Шутки про тотем - Свежие анекдоты |
[B]Я — Никита Джигурда[/b]
Я Никита Джигурда,
У меня одна беда:
С головой своей косматой
Не дружу я никогда...
Ох, держите вы меня —
Сколько страсти и огня!
И полцарства, если б было,
Я отдал бы за коня.
Словно зубр во время гона,
Я реву по вечерам.
Ну и что там — выпиваю
Временами по сто грамм.
Слишком мелок этот мир
Для космических рапсодий.
Я — тотем, я — яркий пир
В серой массе из пародий.
Рву оковы, сею свет,
Бородой встречаю вечность.
И беды по сути нет —
Есть лишь рок и бесконечность!
|
Задавшись ответом на старинный вопрос Козьмы Пруткова: "Где начало того конца, которым оканчивается начало?" полез в интернет.
Однако, в основном, там были запутанные размышления на эту тему, из которых выходило, что авторы ответов и сами запутались.
Тем не менее, удалось выяснить, что кроме старого фильма "Начало", где Чурикова играет актрису, воплощающую образ Жанны д`Арк.
Однако, существует еще фильм "Начало" с Ди Каприо, где его герой Кобб занимается корпоративным шпионажем, используя экспериментальные военные технологии,
чтобы проникнуть в подсознание своих «целей» и извлечь информацию через общий мир снов.
По ходу фильма Кобб постоянно использует волчок. Волчок Кобба — тотем его умершей жены. Если он падает — Кобб в реальности. Если крутится бесконечно — во сне.
Фильм несколько раз концентрируется на нем, чтобы зритель точно не забыл эту деталь.
Так вот, начало того конца, которым оканчивается начало - момент, когда главный герой последний раз запускает волчок.
Он закручивает волчок и выходит на улицу к детям, не дождавшись результата проверки на реальность.
Камера задерживается на тотеме, он слегка покачивается — и тут начинаются титры, а нам остается только гадать, упал ли в конце концов волчок.
Таким образом, наконец-то, найден ответ на вопрос, который регулярно задавался с середины XIX века.
|
|
Для пацанов поселковое лето на развлечения не богато — речка, да лес с грибами. А душа просит Амаргеддон и желательно каждому воину иметь что-то стреляющее и взрывающееся, а не только дубину для тотального уничтожения крапивы.
На этот раз мы индейцы племени Нуегонахер. Пятеро десятилетних сорванцов и предводитель. Заводилой всегда выступал Олег, а его характер перфекциониста не давал ему успокаиваться, пока оружие не станет близким к идеальному варианту. Наши луки не были простыми палками с натянутой леской. Это была реконструкция боевого изделия, созданная по книгам про индейцев с поправкой на среднерусскую равнину. Брали несколько прутьев ивы, рябины, вишни и яблони, которые скручивались в плотный пучок с фиксацией изолентой. Упругая связка оборачивалась размоченной шкурой кролика мехом наружу и сушилась на солнце. Мохнатая палка изгибалась подручными средствами и натягивалась тетива, сплетенная из нескольких видов капроновых нитей. Идеально сбалансированные стрелы с гвоздями-наконечниками, преодолевая приличное расстояние, прилетали всегда точно в цель.
В лесу построены вигвамы с каркасом из березовых сучьев и крытые ельником. Перед каждым «штабом» установлен родовой тотем и обустроено место под кострище. После дневных набегов на враждующие племена мы садились вокруг костра и раскуривали трубку мира — обычная трубка с удлиненным мундштуком из дягиля. Набивали сопло трубки табаком из распотрошенных сигарет и делали умные лица, передавая ритуальный предмет товарищу. Потом, перед тем как идти домой, жевали смолу, ели щавель и прочие пахучие дикоросы, чтобы не быть уличенными в курении.
У нас были свои имена: Крепкий Дуб; Ночной Лис; Рыбный Филин(?); Зеленый Дрын; Кожаные Штаны; Опоссум (просто опоссум, в память об одном неординарном событии). С каждой прочитанной книгой мы становились все больше индейцами и переходили на лесной образ жизни. Уже с утра на лицо наносился боевой раскрас акварельными красками. Волнистые линии, треугольники и загадочные спирали на лбу служили не только устрашающими знаками, но и помогали маскироваться в траве, когда воин выходил на разведку. В волосах красовались перья из хвоста сороки, шею унизывали родовые талисманы из корня папоротника, замысловатых сучков и украденных из дома брошей.
Сегодня ночью сводный отряд индейцев идет воровать яблоки. Заранее разведаны пути подхода и отхода, надломан штакетник и установлена яблоня с самыми сладкими плодами. Стрелы снабжены тонкими крепкими нитями, чтобы подтаскивать плоды с безопасного расстояния. Плотные облака скрывают крадущиеся тени, легкий свист нескольких стрел и глухой стук тяжелых плодов о землю. Еще раз натягиваем луки. Есть! Стрелы уходят за забор… и раздается душераздирающий визг/вой/лай собаки, которая до этого мирно спала у своей будки. Старый пес, наполовину глухой и хромой, получив гвоздем в задницу, взвился свечкой и грохнулся в миску с водой. Крутанувшись пару раз в тазике, он рванул в сторону забора и уже через секунду уперся лбом в хрустнувший штакетник.
Храбрые индейцы, побросав луки и стрелы, теряя драгоценные перья и амулеты, рванули в сторону поселка. Вой страшного животного кусал за пятки, куда временно опустился желудок и душа, крапива встала на сторону Зла и внезапно вырастала в самых неожиданных местах.
Утром был показательный суд. Хулиганов, тунеядцев и бездельников с остатками макияжа и крапивных ожогов выстроили в ряд перед частично порушенным забором. Улики торжественно сломали перед нашим носом, пообещали выдрать, как сидоровых коз, заставили извиниться перед владельцем сада и изгнали с «глаз долой». Вечером мы торжественно сожгли в лесу вигвамы и тотемы, покурили укороченную трубку и решили стать благородными мушкетерами. Но это уже другая история.
|
|
Как много мы знаем о мире, и как мало - о себе! И ничего не знаем о сестрах наших меньших...
Несколько лет назад решил я завести курей. Шесть недельных цыплят поселились у меня в подвале в огромной картонной коробке, выстланной сосновыми опилками и обогреваемой мощной красной лампой. Они росли, а я получал огромное удовольствие, наблюдая их. Время от времени я подкладывал им неожиданные предметы: мячик, из которого сыпались вкусные семечки, или кирпич, на который можно было вскочить и приблизиться к свободе. Они успешно решали все поставленные перед ними задачи и любили соревноваться, кто доклюнет до красной стрелки термометра. Когда им удавалось скинуть этот термометр, они бегали, кричали: "Гол! ГООООЛ!", и пожимали друг другу пушистые крылышки.
Когда установилась теплая весенняя погода, пушистые цыплята превратились в пернатых голенастых подростков, и коробка в подвале стала им тесна. К этому времени я достроил курятник и огородил просторный загон сеткой из нержавейки, закопанной вглубь почти на метр для защиты от всевозможных хищников.
Они недолго осваивались, и уже где-то через час гонялись друг за дружкой, деля пойманных червяков.
В сумерках я их по одной затолкал по лестнице в курятник. В темноте курицын метаболизм замедляется, они становятся тревожными, практически беспомощными, и ищут укрытия.
На следующий день все шесть девиц были довольны. Когда они недовольны, это слышно за версту.
И вот наступили сумерки второго дня. Это, собственно, почему я и пишу все это. Пять курочек благополучно взобрались по лестнице в свой курятник. А вот одна из двух рыженьких хайсек браун не смогла. И вот она бегает и бегает вокруг и тревожно кричит, а остальные наблюдают ее через окна и дверь и тоже кричат: "Давай, давай сюда! Иди к нам скорее, дура! Становится темно!".
И тут, превозмогая страх и инстинкт самосохранения, из курятника выскакивает рябенькая араукана, и начинает прыгать по лестнице вверх и вниз. Я не сразу понял, что она показывала рыжей, как этой лестницей пользоваться. А, когда понял, то рябенькая потеряла терпение и просто пихала рыжую вверх, в курятник, и, в конце концов, затолкала ее туда.
Этот куриный рев торжества навсегда останется в моих ушах.
У всех племен есть тотемы: орлы, волки, лисы, змеи, медведи. Они символизируют силу, хитрость, агрессию. Мой тотем - рябенькая курочка, которая придет на помощь, несмотря ни на что.
|
|
xxx:
Чуваак, расслабься. В русском языке крайне мало исконно русских слов. Наш язык спокойно себе заимствовал слова из греческого (тетрадь, кровать), тюркского (почта), французского (жилет) и любого другого языка вплоть до языка племени оджимбе (тотем), и прекрасно себя чувствовал. Вот были бы мы исландцами, назвали бы худи "тёплаякофтаскапюшоном", или французами, тогда бы назвали "капюшонка", главное чтобы не как у англичан. А нам посрать, как хотим, так и называем, хоть бадлон, хоть мультифора.
|
|
Житие Хомы
Пре-Бытие
25 февраля / среда
Наверно, я состарюсь в этой клетке. Хоть бы одна сволочь купила. Нет же, ходят и смотрят, смотрят, смотрят... Крыса предложила притвориться больным – может, пожалеют и купят.
26 февраля / четверг
Отгрыз крысе хвост, теперь ей даже притворяться не надо. Вот только чего-то не покупают. Наверно, обманула.
27 февраля / пятница
Ёж говорит, что я много жру и всех отпугиваю. Пообещал побрить его ночью.
28 февраля / суббота
Теперь со мной никто не разговаривает. Даже рыбки. Все ржут над ежом и путают его с крысой. Хозяин магазина опять переписывает ценник на моей клетке.
Месяц первый
1 марта / воскресенье
Вечером в магазине появился какой-то тип в пятнистых штанах. Говорит, что ищет себе тотем. Не знаю, что это за животное такое, но выбирал почему-то между вараном и филином. В результате взял меня. Даже не обольщаюсь по этому поводу – скорее всего, потому, что бесплатно, а ещё и пачка корма для рыбок в придачу.
Последний взгляд из коробки – крыса в углу перекрестилась. Или это ёж? Сам уже путаю.
2 марта / понедельник
Всю ночь осваивал территорию квартиры. Обнаружил в коридоре спящего мопса. В шкафу нашёл пакеты с крупой – вот оно, тихое хомячье счастье. Я в раю.
Пятнистый утром долго верещал, но поймать не смог. Споткнулся об мопса. Я забыт и прощён.
Вечером под диваном общались с мопсом. Вполне вменяемое животное. Говорит, что пятнистый кличет себя сюрвайвером. Слишком как-то длинно и непонятно, тем более с моей-то дикцией, лучше уж – Сюр. Мопс официально числится бульдогом. Просил не выдавать, а то Сюр пайку урежет. Постеснялся спросить, что такое пайка.
3 марта / вторник
Сюр с утра притащил откуда-то пластиковые бутылки и перевалил в них крупу. Потом подумал и повторил то же самое с макаронами. Потом убрал соль, сахар, чай, специи, соду, чипсы, хлопья, мюсли… Эту-то гадость от кого прячет? Неужели от мопса?! Я на такое разве что после долгого голодания позарюсь, а утащенной крупы надолго хватит.
Пока Сюр дремал после обеда, поменял местами бутылки с солью и содой. Прогрыз бутылку с хлопьями. Надо же как-то протест выразить. Мопс, что характерно, не одобрил.
За ужином Сюр долго плевался, потом вытащил кучу ножей и начал точить. Ну, всё, точно пайку отрежет. Источая невинность в кротком взоре, сижу в углу за диваном. Нервно грызу стащенный карандаш. Лишь бы не нашёл. Паечка моя, паечка! Знать бы ещё что это.
4 марта / среда
Мопс успокоил, у Сюра это часто случается – нервы он так успокаивает. А потом и пайку показал, и место, куда можно и надо гадить. Да тут ещё оказывается и кормят! А вот под шкаф я, наверно, зря навалил. Глупо получилось. И вообще, кормёжка – это, конечно, хорошо, и мисочка тоже, но эта картонная коробка рядом...! В магазине ж такой домик годный был. Ах, жмот! Пойду ещё бутылку с сахаром прогрызу.
Сюр перевалил все в стеклянные банки. Крышки решил не грызть, терзают смутные сомнения по поводу своей дальнейшей судьбы. Сижу, не искушаю. Обгрыз коробку. Аккуратнее тут надо с протестами.
Весь вечер Сюр разговаривал с маленькой коробочкой. Думал, опять нервы – оказалось, телефон. Вещь, на мой взгляд, глупая и вредная. Зачем разговаривать с тем, кого не видишь? И как вообще узнать, кто это? Ни обнюхать, ни укусить.
5 марта / четверг
Сюр вчера перед сном ходил мыться под падающей водой, душ называется. Странная, непонятная привычка. А ещё замечена не менее странная и не менее непонятная штука. Сходил до мопса, проверил – нет, у него хвост нормально растет. А у Сюра как-то ненормально, неудобно же носить. Тем более вилять.
После обеда мопса куда-то увели. Велика вероятность, что я следующий. Зря, наверно, с мопсом ржали над хвостом хозяина. Ушёл перепрятывать утащенную крупу. Успокаивает. У каждого свои ножики.
Ложная тревога. Бурдюк морщин водили на променад. Опять новое слово. А может, мопс брешет и просто выдумывает слова. Как-то бы проверить?
6 марта / пятница
Наконец-то Сюр заметил, что коробка почти вся перешла в сыпучее состояние. Долго ворчал, потом сходил, купил клетку с колесом и домиком. Мопс назвал меня одноклеточным. Это плохо или хорошо? Да и зачем мне две клетки? Вот же складка ходячая, надо где-то тоже умных слов набрать.
Мопс показал телевизор, потыкал лапой в пульт. Всякую ерунду показывают. Ничего интересного – одни двуногие, а мопсу нравится, аж язык вывешивает, когда смотрит. Только вот выключать, говорит, не научился. Сюр уже третий пульт притаскивает, каких-то менеджеров ругает словами громкими и необычными.
7 марта / суббота
Теперь я тоже научился включать телевизор. Причем сразу довольно удачно попал на передачу про животных. Увлекательно. Только при виде лисы немного напрудил. Довольно неудачно. Гордость пострадала не сильно – мопс от смеха тоже напрудил, но только вот я забыл слезть с пульта, а мопс – с ковра. Сидим под диваном, гадаем, что будет раньше – высыхание или явление Сюра. По крайней мере, телевизор выключился.
Мопс весь вечер дулся и прятался. Сюр сказал, что в хомяке столько жидкости не может быть, и тыкал мопса носом по очереди в обе лужи. Я с невинным видом бегал в колесе, изображая абсолютную непричастность, был поглажен и приласкан. Сон совести крепок.
Продолжение можно найти здесь: http://www.proza.ru/avtor/degreeze
|
|