Шутки про подвесил - Свежие анекдоты

Результатов: 13

1

Шевалье, Кучеренко, Доценко

Жил я когда-то на квартире у Натальи Семёновны Кучеренко. В поселке Цурюпа. Это в Южной Сибири. Наш техникум не имел общежития и каждый учебный год начинался у нас с перетаскивания панцирных сеток и спинок кроватных на новые квартиры. За время каникул прежние хозяйки успевали передумать сдавать квартиру именно тебе, или уходили в мир иной. За первые два курса я сменил полдесятка квартир, а вот третий и четвертый курсы заканчивал уже у Натальи Семёновны. Мы с ней вместе спали. В гостиной. Она же и кухня. Из-за шаткой перегородки, нас разделяющей, иногда раздавался шлёп губной. Одна губа у неё была гипертрофирована! Я в то время ещё не храпел и спал крепко. Читал до поздна и слушал её шлёп. И её рассказы. Судьба у неё была нелёгкая:

До войны жила на Кавказе и носила фамилию Шевалье. Война постучалась и всех с иностранными фамилиями попросили переселиться в Южную Сибирь. Теперь Казахстан. Стала она жить на центральной усадьбе совхоза. Работала уборщицей. Конторы и клуба. Пострелёнка своего водила с собой. Он учудил. Чем-то острым кинул куда-то и попал в лицо члену политбюро. Член стоял за кулисами. В смысле его портрет. Завклуб обнаружил дырку в лице члена. И пожалел несчастную мать. Переселил с детьми на ферму. Подальше от политбюро. Там она и прозябала в землянке. Доярила. И дочь свою тоже дояркой сделала. С пятнадцати лет. Вместе доили одну группу коров. Записывали на Катю. И получила Катя орден ленина! И ладони больше моих в два раза. Лопаты, а не руки!

Сынок её, преступник политический, вырос и стал знатным трактористом. По фамилии Доценко. Мама ухитрилась дать непреследуемую фамилию. Богатырь вырос! «Беларусь» за колесо мог приподнять. Но по нездоровью в сорок лет переквалифицировался в часовщики. Руки – лопаты, мизинец как мой большой!
А Катя перебралась в Цурюпу на ПМК. Бетонщицей. Дом у Натальи Семёновны пятистенный, и во второй половине она и жила. С мужем. Муж печник и выпивоха. К тому же деревенский хулиган. Ездил по деревням окрестным и ладил печки. В Успенке у хозяйки жил и клал печи многим соседям. У одних унёс гуся. Получил порицание и запись в личное дело. Потом в Таволжанке у кого-то исчезли пять рублей из кошелька. Появилась вторая запись в «участке». А после того из Маралдов очередная хозяйка принесла в суд заявление о том что тов. Имярек взял у неё часики дамские для ремонта и не вернул взад. А на ремонт деньги взял! Итого 18 руб. 32 коп. Чек приложила.

И дали Лёхе три (3) года. Всё просто. Тем более что судья живёт в соседнем доме.

И стала Катя ездить к Лёхе-рецидивисту в Павлодар. На свидания. И привозила оттуда синяки от любимого. И потихоньку приводила она в дом сожителей. Один татарин, конечно же Рафаэль, был художником на ПМК. Писал плакаты. И мне нарисовал полтрет. Я был на нём похож. Даже мамуля меня узнала. По ямочке на подбородке.
Второй, Геннадий, был вор. Нет, ВОР! Об этом говорили наколки на запястьях и эбонитовые перстни на почти всех пальцах. Говорил он по-модному – пришепётывая и поплёвывая через фиксу. Отбывал «химию». Он был нам примером!

У Натальи Семёновны ведь был ещё сын – Петя. Мой ровесник. Рослый, чубатый губошлёп. Как сейчас вижу его с улыбкой до ушей подзуживающим мамашу. Во рту у него вечно мокрая «Примина». Он как раз племянника годовалого забавляет. Подвесил того за майку на гвоздь под потолок и лыбится. А бабка шипит и снять не может. Младенец орёт! Но для вида – весь в дядьку – работает на публику! Цирк!

Петьке семнадцать и он пробует татуироваться. И меня подзуживает! Хочется повзрослеть скорее. А как? И прибавляет себе год. Это просто! Я видел. Чуть хлорки берёшь на спичку и переправляешь цифру 53 на 52. И вот уже можно идти сдавать «на шофера». И два месяца восстанавливать ГАЗон из-под забора в гаражах. Теперь он ездит со свешенной за борт левой лапищей с вытатуированным встающим солнцем и надписью «Сибирь». Здорово! А на правой, от локтя до запястья - «не забуду мать родную»! Наталья Семёновна, когда увидела эту надпись, долго хлестала Петьку полотенцем…

Теперь Петьке девятнадцать. По паспорту. А мать в неведеньи! И не хочет чтобы Петька женился. А Петька хочет! И Валя согласна! Мы с Петькой ходили к Вале в гости и там я познакомился с Лидой. Петька остался у Вали музыку слушать. А мы с Лидой гуляли долго за полночь. И когда, наконец, она оставила меня одного, я зевнул. От души!! И не смог рот закрыть. Бегом домой! Звонков тогда не водилось. Стучу. Наталья Семёновна – хто там? Молчу. – Хто там? Наконец догадалась посмотреть через окошко – кто там мычит! – Ой, батюшки! Петя иди сюда, смотри!
И подвязывает мне челюсть полотенцем и слюни подтирает. А Петька зевнул и ушел к себе. Потом вернулся и каак даст снизу! И челюсть стала на место. Всем спать!

А Петька женился всё таки! Да! На Вале! Она к нам переехала. Счастье какое! Но вот набежала тучка. Пете очень нравилась пластинка еще со свадьбы. Мы под неё танцевали с Лидой.

…Август
За окнами осень.
О дождя потемнели
Кусты.
И я знаю,
Что я тебе нравлюсь…

И пластинка эта в нашем доме, и играет. Валя унесла её в свой дом. Родителям.
Молодой муж её мурлычет.
Валя предупреждает!
Петька гундит…
Валя собирает узелок и уходит! К маме с папой.

3

Сидим с женой целый день дома, скукотища. Жена читает, я за компьютером. Касперский подвесил систему, интернет тормозит, и я в гневе восклицаю: - Сука! Жена обиженно: - Я не сука... - Я не тебе. - Ты никогда обо мне не думаешь!..

4

Был такой случай в бытность моей работы на перроне в ростовской АТБ* на оперативке. Старики рассказывали...
Приехали как-то телевизионщики снимать сюжет о работе авиатехников. А вся смена на самолётах, работы невпроворот. Паренёк подходит к начальнику смены и говорит:
- Нам бы интервью взять у работника отвёртки и пассатижей, прямо сейчас!
Тот отвечает:
- Да нету никого, все заняты!
Тут ему последовал звонок от вышестоящего начальства с указанием посодействовать и помочь в данном вопросе.
Делать нечего, и тут начальник смены вспомнил, что два ветерана на малой Тушке фильтра меняют! Ну, он в запарке и направил туда страждущих. А, надо заметить, ветераны те были люди ушлые в области авиации, до сих пор в Ростове о них байки ходят.
Подходят журналисты к самолёту, а дядя по прозвищу "Вольдемар" ведро на Д-30** снизу подвесил и фильтр отвёрткой выковыривает. Второй стоит рядом и традиционно даёт Вольдемару добрые советы.
Один журналист поднялся по стремянке на пару ступенек с микрофоном в руке и пытается задать вопрос:
- Скажите, а что самое главное в работе авиатехников?
Тут фильтр падает в ведро, порыв ветра подхватывает энное количество остатков керосина и окатывает незадачливого "акулу пера" с головы до ног!
Резюме дяди Вольдемара:
- Главное, сынок, вовремя съебаться!
-------------------------------------
*АТБ - Авиационно-техническая база
**Д-30 - Турбовентиляторный авиационный двигатель

5

Сидим с женой целый день дома, скукотища... Жена читает, я за компьютером. Касперский подвесил систему, интернет тормозит, в порыве праведного гнева восклицаю: - Сука!!! Жена обиженно: - Я не сука... - Я не тебе. - Ты никогда обо мне не думаешь!...

6

Из книги Милоша Формана (есть и одноименный фильм) «Призраки Гойи».

Испания. Конец 18-го века. Дряхлая инквизиция в последний раз пытается поднять голову. Доушники Доминиканцев сообщают Святой Инквизиции, что дочь богатого торговца, празднуя свое 18-летие в компании друзей в таверне, отказывалась от свинины. Доминиканцы проверили архивы и обнаружили, что в 5-м колене предков у девушки были евреи, принявшие христианство. Марраны (скрытые иудеи) были одной из основных целей Святой Инквизиции. Пригласив девушку, доминиканцы применили к ней расследование 1-го уровня – дыбу. Через 15 секунд девушка согласилась под диктовку написать, что она еретик и иудей – значение этих слов она не знала, но ей обещали более ее не пытать, если она так напишет.

Так как ее отец был не последним человеком в городе, он быстро выяснил, кто из Псов Господних (Доминиканцы на лат. Domini canes) стоит за арестом его дочери и пригласил его на ужин. Предложив инквизитору решить вопрос, в ответ торговец услышал, что это не в его силах, т.к. девушка призналась. «Но под пытками!», – воскликнул отец девушки. Инквизитор же объяснил ему, что это не пытки, а расследование 1-го уровня, и невиновным Господь помогает легко все выдержать и боли они не чувствуют, а вот виновные же признают вину. После этого отец девушки с помощью двух сыновей вывернул инквизитору руки и подвесил за люстру. Через минуту тот собственноручно написал чистосердечное признание в том, что он особо сообразительная лысая африканская обезьяна, которая по злому умыслу проникла в Святую Инквизицию.

7

Ты прости меня, мама, за слог, -
Знаю мало полезных я слов.
Передачи смотрю с Собчать,
Мало слов там, все больше - мат.

Посмотрел Киселя ввечеру -
Снова бредит, как наркоман.
Промывает мозги пиплу,
Чтобы правильно голос совал.

Я бы Эрнста подвесил за
Чтоб болтался и громко орал,
А потом в передаче "Вой"
Лепс за это его обоссудил...

В голове у меня бардак:
Путин, сука, стоит на коньках,
Галкин ржет, хрен поймешь, почему,
А Нагиев про войну!..

Задолбало это дерьмо! -
Я сегодня себе сказал,
Телевизор бросил в окно,
И другим человеком стал.

8

Как-то по молодости пришлось мне работать воспитателем группы продлённого дня для первых классов.
Обычно оставляли мне человек 20, но, бывало, что и 60, когда других воспитателей не было. В спокойные часы я решил учить детей оригами, чем на долгие времена заработал уважительное прозвище "Учитель по бумажке".
Как-то, помню, мне срочно надо было отлучиться домой и я попросил оказавшуюся рядом пионервожатую присмотреть за детьми. (Нынешнее поколение не знает, конечно, про такую должность в школе, но я более чем уверен, что такая девочка есть в любой школе, пусть она называется психолог или как там ещё).
Уладив свои срочные дела, я бегом побежал в школу, чувствуя, что без меня там будет что-то не то. Конечно, я был прав, из школьных окон раздавался страшный гул и шум. Ворвавшись в класс, я увидел, что вожатая припёрта к стене учительским столом тремя первоклассниками, а остальные переворачивают класс вверх ногами. Не долго думая, я схватил самых активных озорников и подвесил их на крючки для верхней одежды, вбитые, как раньше было положено, в ряд на стене в классе. Шум, как по команде, прекратился. Оборачиваюсь - вся бригада стоит с горящими глазами в очереди за моей спиной, чтоб я их тоже на стенку повесил. Такого кукольного театра даже у Карабаса-Барабаса не было.

9

Сидим с женой целый день дома, скукотища... Жена читает, я за компьютером. Касперский подвесил систему, интернет тормозит, в порыве праведного гнева восклицаю:
- Сука!!!
Жена обиженно:
- Я не сука...
- Я не тебе.
- Ты никогда обо мне не думаешь!...

10

Сидим с женой целый день дома, скукотища... Жена читает, я за компом, каспер подвесил систему, инет тормозит, в порыве гнева выкрикиваю "Сука!!! ". Жена обижено:
- Я не сука...
- Я не тебе.
- Ты никогда обо мне не думаешь

11

ПОСЛЕДНИЙ РОМАНТИК

За три часа неподвижного сидения на скамейке, у меня затекли руки и ноги. И почему я не догадался подложить под себя мягкую подушечку?
Чуть шевельнешься и тут же дедушкин крик, сквозь закрытую дверь дачного домика:
- Нэ рухайся! Сядь, як сыдив!

А самое пикантное, то, что одет я был при этом в бабушкину юбку и кофту. На голове бабушкина панама, в руках резная палка и большой букет цветов…
И весь этот балаган организовал мой дедушка Вася – абсолютный технарь и прагматик, лишенный всяческой романтики и ненужных глупостей.
Только став взрослым, я понял, каким романтичным был мой дед.
До него мне так же далеко, как граблям до органа Берлинского собора.
Вообще он был довольно странным человеком – имел два высших образования (математик и авиастроитель) жил в разных городах, заведовал кафедрой в универе, но при этом до самой смерти, ни разу (!) не бывал за пределами Украины. Даже моря не видел…
Телевизор почти не смотрел, возился с клубникой на даче, а на сон грядущий, как беллетристику, читал толстенные книги по алгебре, слушая при этом старые пластинки Марио Ланца и Карузо на 78-й скорости…

Больше всего на свете, дедушка любил бабушку Шуру и без всякого повода, делал ей милые сюрпризы.
Вот палочку дубовую вырезал с узорами и надписью «Шура», подставку для чтения книг смастерил, стихи писал на самодельных открытках (правда без претензии на рифму, зато регулярно). Да мало ли…

Когда бабушка шла на дачу, ее можно было видеть издалека, пока она минут сорок медленно спускалась с горы.
Дед на крыльце подвесил большую бронзовую ступку и бил в нее, чтобы бабушка, там, на горе знала, что Вася, ее уже увидел и ждет.
А на пути следования, дед на столбах и заборах приделал откидные сидения, чтобы бабушка могла отдохнуть по дороге.

Иногда он слишком увлекался и как Робинзон Крузо строил такие необъятные «лодки», которые невозможно дотащить из глубины острова к океану…
Как-то бабушка помечтала о том, что хорошо бы на огромном тазу для варки варенья, иметь такую же огромную крышку.
И дед тут же взялся за дело.
На свалке нашел стальной лист и каждый день ходил к нему с хиленькой ножовкой, но недели за две, все же выпилил круг нужного диаметра. Отполировал до зеркального блеска, просверлил дырки, намертво приклепал дверную деревянную ручку и торжественно презентовал бабушке Шуре. Бабушка была очень рада, но не смогла принять такого дорогого подарка. Не из кокетства, а просто не смогла оторвать крышку от пола. Этот спартанский щит весил чуть меньше канализационного люка.
Грустный Дедушка предложил смастерить на потолке нехитрую систему блоков для подъема крышки с пола на таз с вареньем, но бабушка почему-то мягко отклонила эту идею…
Но вот приближался ее день рождения и дед как всегда, решил прыгнуть выше головы, создав что-нибудь эдакое.
Запала ему в голову идея – красками написать большую картину метр на полтора и это при том, что художник из него такой же, как из Кисы Воробьянинова.

Дедушка умел рисовать только графики функций, а я только индейцев стреляющих из пулемета…
Но не будем забывать, что у деда два высших и его никогда не пугали сложные пути к поставленным целям.

Напряженная работа над картиной продолжалась целую неделю, по три часа в день, дольше было нельзя, ведь мы зависели от правильного освещения еще больше, чем все великие художники возрождения вместе взятые…
В последний день, перед домом установили четыре табурета, а на них взгромоздили садовую скамейку на которой я и сидел в бабушкиной одежде, свесив ножки.
Сейчас бы соседи вызвали милицию и обвинили моего деда в педофилии, Еще бы – сам закрылся в домике, переодел десятилетнего внука в женскую одежду, усадил на высоченную скамейку и покрикивает на него из-за двери…
Ну точно – извращенец.
Каждый день после изнурительного писания картины, дедушка выходил весь потный, но счастливый. Как вампир щурился на солнечный свет и говорил:
- А ну ходы подывыся. Ну шо, гарно выходыть?
Я с нетерпением врывался в домик где на стене вверх ногами висело огромное полотно и старался сделать стойку на голове, чтобы оценить - что же прибавилось за сегодняшний день.

Картина у нас получилась настолько шикарная, что даже Репин, наверняка замедлил бы шаг проходя мимо нее. Ну хоть чуть-чуть…
А уж бабушка была просто счастлива.
Жаль, что этой картины давно нет, но за многие годы я запомнил ее до последней травинки. Композиция, правда, никакая: забор, кусок огорода и пара сараев торчащих из зелени, а на переднем плане уставшая «бабушка» с палочкой и цветами закрывающими лицо…
Зато как прописан каждый листочек, каждый пиксель. И неудивительно, ведь это была все же скорее не картина, а фотография сделанная при помощи нашего дачного домика, на неделю превращенного в идеально затемненную камеру обскура.
Завешивались окна, законопачивались все щели и сквозь проделанную в двери дырочку, свет уже готовой перевернутой картиной, ложился на холст. Оставалось только обрисовать и раскрасить…

...В 86-м неожиданно умерла бабушка Шура и дедушке Васе, больше некому стало бить в самодельный колокол.
Через месяц он тихо отправился за ней…

12

Про Илью. Продолженье.

...Поостынувши, чудак,
Сам не поняв толком как,
Перед дубом очутился-
Не попал едва впросак!

Глядь – из зелени ветвей,
Из-под вскинутых бровей
На него взирает сверху
Обнаглевший Соловей.

Смачно треская тюрю,
Кажет он богатырю:

«Всё юлишь гляжу, Илья,
Избегаешь Соловья.
Чуть не лбом на дуб наткнулся,
Аль не видишь ни..чаго?».

Проглотил Илья слюну,
Отвечает болтуну:

«Уж тебя, коварный бздун,
Недоделанный свистун,
Я не токмо в тёмном лесе –
Под землёй, и то найду!».

На евоные слова
Соловей из баловства
Свистнул лёгонько, вполсилы –
Лишь посыпалась листва.

Но Илья сидит горой.
Лишь с улыбкой озорной
Натянул слегка поводья,
Сам вступить готовый в бой.

Соловей, привстав с ветвей,
Свистнул снова, посильней.
Зашаталися деревья
От макушек до корней!

Бусурман, пока свистел,
Сам с натуги окосел!
А Илья не шелохнётся,
Только конь слегка присел.

В полный рост вражина встал,
По иному засвистал.
Дуб дрожит, земля трясётся,
Даже сам затрепетал!

Бурка выдал трепака,
Но Ильи крепка рука.
Натянув поводья, молвит:
«То не свист, одна тоска…».

Крут Илья на озорство:
«Разве ж это мастерство?»-
Соловью не дав закончить,
Двинул палицей его!

Тот остался не у дел,
До конца не досвистел,
От нежданного удара
С ветки кубарем слетел.

Пиз….шись об дупло,
Кувыркнулся, пискнул зло...
Взял Илья его за шкирку
И подвесил за седло.

13

Петя и Вася, пациенты в дypдоме, миpно гyляли возле пpyда. Вдpyг Петя
cваливается камнем в этот пpyд на глазах y всех и тонет. Вася быстpо пpыгает за
ним и спасет несчастного. После этого геpоического постyпка, главвpач вызывает
Васю к себе и говоpит емy:
- У меня для тебя есть две новости - хоpошая и плохая. Хоpошая новость - это
то, что мы считаем тебя yмственно ноpмальным и выписываем. А плохая новость -
Петя, твой дpyг, повесился в ванной на веpевке от своего халата и yмеp.
- Да нeт, oн не вешался. Это я его сyшиться подвесил.

Партнеры

Реклама