул внутрь. Бомба гулко лопнула и гарантированно залила водой радиус поражения. Девчонки визжали и выбегали из домика. И наглая девчонка тоже. Дэнни стоял рядом и смеялся.
В общем, фирма веников не вяжет.
В наказанных сидели мы оба. Не думаю, что Дэнни меня сдал. Наоборот, когда я вошел, он посмотрел на меня с удивлением. Меня подвело тщеславие художника. Бомба была аккуратно подписана моим именем.
Мы сидели в дисциплинарной комнате со сломанными стульями, потом нас отправили подметать двор.
- А зачем тебе расческа? - спросил я, орудуя метлой. Я наконец, сообразил, что было на самом деле целью Дэнни. Но зачем ему женская расческа? Массажки тогда считались женскими.
- Низачем, - буркнул он и смахнул волосы с глаз. - Дурацкая штука, терпеть ее не могу. Мать положила с собой. Если бы эта дура ее не взяла, потерял бы где-нибудь.
- А зачем тогда хотел забрать?
Дэнни пожал плечами. И мы продолжили трудовое воспитание.
На следующий день пришла наглая девчонка, смотрела, как мы подметаем. Дэнни упорно ее не замечал, мел и мел, поднимая пыль. Я чихнул, затем еще. Девчонка долго не уходила, даже окликнула Дэнни. Теперь она не казалась такой наглой. Дэнни поднял голову, посмотрел на девчонку и тут же отвернулся. Но что-то в нем изменилось.
Видимо, тут дело все же было не в расческе. Я так думаю.
На следующий день меня вернули в отряд, а Дэнни остался на штрафных работах. Бомбочек я больше не делал (именных точно). С Дэнни мы виделись пару раз, кивнули друг другу издалека, как старые подельники, а через несколько дней закончилась лагерная смена. Я без задних ног продрых "королевскую ночь", еле отмыл зубную пасту, вернулся в Вартовск и привез младшей сестре игрушечную плиту (увы, плита оказалась бракованной, лампочки не горели, но сестре все равно понравилось), а через неделю улетел к деду в Кунгур на остаток лета.
Это было последнее дело Дэнни Оушена.

Shimun Vrochek

555

Значит газеты написали.

iPhone 17e. Чип C1X - новый модем 5G. Разработан в Хайфе.

И понеслось.

Сначала был один пост. Потом десять. Потом сто тысяч репостов от людей у которых от страха отнялась способность думать но осталась способность нажимать кнопки — на телефоне с израильским чипом, разумеется.

Началась великая телефонная паника 2026 года.

Первыми сломались самые идейные. Те которые три года с горящими глазами бойкотировали авокадо и теперь увидели в газете слово “Хайфа” рядом со словом “чип” — и в голове у них что-то щёлкнуло. Именно щёлкнуло. Как пейджер в сентябре 2024-го.

Вот это слово — пейджер — и стало спусковым крючком.

Потому что все помнят. Все видели новости. Ливан, сентябрь 2024, две тысячи восемьсот пейджеров взорвались одновременно. Израильская операция. Устройства связи превратились в оружие. Это случилось. Это реально. Это задокументировано.

И вот теперь у человека в кармане лежит телефон с израильским чипом.

И человек начинает думать.

А думать этому человеку — противопоказано. Потому что когда он начинает думать — результат непредсказуем и всегда немного пожароопасен.

В чатах началось. Сначала осторожно — “ребята, а вы не думаете что…” — потом всё громче, всё увереннее, с цитатами из источников которые сами себя придумали. Теория оформилась быстро и звучала примерно так: Израиль встроил в каждый iPhone детонатор. Ждёт сигнала. В нужный момент — все телефоны взрываются одновременно. Миллиарды людей. Глобальная операция. Хайфа всё спланировала.

Логика железная. Если не думать вообще.

Побежали выбрасывать телефоны.

Один активист из Стамбула выбросил iPhone в Босфор с криком который соседи потом описывали как “что-то среднее между боевым кличем и рыданием”. Телефон утонул. Активист немедленно взял телефон жены — Samsung Galaxy — и написал об этом пост. Samsung Galaxy работает на Qualcomm Snapdragon. Qualcomm лицензирует израильские патенты и купил несколько израильских компаний в области беспроводных технологий. Израиль технически всё ещё был у него в кармане. Просто теперь в кармане у жены.

В Каире группа особо сознательных граждан организовала коллективное сожжение iPhone прямо на улице. Красивая акция. Фотографы снимали. Потом все участники разошлись по домам и написали об акции посты — с Android телефонов, через WhatsApp, который принадлежит Meta, чей технический директор Ури Левин израильтянин, и чьи алгоритмы частично разработаны в тель-авивском офисе компании. Израиль молча наблюдал за своим сожжением через собственную инфраструктуру.

Но самое прекрасное началось когда в чаты пришла новая теория.

Кто-то умный — относительно умный, то есть умеющий связать два слова но не умеющий проверить ни одно из них — написал: израильский чип не просто слушает. Он передаёт координаты. В реальном времени. В Тель-Авив. Они знают где каждый из нас. Они составляют списки. Готовятся.

Паника вышла на новый уровень.

Люди начали оставлять телефоны дома когда шли на митинги. Гениальное решение. Абсолютно герметичная логика — если не считать что митинги теперь никто не снимает, никто не публикует, никто не видит, и весь смысл митинга как медийного события испаряется в воздухе вместе со здравым смыслом.

Другие пошли дальше. Начали заворачивать телефоны в фольгу. Клетка Фарадея, объясняли они друг другу с видом людей которые только что открыли квантовую физику. Фольга блокирует сигнал. Израиль не слышит. Телефон в фольге лежит на полке. Человек свободен.

Человек при этом продолжает пользоваться интернетом с ноутбука на процессоре Intel разработанном в израильском R&D центре который работает с 1974 года. Израиль слышит через ноутбук. Израиль вообще не напрягается.

Потом кто-то вспомнил про китайские телефоны.

Xiaomi. Oppo. Vivo. OnePlus. Вот оно — спасение. Китай. Никакого Израиля. Чистая альтернатива.

И тут пришлось объяснять.

Xiaomi 14 — процессор Snapdragon 8 Gen 3, Qualcomm, израильские патенты внутри. Xiaomi 13T — процессор MediaTek Dimensity. MediaTek тайваньский, но использует архитектурные лицензии ARM, а в консорциуме разработчиков стандартов беспроводной связи которые MediaTek имплементирует — израильские компании держат пакеты патентов. Oppo Find X7 — снова Snapdragon. Huawei после санкций перешёл на собственный чип Kirin разработанный HiSilicon — но HiSilicon до санкций активно сотрудничал с израильскими компаниями в области алгоритмов обработки сигналов и часть этих наработок уже внутри архитектуры.

Это не конспирология. Это патентные реестры. Публичные документы. Читай — не хочу.

Не хотят.

Хотят телефон без Израиля. Такого телефона не существует примерно так же как не существует омлета без яйца — но это никого не останавливает. Рынок почуял спрос и немедленно появились продавцы которые торговали “телефонами без израильских технологий” — старыми Nokia 3310 по цене нового iPhone. Люди покупали. С гордостью. Nokia 3310 работает на чипсете производства компании которая использует стандарты беспроводной связи в разработке которых участвовали израильские инженеры. Но об этом никто не говорил потому что никто не проверял потому что проверять — это уже слишком, это уже требует усилий которые лучше потратить на следующий пост о бойкоте Израиля.

А страх тем временем рос.

Потому что пейджеры не выходили из головы.

И страх этот был бы даже понятен — если бы не одна маленькая деталь. Израильская операция с пейджерами была адресной. Военной. Направленной против конкретной вооружённой организации. Это была не операция против пользователей iPhone в Стамбуле которые репостят новости. Это была не операция против человека в Каире который сжигает телефон на улице.

Но логика конспиролога не нуждается в деталях.

Логика конспиролога работает иначе: если они смогли — значит они могут. Если они могут — значит они хотят. Если они хотят — значит они уже делают. Значит мой телефон это бомба. Значит я следующий. Значит надо срочно написать об этом пост. С телефона.

Круг замкнулся. Круг всегда замыкается.

И пока арбузоголовые заворачивают свои Xiaomi в фольгу и молятся чтобы Хайфа не нажала кнопку — восемь тысяч инженеров в израильском офисе Apple спокойно пьют кофе и пишут следующий чип.

Который будет лучше предыдущего.

Который купят все.

Включая тех кто громче всех кричит что не купит.

Vladimir Starok

556

Давайте представим, что Творец вселенной (той самой, где 2 триллиона галактик) действительно существует.
Он всеведущ, всемогущ и читает наши сердца и разум, как открытую книгу.

И вот к нему приходим мы.
Мы не искали истину, не задавались сложными вопросами, мы просто «поверили на всякий случай», потому что боялись котлов со смолой.
Наша вера в любого бога — это циничный расчет.
Мы просто пытаемся перехитрить систему.

А может быть вам просто удобно верить в то, что вам подала наша среда. Ведь, например, шанс родиться мусульманином в индийской семье равен нулю.

Неужели мы думаем, что всезнающий Абсолют скажет:
«О, какой хитрый прагматик! Купил духовную страховку из страха? Добро пожаловать в рай, ты обвел меня вокруг пальца!»?
Нет.
Если Бог есть, лицемерие из страха должно оскорблять его гораздо больше, чем честное сомнение.
Как сказал философ Марк Аврелий (или приписывают ему):
“Если боги справедливы, их не будет волновать, насколько вы были набожны, их будет волновать, какими добродетелями вы обладали”.

В конце концов, мы чаще всего следуем той религии, которая привита нам с детства или продиктовано общественностью.

<< ← 789101112

Партнеры

Реклама