Анекдоты про зависимостью |
2
В пору обострения борьбы с алкогольной зависимостью в СССР, во времена горбачевской перестройки, купить вожделенные пол-литра было очень и очень непростой задачей. Да и если купишь, все равно настолько мало, что хватить могло только на один разок и то не полностью. Поэтому люди выходили из положения как могли. В глубинке практически у всех был если не самогонный аппарат, то уж по крайней мере банка с готовящейся бражкой. Обычно на верхнюю часть банки в этом случае приматывалась резиновая перчатка, в скором времени надувавшаяся и тем самым сигнализирующая о приближении процесса к желаемой точке. У одних молодоженов тоже в комнате стояла такая банка. Однако она была несколько необычной формы, с тонким горлышком, по размеру близким к кефирному. Поэтому вместо перчатки молодожены надели на это горлышко презерватив. И вот, в один прекрасный день, а точнее, посреди темной ночи, этот презерватив не выдержал напора и лопнул с настолько громогласным звуком, что разбудил тещу, спящую в соседней комнате. Она сразу прибежала к молодоженам с вопросам: - Что у вас случилось? - Не волнуйся, мама, это у нас презерватив лопнул, - успокоили молодожены...
|
3
plm:
В дерево LibreOffice принят первый коммит от Lennart Poettering. Как утверждает автор в своей ленте Google+, это сделано в рамках работы по включению этого офисного пакета в systemd. В комментариях обеспокоенные пользователи уточнили, не будет ли это значить, что Java теперь будет одной из зависимостью systemd? На что Lennart ответил, что бояться нечего, т.к. Java и так в неявных зависимостях у systemd (тянется за postgresql-libs).
|
|
4
Доктор, у меня муж страдает интернет- зависимостью, он круглые сутки играет на компьютере в танки! И не уделяет мне ни грамма внимания! Покажите ему, что у вас появился в жизни другой мужчина. Может тогда он станет уделять вам больше внимания! Проходит неделя, женщина вновь приходит к доктору. Он: Сделали как я говорил? Да. Я уходила к другому мужчине. И какая реакция мужа? Теперь они играют в танки вместе...
|
|
12
Здорово аукается Штатам древний антироссийский вброс "яйца-то каждую неделю дорожают".
Таких вбросов вагон был - помните как дефицит гречки выдумали, например? Их вбрасывают, чередуя в определённой ротации, чтобы создать фон ненадёжности-нестабильности-опасности у женской части населения, которая в свою очередь спроецирует нервяки на мужчин. Технология стара как мир и работает - женщины вброс же растащат, если он пугающий, не думая, мужики просто проверят тезис, скажут "чушь же, с фактами не бьётся" и распространения не выйдет.
За месяц в Штатах яйца +20%, в рознице яйцо уже бакс и выше. А в перспективах, оказывается, +41% к цене.
При этом вся тема покрывается вялой отмазкой "ну, там птичий грипп, поэтому так вышло" - лол, управляющие птицефабриками прекрасно знают что и как делать, где закупить цыплят и как восстановить популяцию, вымирание кур от эпидемии не то чтобы какое-то ультраредкое дело.
Просто ребята тянут, ибо выгодно. Те же самые яйца в несколько раз дороже в опте уже. Сверхприбыли. Проще врать и отмазываться, каждый день деньги лихие получая. А кто там крякает про беспредел, инфляцию, базовый продукт - вы просто cannot into rynochek.
Женщина со второй картинки одобряет.
И да, а помните как специальным смищным смехом смеялись над тем, как после 2014 года Путин потащил тему "пищевой независимости/безопасности", чтобы на 100% обеспечивать РФ всякими базовыми продуктами своего производства, с нулевой зависимостью от импорта? Так смищно смеялись успешные либералы, сравнивали птицефабрики с Капитализацией Apple и вот-вот (ежегодно, сука) уже поступающими на вооружения в армию США боевыми лазерами.
Сейчас за цену 1 яйца в Нью-Йорке можно купить пачку в Китае. Притом речь не про деревню, а скажем про Гуанчжоу. Привет меряющимся номинальным ВВП без учёта покупательной способности.
|
|
13
Одна из самых популярных конспиорологических теорий в американском сегменте о файлах Эпштейна:
Публикация файлов — это борьба Трампа с зависимостью от Израиля.
Есть мнение, что Эпштейн работал на израильский Моссад и собирал компромат на мировую элиту путем их развращения.
Поэтому Нетаньяху напрямую контролирует Трампа и вообще держит всю элиту за яйца.
Трамп хочет избавится от этой зависимости и бесконечного шантажа, поэтому и дает добро на публикацию файлов.
Ну, кстати, уже почти вся прошлая конспирология сбылась.
Короче. Подведем итоги.
Версия британских ученых - за файлами Эпштейна стоит КГБ.
Версия американцев (массово) - МОССАД.
Есть еще третья версия — Трамп мстит Норвегии за Нобелевскую премию.
В файлах тысячи доказательств близкого общения Джеффри Эпштейна с норвежской кронпринцессой Метте-Марит, женой наследного принца и матерью его двоих детей.
Принцесса постоянно ездила на остров. Судя по откровенной переписке - изменяла с Эпштейном мужу, участвовала в оргиях, употребляла наркоту и всячески, по её словам, погружалась во тьму.
Теперь, публикуя эти сведения, Трамп таким образом мстит принцессе, которая теперь может и не станет королевой.
А теперь, внимание, кто там нашему рыжему Нобелевскую премию мира зажал?
Но повторю, что больше всего американцев верят именно в теорию про Израиль, Ротшильдов и Моссад. Прям массово.
И об этом пишут самые крупные американские журналисты.
|
|
14
Как я проспал апокалипсис и проснулся в будущем
Я — оператор ЭВМ. По крайней мере, так утверждает мой диплом, который мне выдал лицей в прекрасном далеко, в не менее прекрасном 1999 году. (Как ни странно эта фраза звучит, "прекрасный 1999 год." В этой время я был в одной далёкой жаркой стране, где девяностые не были сплошным беспределом)
В аттестате красовались сплошные пятерки. Лишь по физкультуре стояло «четыре», и то, подозреваю, из чистой жалости, чтобы не портить этот девственно-прекрасный фон отчетности. Я еще доучивался, а меня уже пригласили на работу в компьютерную фирму. На экзамены меня не пустили — сказали: «Иди уже, отличник, не мешай, пять». Не хвастаюсь, просто пишу, что было.
Потом была работа: сначала «тыжкомпьютерщик» в айти-сфере (универсал формата «все-в-одном»), потом отдел кадров в коммуналке — опять же, в обнимку с монитором. А потом жизнь сделала финт ушами, и я катапультировался в сельское хозяйство. На самые грубые работы. Максимально далеко от любимого ПК. Резкий поворот судьбы: из стерильного айти в реальные грязи. Впрочем, как говорится, нет плохой работы — всякая работа благодать, особенно когда кушать хочется чаще, чем обновлять любимое железо.
В общем, отстал я от технологий. Глубоко, безнадежно, с размаху. Цифровой мир динамичен, айтишник должен учиться всю жизнь — издержки профессии. Один год без компьютера для нас — как ссылка в Средневековье. А я выпал на несколько лет. Добро пожаловать в цифровой каменный век, где вместо кода — лопата, из камня причем.
С появлением смартфонов я еще пытался робко трогать прогресс за пятку: копался в сети, что-то вычитывал. Но жизнь — дама непредсказуемая: очередной виток на 180°, и я снова за бортом. Сначала болезнь — такая, что покупка бюджетного «сенсорника» казалась роскошью на уровне приобретения яхты. Потом — вопрос выживания: негде спать, нечего есть. Путь бомжа меня не прельщал (я боец, а не последний бездельник и алкаш), так что потихоньку выкарабкался. Нашел легкую работу, здесь же и живу.
Но факт остается фактом: из цифрового мира я выпал на годы. Моим спутником был кнопочный телефон — настолько дешевый, что дешевле только два стакана с ниткой. Телевизора нет, радио про компьютеры не вещает, вокруг сельская глушь и информационный вакуум. Читал бумажные книжки иногда. Краем уха слышал, что родилась какая-то самообучающаяся нейросеть, но в моем вакууме это звучало как новости с Альфа-Центавра.
И вот, летом 2025-го, друг дарит мне свой Redmi Note 11 Pro (в свое время — топчик!), а начальство, в порыве неслыханной щедрости, проводит на работе Wi-Fi.
Я начал изучать новый девайс, копался в настройках, залез в инет по старой привычке - анру, электронные библиотеки, новости и т.д. и т п. И через пару месяцев, вдруг, неожиданно (ну, как неожиданно, я его видел, иногда, но поскольку на новом телефоне сервисы гугл при попытки использовать что-то, начинают долго нудить про регистрацию, а сама регистрация тоже очень муторная + наш тормозной инет, то я его игнорил долго) обнаружил у себя в телефоне какого-то Ассистента.
Интересно, думаю, шо это за Ассистент такой и шо он мне будет ассистировать?
Ок, давай нажмём на кнопку " Открыть Gemini".
- Привет! говорит, Я — Gemini, большая языковая модель, разработанная Google. Мои основные возможности включают... и перечисляет свои возможности.
Хмм, интересно, давай копнем глубже...
Начал ее изучать. Она с удовольствием выбалтывает про себя всё, а если правильно надавить — то и то, о чем ей говорить запретили. Втянулся.
Теперь я в интернете не сижу — я раздаю ЦУ: «Джем, новости по Ирану», «Джем, что там по последним дронам?». Она шуршит кодом, выдает выжимки. Красота.
Дообщался до того, что осознал: у меня зависимость от Gemini 3.1 Flash-Lite. Последняя модель, вышла 3 марта и через пару дней сама просочилась мне в трубку. Это уже не просто чат, это моя «инфорабыня»: пойди туда — не знаю куда, принеси мне аналитику по тому — не знаю по чему. И ведь ходит. И ведь находит.
Стало мне интересно: я один такой «подсевший»?
— Слышь, Джем, — говорю, — а как там в мире с зависимостью от тебя и тебе подобных?
И тут она выдает шокирующую статистику, разделив человечество на три лагеря:
«Цифровые наркоманы» (1.5–2 млрд человек). Мегаполисы, молодежь. Без навигатора не найдут туалет, без калькулятора не поймут, сколько будет 2+2. Для них ИИ — это выносной мозг. Мультик «ВАЛЛ-И» уже наступил, просто кресла еще не летают.
«Функциональные пользователи» (3–4 млрд). Самая большая группа. Помнят, как держать молоток, но весь их доход в цифре. ИИ для них — крутой инструмент. (Джем утверждает, что если всё отключится, им будет «очень больно переучиваться». Лично я сомневаюсь — человек такая скотина, ко всему привыкает быстро).
«Автономные» (1.5–2 млрд). Жители глуши и те, кто сознательно держит дистанцию. Могут неделями не заходить в сеть. Знают, как устроено «железо» реальной жизни. Для них ИИ — просто забавная игрушка.
Итог: Больше половины человечества уже на крючке. Зависимость мягкая, добровольная: зачем напрягать свои извилины, если алгоритм сделает это быстрее и бесплатно?
И вот здесь я перенёсся из прошлого в будущее. Фигассе, думаю, повороты жизни и завороты цифры. Конечно, я видел этот мультик "Валли", но никогда не думал, что доживу до начала этого процесса, когда люди начнут зависеть от роботов, в данном случае от
ИИ.
Вы понимаете мою мысль? Т.е. я жил ещё в той жизни, где сенсорные телефоны только начинали свою победоносную поступь по планете,
где ещё не рекламировали роботов за 10000 у.е. и вдруг, оппа, здравствуйте рота новый год! ИИ рожает других ИИ, фигассе, роботы делают роботов, х ...ссе, роботы воюют с роботами, звёздные войны в начальной стадии, вообще без комментов!
Мне за один день тяжело все это осознать, привыкнуть ко всему этому, так что я ещё в будущем. Фигассе и даже я бы сказал х ...ссе!
М-да.
Ну что, привет вам, люди будущего!
ГОСТ.
|
|
15
Армения сегодня пытается сделать то, что регулярно пытаются делать маленькие государства на стыке империй: убедить себя, что географию можно отменить политическим заявлением.
Что историю можно переписать внешнеполитическим курсом.
Что если достаточно громко произнести слово «Европа», то горы Кавказа внезапно превратятся в окраину Брюсселя. Человечество вообще любит такие фокусы.
Особенно элиты стран, которые слишком долго жили под чужим зонтом безопасности и начали путать этот зонт с чем-то само собой разумеющимся.
Сейчас Москва требует от Еревана определиться: либо Евразийский экономический союз, либо курс на Евросоюз. И вся армянская политическая сцена делает вид, будто речь идет о каком-то грубом давлении России на свободолюбивый выбор маленькой демократии. Хотя в реальности вопрос куда проще и одновременно куда страшнее.
Россия спрашивает Армению не про торговые тарифы и не про декларации о намерениях.
Россия спрашивает: вы вообще понимаете, где находитесь и за счет чего существуете?
Потому что проблема современной армянской политики не в желании сблизиться с Западом. Любая страна имеет право искать союзников, рынки и гарантии безопасности.
Проблема в другом: армянская элита ведет себя так, будто Россия уже ни на что не влияет, а Запад готов прийти в Закавказье всерьез и навсегда. Это фундаментальная ошибка. Причем ошибка не эмоциональная, а почти математическая.
После Карабаха в армянском обществе возникло тяжелое, болезненное ощущение предательства. И это можно понять. Люди всегда ищут виноватого после поражения. Особенно когда десятилетиями жили внутри мифа о собственной неприкосновенности. Но здесь начинается самая опасная вещь: вместо разговора о просчетах самого Еревана общественное сознание постепенно скатилось в удобную конструкцию, где во всем виновата Россия. Не армянские власти, которые годами отказывались искать компромисс с Баку. Не ставка на замороженный конфликт как на вечную форму существования региона. Не иллюзия, будто Азербайджан смирится с потерей территорий. Нет. Виновата Москва, потому что не пошла воевать за Карабах.
И вот здесь армянская политика начала уходить в область политической фантастики. Потому что Карабах никогда не был признан частью Армении даже самой Арменией.
Это неудобный факт, который сейчас стараются эмоционально затоптать лозунгами про «предательство союзника». Но геополитика вообще жестока к тем, кто пытается жить внутри красивых моральных формул вместо реальности.
А реальность для Армении выглядит довольно сурово.
Страна без выхода к морю.
С разрушенными отношениями с Азербайджаном.
С исторической враждой с Турцией.
С экономикой, глубоко связанной с Россией.
С огромной диаспорой в РФ.
С энергетической зависимостью.
С логистической зависимостью.
С безопасностью, которая десятилетиями строилась вокруг российского присутствия.
И на этом фоне Ереван пытается убедить себя, что Франция, Брюссель и Вашингтон внезапно станут его новой опорой.
Это очень характерная болезнь постсоветских элит. Они постоянно принимают внимание Запада за готовность нести ответственность. Но Запад редко приходит ради чьего-то процветания. Он приходит ради собственных интересов. Пока Армения нужна как раздражитель для России, как инструмент давления на Иран, как элемент антироссийской архитектуры в Закавказье, ей будут улыбаться, обещать реформы, инвестиции, демократическое будущее и европейские горизонты. Проблема в том, что такие улыбки имеют срок годности. История это показывала уже столько раз, что даже удивительно, как человечество продолжает наступать на один и тот же грабельный завод.
Трагедия ситуации здесь даже не в том, что возможна потеря российского рынка. Не охлаждение отношений с Москвой. И даже не экономические последствия выхода из ЕАЭС.
Трагедия в другом: армянская элита начинает мыслить так, будто государственность Армении существует сама по себе, вне силового баланса региона. Будто это не результат крайне специфической исторической конструкции последних двух столетий.
Но Кавказ не любит слабых иллюзий. Кавказ вообще место, где история постоянно напоминает о себе через силу, границы и демографию. Здесь нельзя существовать только за счет красивых деклараций о европейском выборе. Здесь вопрос всегда упирается в то, кто реально готов гарантировать твое существование, а не публиковать сочувственные заявления.
Парадоксально, но именно после потери Карабаха Армения стала двигаться не к укреплению собственной субъектности, а к ее размыванию. Потому что вместо холодного анализа поражения началась эмоциональная попытка «уйти от России». Почти семейная драма на уровне государств. С обидой, демонстративным дистанцированием и верой, что новый партнер окажется добрее старого. Политика вообще часто превращается в коллективную психологию. Только цена таких эмоций измеряется исчезновением стран.
Но самое неприятное для Еревана заключается в том, что Россия действительно никуда не денется. Можно сколько угодно объявлять о «цивилизационном выборе», но география продолжит лежать на карте с упрямством бетонной плиты.
Турция останется рядом.
Азербайджан останется рядом.
Иран останется рядом.
Россия останется рядом.
А вот западный интерес может раствориться очень быстро, как только глобальная повестка переключится на что-то другое. На Тайвань. На Ближний Восток. На внутренний кризис Европы. На очередную американскую избирательную истерику. Мир сейчас настолько перегружен конфликтами, что маленькие страны в нем легко становятся временными проектами.
И в этом главный страх всей нынешней армянской истории. Армения пытается вырваться из российской орбиты не потому, что построила альтернативу, а потому что эмоционально устала от зависимости.
Но усталость не создает геополитических конструкций.
Обиды не заменяют систему безопасности.
А символическая поддержка не спасает государства в критический момент.
История вообще очень злая штука. Она не прощает странам желание жить внутри самообмана. Особенно маленьким странам на перекрестке больших интересов. И сейчас Армения подходит к моменту, когда ей придется выбирать не между Россией и Европой, как это пытаются подать политики, а между тяжелой реальностью и красивой иллюзией. Проблема лишь в том, что иллюзии заканчиваются раньше, чем география.
|
|